Путь к искуплению - Анастасия Сергеевна Король

себя невероятно счастливой.

Брат покрутил свою чашку меж ладоней. Он явно хотел сказать что-то важное, но медлил. Она вновь сделала глоток; напиток согрел горло и желудок.

– Я бы хотел съездить в Астрахань и развеять прах родителей там. Поедешь со мной? Бо́льшую часть жизни они прожили в этом городе, думаю, им бы захотелось покоиться там.

Ощущение всепоглощающей нежности прошлось по коже Нины.

– Это будет для меня честью.

Она уронила взгляд на чашку: белая пенка была полна коричневых разводов, а послевкусие кофе было странным. Под пристальным взглядом Азамата Нина опустила ее. Уголки его глаз недовольно дернулись.

– Но я тебя позвал не поэтому.

Она подняла руку и смачно зевнула.

– Прости. Продолжай, – произнесла она, помотав головой. На веки навалилась тяжесть. Она в несколько глотков допила напиток, надеясь, что он взбодрит ее.

На лице Азамата заиграла улыбка, и, приблизившись к ней настолько, что она почувствовала исходящий от него слабый аромат женских духов, он прошептал:

– Ты доверяешь Михаилу?

Нина прищурилась:

– Ты о чем?

– Главэкзорц не так прост, как кажется.

Она заморгала и, почувствовав легкое головокружение, поморщилась.

– Ты что-то знаешь? – спросила она, все еще не понимая, что только что приняла конскую дозу снотворного.

– Михаил готовит ловушку для Самуила, – прошептал он у самого ее уха.

Она изумленно повернула голову. Но веки уже отяжелели настолько, что хотелось просто их закрыть. Тут вспыхнул синий свет, и послышались десятки мантр. Нина вскинулась, резко вскочила на подгибающиеся ноги и бросилась обратно в зал.

Она дернула ручку двери.

Огромная пентаграмма горела синевой почти во всю комнату. Древние одеяния Самуила внутри пентаграммы полыхали огнем, а меч рубанул по начертанным линиям. Энергии демона и экзорцистов столкнулись; поднялся ветер и ударил в грудь. На пол посыпались вазы, светильники, перевернулись стулья.

Нина схватилась за ручку двери, пытаясь удержать равновесие.

– Самуил! – закричала она, и тут ее повело. Она схватилась за голову и привалилась плечом к двери.

Михаил, заметив ее, крикнул Азамату:

– Уведи ее отсюда!

Нина мотнула головой, упрямо сопротивляясь сну.

– Пошли со мной, – схватил ее за плечи брат.

– Что они хотят сделать с Самуилом?.. – зашептала она, но ее голос растворился в рокоте хора мантр.

Азамат требовательно вывел ее в коридор. Нина оттолкнула его руки и упала на колени. От адской карусели перед глазами затошнило.

– Ради твоего же благополучия мы освободим тебя от оков договора с ним.

– Нет… Он мой десница… Он не навредил бы мне. Останови их, – шептала она бессвязно.

Стараясь ползти обратно, она пыталась найти глазами дверь, но она словно попала в водоворот и не могла уже разобрать, где потолок, а где пол. Руки подкосились, и она просто рухнула.

Азамат медленно подошел к ней и, взяв за плечо, перевернул.

– Останови их, – продолжала шептать Нина.

Улыбающееся лицо брата то растворялось в вихре, то возвращало четкие очертания. Из глаз Азамата струились слезы. Крупные капли срывались с его подбородка и падали на ее лицо.

«Он плачет?»

Сон, как паук, оплел ее паутиной, и от него невозможно было спастись.

– Бедная, бедная берегиня Нина, – наклонился Азамат еще ниже. – Твоего брата давно уже нет в этом теле, – произнес он, и его радужки загорелись алым.

Нина заледенела. Голова закружилась так сильно, что веки сами собой закрылись. Она почувствовала, как ее подняли, но ничего не могла сделать. Сознание проигрывало неравную битву со сном.

Звон стекла и холод окружили ее.

«Азамат!»

* * *

Самуил был не просто сильнейшим демоном – его мощь поражала. Двадцать гвардейцев сдерживали его из последних сил. Демон в очередной раз ударил своим мечом, и здание содрогнулось, норовя развалиться. Завихрения буйной энергии били по выставленным рукам, сбивая картины со стен, вазы с консолей. В ушах звенело.

Они должны были сковать его! Один раз это получилось!

Михаил закричал, вливая всю свою мощь в сковывающую мантру.

Его план должен был сработать. Он не просто так дал Нине это задание. Это была ловушка. Двадцать гвардейцев ждали сигнала начать действовать именно в тот момент, когда Нина и Самуил должны были потерять бдительность. Следственная группа, которая приехала на вызов, были верными Михаилу людьми. Здесь был Рон, Зорька, Мария, которые уже участвовали в сковывании высшего демона. Им просто надо было повторить тот опыт!

Он должен был обезвредить Нину, ведь она могла бы помешать им убить Самуила. С этим ему помог Азамат.

Теперь обратной дороги не было: трудно представить, что сделает с ними Самуил, если они не справятся и он освободится. Михаил видел, как гвардейцы вливали максимум силы в мантры. Они должны были сковать его! После этого он должен пронзить грудь демона мечом – и навсегда избавить Нину от договора.

Тут Самуил резко развернулся и устремил свой взгляд в сторону двери, где скрылась Нина с Азаматом. Его зловещая фигура застыла. А пентаграмма, напитываясь сковывающими мантрами, загорелась сильнее.

– Где Нина? – обернулся Самуил к нему. Его голос поверх хора мантр звучал пронзительно.

Михаил прищурился и, не сбиваясь, продолжил проговаривать сковывающую мантру.

Хитрость демона не знала границ. Главное: не сбиться.

– Идиоты. Нина в опасности! Где она?! – вскричал Самуил, и его голос был подобен раскату грома.

Михаил бросил взгляд на дверь, продолжая петь мантру.

– Мы связаны. С ней что-то происходит! Не меня надо опасаться! – Самуил вновь ударил по пентаграмме мечом. Искры разлетелись в стороны, но ему было не пробиться.

Он потерянно оглянулся. Вихри мощной энергии бурлили и кипели. Гвардейцы продолжали вливать силу в пентаграмму, которая должна была его сковать.

Но он словно раздумывал о чем-то…

Спустя мгновение он посмотрел на потолок и выпрямился.

Руки опустились. Острие меча посмотрело вниз.

Он повернулся к Михаилу, из ладоней которого струилась синяя энергия.

– Нина в опасности, – повторил Самуил. Его глаза были полны тревоги. – Пока мы сражаемся, она все дальше.

– Ты лжешь! – не выдержал Михаил.

Тот лишь покачал головой.

– Если вам нужен я, пусть так и будет… Не теряй время. Найди ее, – произнес он и раскинул руки. Меч растворился в его ладони, словно его и не было.

Михаил осекся. В его глазах отразилось, как энергия высшего, сдерживающая сковывающие мантры, лопнула и сотни пут кинулись к нему подобно голодным змеям; он так и стоял, раскинув руки. Кнуты мантр обхватили его руки, ноги, тело; они оплели его шею, голову…

Но взгляд его алых глаз пронзал Михаила. Ему словно не было дела до него самого – его волновала лишь Нина.

Михаил произнес последние слова мантры и сомкнул уста – душа выла сиреной: Самуил