Катерина - Нина Ульянина
За этот поступок его непременно
Судьба или я, но должны наказать.
Решила ему и княгине почтенной
Записки прекрасные я отослать.»
Вдова улыбнулась наигранно, дерзко,
Утерла слезу, лихорадочный взор.
Затем продолжала отрывисто, резко:
- Одно не могу я понять до сих пор.
Кто выдал меня? Где же я просчиталась?
Ведь шло все чудесно. Владимир в тюрьме,
Княгиня в усадьбу, рыдая, умчалась.
Была я довольна. Но кто ж тогда мне
Решил перейти этим утром дорогу?
Кто видел меня в день тот с князем в порту?
Прошу мне ответить! - воскликнула строго.
- Разбил кто жестоко мою так мечту?
Начальник смотрел на вдову в изумлении,
За всю его службу такое впервой,
Прелестная женщина, нет в тот сомненья,
Жестоко сыграла с чужою судьбой.
Она не раскаялась, нет. Негодует,
Что кто-то разрушил задуманный план.
Ее, к сожаленью, совсем не волнует,
Что князь был б казнен, не раскройся обман.
Откуда в ней столько обиды и злости,
Как стала душа ее ночи темней?
К мечты исполненью, сквозь слезы и кости,
Готова идти она нынче своей.
Казалось, что в ней не осталось святого,
Что демон вселился, что нет в ней души...
Не видел он раньше в девицах такого.
Смотрел на вдову. Лишь дыханье в тиши
Ее было слышно. Она ожидала
Ответа начальника. Что ж так и быть.
Он ей все расскажет, как нужно, с начала,
И будет стараться ничто не забыть.
О том, как пришел к нему граф рано утром,
Сказал, что узнал кто записку прислал,
О том, что свидетель ошибся как будто,
Когда показания нынче давал.
Что вышла нелепица, глупость, ошибка.
Записку сказал, что и впрямь передал
С прошеньем уйти, а жандарм быстро шибко
Записку, шпионов и князя связал.
Все понял не так. Никакой не предатель
Авлонский, а просто он жертва интриг.
Что он реалист, не романтик-мечтатель.
Поведал начальник вдове. Тихий вскрик
Слетел с губ Нати в тишину кабинета.
- Так он это? Влад? Он всю правду узнал?
Он видел маня? Я подумать об этом
Никак не могла. Как меня он признал?
- Мадам Воронцова. Все проще намного.
Вас видел у князя в тот день капитан.
И то подтвердил. - Ей ответил чуть строго.
- Орлов и Авлонский ваш вскрыли обман.
Вдова истерично в ответ засмеялась,
Затем зарыдала и стала кричать,
Что все это ложь! И она не попалась!
Потом вдруг затихла. Печали печать
На лик напустила. Шепнула тихонько:
- Что будет со мною? Неужто казнят?
Начальник к плечу прикоснулся легонько
Вдовы и ответил: Как судьи решат.
-51-
Катюша в гостиную вихрем ворвалась,
Срывая завязки плаща на ходу.
Она торопилась, она волновалась.
Сердечко тревожилось, чуя беду.
В дороге два дня - ни минуты покоя
Одно лишь желанье - его повидать.
Теперь она знает, что это такое
С тоски по любимым глазам умирать.
Уж полночь давно и на улице тёмно,
Луна затаилась в плену облаков.
По коже мурашки. Свеча одна скромно
На полке каминной горит. Как покров
Невидимый комнату держит в объятьях.
Катюша вгляделась, дрожа, в пустоту.
Плащ медленно падает с плеч и по платью
Спускается на пол, к ногам, в темноту.
Сжимая бокал с обжимающим виски,
Владимир спиной к ней стоит у окна.
Она понимает, что он к ней так близко,
Что в комнате Катя совсем не одна.
-52-
- Кати, ты вернулась? Я ждал тебя раньше,-
А голос Владимира полон тоски.
Казалось не в шаге стоит он, а дальше.
И сердце ее, словно сжато в тиски.
Она виновата, и горечь обиды
В душе ее все же осталась еще.
Но жажда любить все ж сильнее. При виде
Владимира снова в груди горячо.
Сказать хочет много, но вымолвить слово
Не может. Шаг. Ближе. Коснулась плеча.
Он к ней обернулся. Она не готова.
Потухла внезапно на полке свеча.
Объятия, нежность, горячие губы.
С погасшей свечей улетучился стыд.
Ее он целует со страстью, чуть грубо.
Исчезла реальность, и мир весь открыт.
О встрече такой и подумать не смела.
Счастливые слезы скользят по щекам.
Минуты летели. Сказать, что хотела,
Давно позабыла. Дав волю рукам.
Волнуясь, коснулась кудрей, тонкой лентой
Что связаны были. Владимир вздохнул
И вмиг отстранился. Из нежного плена
Неспешно Катюшу на землю вернул.
Она засмущалась. Как маки алеют
Стыдливые щечки. Улыбка в глазах.
От чувств своих к мужу немного робеет.
- Мой ангел, ответь, почему ты в слезах?
Я был с тобой груб или чем-то обидел?
Скажи не таясь, не держи в себе боль.
Тебя, я родная, так долго не видел.
Скажи, почему разлучились с тобой?
Владимир обнял ее нежно за плечи.
Привыкли глаза уж давно к темноте.
Смотрел на нее как в их первую встречу,
Вот только лишь чувства отныне не те.
- Причина отъезда во мне, дорогая?
Я был слишком резок? Обидел тебя?
Не нравлюсь тебе? Оттого избегаешь?
Страшишься, втайне не выносишь меня?
Коль так. Отступлюсь. И не буду настойчив.
Я боли тебе не хочу причинить.
И если со мной жить ты больше не хочешь,
Тебя я оставлю. Но буду любить. -
Его голос стих. Отошел он к камину.
Катюша осталась стоять у окна,
Кругом пустота, пред ней лишь гардина.
Владимира нет. Она снова одна.
- Ах, нет! Все не так! - ее шепот, как криком,
Прошелся по комнате, тая в углах.
А плечи опущены, вся будто сникла.
И слезы печали застыли в глазах.
- Совсем все иначе. - Продолжила тихо
- Вы были нежны… Мне так стыдно сейчас.
Поверила в ложь, в чью то злость я и прихоть…
Я жить не могу ни минуты без Вас!
Она задрожала, скорее на встречу
К любимым объятьям, губам и глазам.
К нему обернулась, мгновенье как вечность.
Боялась дать волю Катюша слезам.
Владимир опешил. Три шага. Он рядом.
В объятиях сжал хрупкий девичий стан.
Затем отпустил, впился пристальным взглядом.
Увидел в ней то, что испытывал сам.
- Катюша, прости. - Голос хриплый, с надрывом.
- За то, что старался тебя избегать.
Корил себя в том, что спешил я, в порыве
Женой предложил я тебе моей стать.
Ведь ты заслужила, мой ангел, другого,
И свадьбы роскошной, и светский прием,
Ни холода взора, ни редкого слова.
Раскаялся я в поведении своем.
Отец-то был прав. Он задолго до смерти
Создал нашу
