Поцелуй безжалостного босса - Ася Невеличка

поднялась следом, чтобы забрать лист.

— Ой, что это Тимур? Ты стал раздавать личные рекомендации уволенным? — с крайне удивленным выражением лица воскликнула Эвелина, и мы с боссом замерли.

Босс еще не принял решение по поводу рекомендаций, но я не помнила, чтобы брала с собой в коробку рекомендацию Наташки. Ведь я ее еще не исправила, смысл было тащить в приемную к Тимуру?

Босс просто протянул руку и взял документ у Эвелины. Прочитал. Нахмурился.

— С моей личной печатью, — констатировал он и протянул мне.

Я взяла. Первым делом посмотрела на печать босса. Потом посмотрела на шапку, и руки затряслись. Это была рекомендация на Наташу, вот только печатала ее не я! И печать ставила не я. И… босс сам сделал это с уволенным секретарем?

Я посмотрела на Тимура Александровича и поняла, что он этого не делал. Тогда откуда взялась эта рекомендация и печать босса на ней?

— Доступ в мой кабинет только у тебя, — тихо сообщил босс очевидное. — Печать на резюме я не ставил. Кто это сделал?

Я вспомнила, как Наташка просила меня подделать ей рекомендацию. Ведь никто не узнает! Кто еще был тогда в отделе кадров? Вера была. Еще трое наших девчонок. Но они никогда не стали бы этого делать! Да и доступа в кабинет к боссу у них нет!

Я посмотрела на язвительное лицо Эвелины, которая скрывала свой яд под любезной улыбкой.

— Кажется вам лучше разобраться с этим вопросом между собой. Я пойду. Рада была помочь. Таким обманщикам в нашей компании не место, Тимур.

Там была Эвелина! Она только вышла из отдела и вполне могла услышать наш разговор! Но как я докажу это боссу?

— Бери договор и в мой кабинет. Живо, — распорядился он и прошел к себе.

Я оставила коробку с развалившимися по всей приемной бумагами, взяла рекомендацию и пошла за ним. О договоре даже не подумала. Он наверное оговорился. Сейчас же увольнять меня будет за поддельную рекомендацию. Причем тут договор?

— Оля, ведь я тебе доверял! Мы же договорились, что ты изменишь текст и я сам все подпишу!

Босс сразу начал с наезда.

— Тимур Александрович, это какое-то недоразу… — проблеяла я, но он не дал договорить.

— Ты знаешь, как я не люблю подпускать близко чужих мне людей!

Да-да, поэтому Эвелина протирает задницей твой стол. Она же уже приближенная!

— Как мне сложно добиться с ними взаимопонимания!

Потому что ты предпочитаешь сразу увольнять, знаем-знаем.

— Как я ценю каждого работника, принятого в компанию!

Тут я молча закатила глаза.

— Или ты думаешь, я к каждому на улице подхожу и предлагаю помощь?

Жестом фокусника босс достал еще два экземпляра злополучного договора и положил передо мной на стол.

— Прошли сутки, ты проигнорировала мою помощь, зато воспользовалась доверием и обманула. Оля, почему? Я настолько хреновый руководитель, что мне так открыто можно плевать в душу?

— Что вы! Нет конечно! — я хотела подскочить, но тяжелая рука босса сжала мне плечо, удерживая на месте, а другая подсунула ручку.

— Тогда подписывай.

Тимур Александрович услужливо придвинул ко мне договор.

— Вы же меня все равно уволите за поддельную рекомендацию? — тяжело вздохнула я.

— Вот и не дай мне повода. По договору я буду крайне заинтересован, чтобы ты отработала вначале свой долг.

Снова помогает? Но заслуживаю ли я этого? И ведь я в жизни не докажу, что меня подставили! Он даже слушать об этом не хочет!

К тому же договор я прочитала. Все обдумала. А интуиция. Ну что интуиция? Может я уже перестраховываюсь, а Тимур ничего плохого не имеет в виду?

Я решительно подписала каждую страницу договора и только, когда босс выхватил свой экземпляр у меня из-под руки, подумала, что именно этот вариант я не читала! Мало ли что туда подлый Ренат вписал?

А босс торжественно улыбался, убирая договор в сейф.

— Что теперь? — осторожно поинтересовалась я.

— Передай в бухгалтерию реквизиты для погашения ипотеки. И обживайся в приемной! Я не хочу других помощниц. Я хочу тебя!

Я встала, но продолжала сверлить взглядом поддельную рекомендацию.

— А что с этим? Как вы можете оставить меня при себе, не доверяя? Зная, что я в любой момент могу войти в ваш кабинет и воспользоваться личной печатью?

Тимур медленно подошел ко мне, сжал ладонями плечи и заглянул мне в глаза. В этот момент я ни о чем не могла думать, кроме как о близости к нему. О жаре, исходящем от него. О силе, которая просто била по моим нервным окончаниям.

Я запрокинула голову и посмотрела в его красивые глаза, на его твердый подбородок и изогнутые в насмешке губы.

— Ты думаешь, я поверил, что это ты? Нет. Я видел текст твоей рекомендации, а это жалкая попытка подставить! Но придется отмотать видеозапись и посмотреть, кто у нас такой пронырливый. Но тебе, Оля, я верю.

— Но… — до меня медленно стало доходить, как меня подставил босс! — Но… договор? Вы же намекнули, что это обмен? Что, если я подпишу договор, вы меня не уволите!

— Я не врал. Ты подписала и остаешься у меня работать. В соседнем кабинете. Все по-честному!

— Но вы знали, что это не я воспользовалась печатью! — выкрикнула я и ударила его ладонями по груди.

— Знал, — продолжал спокойно улыбаться босс.

— И заставили меня подписать договор! — кричала я, снова ударяя его.

— Это для нашего же блага.

— Не надо за меня думать и решать! Я сама знаю, что для моего блага, а что нет!

Замахнулась, но ударить уже не получилось. Тимур как-то ловко крутанул меня и уложил грудью на столешницу, прижимая мои руки к бокам, не давая ни встать, ни оттолкнуть его. Я беспомощно распласталась на столе, а босс бессовестно прижимался ко мне сзади, давая почувствовать через ткань юбки нешуточную эрекцию.

— Всегда думал, что же такого привлекательного в сексе в офисе, — задумчиво протянул он и провел пальцами от талии по напряженной ягодице и ниже по бедру до края подола. А потом одним движением задрал юбку вверх, оголяя мой зад.

— Что вы делаете? — пискнула я, не в состоянии унять бешено бьющееся сердце и участившееся дыхание.

Черт! Да я кого угодно могла представить в этой позиции, но не себя и босса!

— Пустите! — снова попыталась выкрутиться я. — Здесь же камеры!

— Оля, тебя волнует только, что за нами могут подсматривать? — в его тоне сквозило неподдельное восхищение и изумление.

Предположим, я понимаю, почему он удивлен. Сам от себя такого не ожидал. Но чему тут восхищаться?

— Я тебя