Будет страшно. Колыбельная для монстра - Анна Александровна Пронина
Яги, как всегда по утрам, дома не было. Кот сел у миски со сметаной, Гоша пододвинул к себе варенье и взял румяный промасленный блин. На душе почему-то было легко.
– Кот, я убил ее? – спросил Гоша.
– Светку-то? Нет Это я морок на тебя навел. Чтобы ты увидел, как все будет, если ты без подготовки в реальный мир вернешься.
Гоша откусил кусок от блина. Задумчиво прожевал. От горячего чая с малиной в голове окончательно прояснилось.
– Давай расставим все точки над i? Получается, когда я первый раз был в коме, ты показал мне моих одноклассников, чтобы я убедился – они нормальные ребята и совсем меня не ненавидят. И дал мне возможность понять, что единственный мой враг маскировался под друга. То есть Светка желала мне зла, а затем совсем съехала с катушек и взяла в плен всех участников этой катавасии.
– Угу… – подтвердил кот, не отрываясь от сметаны.
– А сейчас ты навел на меня морок, чтобы я решил, что вернулся в реальный мир?
– Угу.
– И что? – злость мешала парню рассуждать дальше.
– И то! – сказал кот. – Теперь ты узнал – если руководствоваться только ненавистью, если не взвешивать свои слова и поступки заранее, то ничего, кроме беды, случится не может. Мало того, что несколько человек все-таки погибли, пока ты пытался выбраться из больницы, так еще и сам стал убийцей. Вот чем бы закончилась эта история, если бы я выпустил тебя в реальный мир по-настоящему.
– Значит, пока еще беды не случилось? И ты можешь выпустить меня в реальный мир по-настоящему? – уточнил Гоша.
– Нет, не случилось. И нет – не могу. Выйти в реальный мир можешь только ты сам. Я помощник, но шаман – ты.
Гоша отхлебнул чаю.
Шаман… Это что-то новенькое. Получается, тут у Бабы-яги он проходит что-то вроде обучения, школы шамана? Но ведь шаманы, кажется, стучат в бубен и прыгают у костра. Баба-яга его этому не учила.
– Ох, пенья-коренья, совсем ты еще несмышленый! – пробурчал кот в ответ на мысли Гоши.
Глава 3
Небо совсем не было темным: мириады звезд, образующие галактику Млечный путь, светили так ярко, словно были нарисованы. Разглядывать это великолепие не мешал даже огромный костер, разожженный в центре поляны. У костра сидели Ядвига Петровна, кот и Гоша. Рядом на траве лежал огромный бубен.
– Баб, так что, ты зря меня учила на автобусе ездить? – спросил Гоша.
– Ржавый кардан! Почему же зря?
– Кот сказал, что на автобусе я все равно отсюда уехать не смогу. Только прокатиться вместе с тобой.
– Вот же ребенок! – удивлено воскликнула Яга. – Думаешь, только в моем автобусе тебе пригодится умение концентрироваться на цели, забыв о собственных эмоциях?
– Наверное, не только…
– Ты же шаман! Ты вообще должен меньше думать о себе, больше о других. И с эмоциями работать надо… ой как работать… Вон что ты на эмоциях-то натворил! – это Яга намекала на морок, в котором Гоша убил Светку.
– А почему вдруг я – шаман?
– А кто ж?
– Ну баб! Почему я?
– Потому что ты можешь.
Яга протянула ему кружку душистого травяного чая, сыпанула туда горсть сушеных ягод. Гоша взял напиток, глубоко вдохнул аромат, посмотрел на небо.
– Это какой-то специальный чай? Как у Кастанеды? – спросил он.
– Вот же ж поди ж ты! Кого знает! – воскликнула Яга.
– Он про путешествия в иные миры писал, и, кажется, что-то с шаманами употреблял для этого…
– Ну и дурак, – подал голос кот. – Потому он сам-то и не шаман. Разве ж трава нужна шаману?
Гоша улыбнулся. Ответ кота показался ему весьма неоднозначным. Но Яга строго посмотрела на внука.
– Даже не думай об этом! – гаркнула она.
– Да ты что, баб! Никогда!
– Вот и славно.
– Так, а что делать-то надо? – спросил Гоша.
– Для начала нужна цель, – сказала Яга.
– Я хочу спасти друзей.
– Нет, это неправильная цель.
– А какая правильная?
Яга вздохнула. Все-таки она перевозчик, а не учитель. Возня с начинающим шаманом – не для нее. Но что ж поделать, видно, судьба так хочет.
– Твоей целью должна быть жизнь. Помнишь, ты мне говорил, что нет ничего ценнее жизни? Жизнь всегда надо ставить на первое место. Поэтому думай о том, как сохранить жизнь всем, в том числе и Свете.
Гоша вздохнул.
– А что с бубном делать?
– Бубен помогает войти в особое состояние сознания и истончает границы между мирами, – ответил вместо Яги кот. – Так ты сможешь путешествовать и возвращаться в свое тело, когда пожелаешь.
* * *
Звезды пульсировали в такт звучания бубна. Ритмичные глухие удары успокаивали, но не усыпляли. Сознание оставалось бодрым и ясным.
Гоша летел в межзвездном пространстве и чувствовал, как медленно исчезают границы его тела. С каждым ударом: бум – и нет больше пальцев ног, бум – и вот исчезли стопы, бум – растворились икры, колени, бум-бум-бум – и нет ничего ниже живота, бум-бум-бум-бум – и вот уже осталась одна голова, бум-бум-бум-бум-бум – и только чистый разум парит в космосе и расширяется, вбирая в себя метеориты, кометы, планеты и звезды.
Удивительное состояние, когда ты – это вся безграничная вселенная сразу, и все ее измерения достижимы в любой момент Гоша смотрел широко открытым сознанием и не мог налюбоваться на мир, который простирался вокруг и которым он был сам в этот момент.
Он подумал о маме. Был ли у нее дар перемещения между мирами? Едва его разум прикоснулся к ней, как Гоша почувствовал мамин запах, кожу ее нежных рук, тихое биение сердца. Нет, мама была обычной земной женщиной. Ее главным даром была способность взрастить внутри себя новую жизнь, его. Гошу. Взрастить и отдать этому миру.
Нет, не так. Вернуть. Потому что Гоша чувствовал – не было такого момента, когда он не существовал. Он был здесь всегда, только был иначе.
Мысли о маме наполнили Гошу любовью. Тихая радость и спокойствие, словно еще одна яркая звезда, засияли внутри вселенной. И тогда Гоша обратился мыслями к Свете.
Только сейчас он подумал о том, как все парадоксально сложилось. Ее зовут – Светлана. Ее имя означает свет. Но стоило Гоше прикоснуться к ней своим существом, как он ощутил темноту и холод. Внутри у Светы не было света.
Шаман почувствовал, что он больше не парит в безграничном космосе, он падает, словно Алиса в нору. И нора эта – Светка, все ее существо.
Гоша еще ни разу в своей жизни не был