Подросток и гаджеты - Тео Компернолле
Лучший способ удержать внимание – это удовлетворить животные потребности рефлекторного мозга и отодвинуть на второй план мозг думающий.
Одним из разоблачителей практики антисоциальных медиа является Тристан Харрис, работавший в Google и основавший Центр гуманных технологий. Он пишет: «Люди в технологических компаниях рассуждают так: „Когда я спросил тебя, чего ты хочешь, ты ответил, что хочешь пойти в спортзал. Но потом я дал тебе коробку печенья, и ты пошел есть печенье, так что, наверное, это то, чего ты действительно хотел“». Именно так рассуждают люди в Facebook: «Мы предлагаем людям все остальные материалы, но они всегда выбирают возмутиться или смотреть видео на повторе. Так что, наверное, это и есть самые настоящие предпочтения людей».
От информационной экономики к экономике внимания
Надеюсь, что в части 3, посвященной мозгу, я убедил вас в том, что подростки должны знать, как ценно внимание, полностью направленное на что-то одно, и как прекрасно то, чему они могут научиться, что они могут изобрести и создать, если будут сосредоточены на этом. Однако мне также кажется важным, чтобы они, их родители и учителя знали о том, что происходит на уровне общества, которое постоянно привлекает их внимание и манипулирует им, нанося ущерб обучению, творчеству, памяти и здоровью. Мы все должны гораздо лучше осознавать социальные последствия того, как наше внимание используется с коммерческими целями для тайного сбора самой сокровенной информации о пользователях технологий.
Чтобы подарить цифровую свободу, необходимую им для успешной жизни в XXI веке, нам нужно как можно раньше объяснить им, почему интернет имеет такой эффект привыкания и почему постоянное нахождение на связи не является нашим свободным выбором.
Благодаря изобретению интернета, Всемирной паутины и великолепных поисковых систем мы впервые получили возможность подключаться к любому источнику информации в любом месте и в любое время. Изначально этот захватывающий глобальный обмен информацией был единственной функцией интернета. Эта деятельность в тот период получила название информационной экономики или экономики знаний. Позднее интернет стал коммерциализироваться, и все больший акцент стал делаться на продаже услуг и товаров. Быстрое распространение смартфонов оказалось золотой жилой. Компании получили возможность предлагать свои продукты в любом месте, в любое время и любому желающему. Перед ними встал вопрос: как мне, одной из тысяч компаний в интернете, привлечь внимание миллионов потенциальных покупателей к своим веб-страницам, рекламе и продукции? Как сделать так, чтобы мои страницы занимали высокие позиции в поисковых системах? Так началась ожесточенная борьба за внимание пользователей в сети.
По мнению некоторых ученых, например лауреатов Нобелевской премии Герберта Саймона и Майкла Голдхабера, именно поэтому мы сейчас живем в «экономике внимания», в которой оно ценится на вес золота.
Под этим термином Саймон подразумевает, что внимание – это «бутылочное горлышко» или «воронка» человеческого мышления, ограничивающая то, что мы можем воспринимать и что мы можем делать в сложной обстановке. В части 3 я объяснил, что думающий мозг может одновременно уделять внимание только одной задаче. Саймон сравнивает наше внимание с ресурсом. Он пишет: «…Внимание подобно ресурсу: вы можете использовать его только один раз, потратить его либо на что-то одно, либо на что-то другое. Нет никаких серых зон, все либо черное, либо белое: если вы уделяете внимание чему-то, вы не можете в то же время заниматься чем-то другим». В этом смысле внимание нашего думающего мозга похоже на прожектор, который фокусируется на чем-то одном, а все остальное остается невидимым в темноте.
Родители, учителя, компании и цифровые СМИ конкурируют за внимание, и особенно за внимание наших детей.
Для крупных технологических компаний информация, получаемая ими от одного клика, равна нулю. Однако объем информации, который они получают от сотни ежедневных кликов одного человека и от миллиардов кликов всех их клиентов, вместе взятых, колоссален и стоит миллиарды. Поэтому цифровые медиа называют своих клиентов «глазными яблоками» и заботятся лишь о том, чтобы как можно надежнее приковать их к себе и как можно дольше владеть их вниманием.
Поэтому для того, чтобы постоянно собирать эту информацию, они должны преуспеть в том, чтобы удерживать наше внимание с помощью увлекательной информации, а с использованием искусственного интеллекта все вообще вышло из-под контроля.
От экономики внимания к экономике слежки
Зависимость и потеря концентрации – их цель, а не побочный эффект
Ранее я уже рассказывал о BlackBerry – мобильном телефоне, на котором можно было читать электронную почту, но ничего другого, там не было никакого интернета и антисоциальных сетей. Уже тогда пользователи обнаружили, что постоянное чтение электронной почты и текстовых сообщений вызывает такое привыкание, что в США BlackBerry прозвали CrackBerry. Эта зависимость, или, по крайней мере, трудноискоренимая вредная привычка, стала непреднамеренным побочным эффектом прекрасной технологии.
Однако с повсеместным распространением смартфонов и коммерциализацией интернета зависимость и потеря концентрации внимания перестали быть непреднамеренным побочным эффектом, а стали целью антисоциальных медиа. Это результат жестокой, беспощадной борьбы за наше внимание, за постоянный сбор самой подробной и личной информации. Внимание пользователей для антисоциальных СМИ действительно на вес золота. Поэтому они вкладывают буквально миллиарды в то, чтобы отвлечь нас от того, что мы делаем, от того, что важно для нас, переориентировав на то, что приносит им прибыль. Мы получаем не самую полезную для себя информацию, а ту, которая дает им наибольшее количество кликов, информации и денег. Они захватывают и держат в заложниках наше внимание.
Четыре типа компаний и приложений борются за наше внимание
Прежде всего это приложения для обмена личными сообщениями, которые позволяют общаться с семьей, друзьями, знакомыми и коллегами по работе. Они не вызывают привыкания, поскольку информация не навязывается нам без спроса. В качестве примера можно привести традиционную электронную почту или SMS, а также такие приложения, как WhatsApp, Signal и Telegram. Изначально они не собирали частную информацию для рекламодателей, но недавно WhatsApp изменил свой пользовательский контракт и все-таки стал делать это. В ответ на это десятки миллионов пользователей перешли на Signal и Telegram, которые не зарабатывают на краже информации о своих пользователях. Signal – некоммерческая организация, существующая за счет спонсорской помощи; Telegram спонсируется российским миллиардером. (Захватывающий рассказ о том, что происходит за кулисами этого маленького мира, см. в журнале Wired.){30} В Telegram, который принципиально выступает против любой формы цензуры, можно создавать группы до 200 000 участников, чем с удовольствием пользуются всякие темные личности и те, кто распространяет фейковые новости и конспирологическую чепуху. WhatsApp и Signal затрудняют распространение подобной информации, ограничивая размер групп.
Эти приложения вызывают меньше привыкания, но вы, вероятно, по опыту знаете, что иногда все равно бывает очень трудно удержаться и не хвататься за телефон, чтобы проверить, нет ли там новых сообщений.
У некоторых подростков браузеры и поисковые системы, особенно YouTube и новостные сайты, также вызывают привыкание. Они не притягивают внимание так сильно, как антисоциальные медиа, но это как с электронной почтой: как только вы вошли в систему, ее содержимое занимает вас гораздо дольше, чем вы предполагали. На первый взгляд поиск информации – приятное, полезное и невинное занятие. Когда у меня потек радиатор, я с радостью зашел на YouTube, где сантехник на видео пошагово объяснил мне, как починить радиатор самостоятельно, а пока я пишу эту книгу, на моем мониторе почти постоянно открыт Google Scholar, чтобы можно было быстро найти что-нибудь в научной литературе.
С помощью искусственного интеллекта поисковые системы могут предоставить нам наиболее полную информацию. Однако информация, которую можно найти в Google, – не самая полезная
