Фэнкуан: циклон смерти - Женя Дени
— Ну вот, старше меня на десятку, — довольно кивнул Юра. — Мамаша.
— Вот балда! — Она всё-таки треснула его по лбу, не удержавшись.
— Да за что?!
— Было бы за что - вообще прибила бы!
— Кажется, я понимаю, почему у тебя нет мужика, — насупился Юра, потирая ушибленное место.
— Чё сказал?!
Боба, предчувствуя знатный махач, под шумок спрыгнул с колен хозяйки и быстро передислоцировался на более комфортное место, то есть обратно на диванчик, где свернулся калачиком и прикрыл сонные глазки, делая вид, что происходящее его совершенно не касается. В дороге его всегда укачивает и очень сладенько спится.
— Всё, всё, всё! — Юра выставил ладонь в сторону нападавшей, защищаясь. — Прошу прощения! Прошу прощения!
Ева не сердилась на него всерьёз. Она просто дурачилась с ним, понимая, что парню нужно разрядиться, а то он сидел как на еже, весь напряжённый, поджав копчик к пупку.
— Наверное, нам придётся менять машину, — неохотно признала она, глядя на снег, который валил всё сильнее. — Снега наметёт столько, что хрен проедешь даже на внедорожнике… Надо было снегоход прикупить…
— Думаешь? — Юра нахмурился. — Блин, я надеюсь, что всё-таки нам удастся на этой тачке добраться… Эх… Как же блин я скучаю по своей кореяшке… Стоит там на парковке одна одинёшенька…
— Сколько нам ещё ехать до магазина медтехники? — Ева присмотрелась к примерному времени прибытия на карте. — Блин… Пятнадцать минут…
— Йеп! И на Ярославку только через сорок минут выкатим, — мрачно заметил Юра. — В лучшем случае.
— Я думаю, что схожу куплю нам перекусить, — решила Ева. — Поедим горячего… Там как раз есть Мак.
Кому-то, наверное, её поведение показалось бы неразумным. Валить, валить и ещё раз валить из мегаполиса - вот что нужно делать, когда вокруг творится такое. Но они толком ничего не ели с самого утра, а впереди неизвестно сколько часов пути. И ещё… Если всё и вправду рухнет, то, возможно, гамбургер из Мака с горячим кофе они больше никогда не попробуют. Никогда в жизни.
Кажется, что это глупость. Да кому нужен этот фастфуд, когда на кону стоит выживание? Но Ева знала по опыту: когда сидишь на скудном пайке, завоешь голодным волком и с горечью будешь вспоминать весь тот несъеденный пищевой мусор, от которого раньше с лёгкостью отказывался. Поэтому она решила не кошмарить парня. Пусть поест нормально, пусть выпьет свой кофе или молочный коктейль. Возможно, это последняя нормальная еда в их жизни.
— Может, давай я всё-таки с тобой схожу? — предложил Юра.
— Нет, лучше оставайся за рулём, — покачала она головой. — Мало ли что…
— Смотри сама, — пожал плечами Юра. — Не представляю, как ты на себе всё утащишь.
Они въехали в короткий туннель, и оранжевые лампочки весело и довольно засияли, отражаясь тёплыми бликами на мокром асфальте. В начале въезда намело уже прилично, хоть постоянно проезжающий поток машин и утрамбовал сугробы. Снег валил стеной, но здесь, внутри, его совсем не было, что логично. Здесь были только влажный блеск на дороге да плитка на стенах, мерцающая сотнями маленьких огоньков. Еве всегда нравились такие уютно освещённые туннели, они казались ей убежищем, временным укрытием от внешнего мира, очень уютными норками. А сейчас… Сейчас она смотрела на эти тёплые огни и думала о том, что скоро люди будут бояться таких мест. Скоро эти уютные норки превратятся в ловушки, в коридоры смерти, где в темноте будет поджидать опасность. Скоро оранжевый свет перестанет казаться тёплым и станет просто тусклым освещением, под которым прячутся твари.
Она поёжилась и отвернулась к окну, провожая взглядом мелькающие плитки.
— Скоро люди будут сторониться туннелей… подземок… — задумчиво произнесла она.
— Почему? — удивился Юра.
— Да… — Она отмахнулась, не желая вдаваться в подробности.
Перед глазами всплыла картина, которую она никогда не забудет: главная площадь в Китае, люди, отравленные токсином, растекались в свои укрытия, в укромные туннели метро, на крытые парковки, в подвалы. В целом, туда, где темно и безопасно, где можно спрятаться и ждать. Ждать, когда рядом появится свежая плоть.
— Просто заражённые любят укромные места, — пояснила она всё же, щурясь уже от серости неба.
— Ну кстати да, — оживился Юра, выехав из туннеля. — Я вот тут один фильм смотрел… Ой, кажется, началось…
Он сам себя перебил, когда его внимание привлёк мужик в расстёгнутом пуховике, буквально вывалившийся из «Семёрочки». Того штормило так сильно, что он еле удерживался на ногах, а обвисшие щёки смешно потряхивались при каждом шаге. Заметив проходящего мимо парня, он протянул к нему руки и вцепился мёртвой хваткой.
— Э, мужик! — возмутился парень, пытаясь освободиться. — Чё за дела!
Но мужик не отпускал. Ноги у него окончательно подкосились, и он рухнул в уже описанный собаками, а может и не только ими, сугроб, увлекая парня за собой. Выглядело это немного комично, как будто они танцевали, и парень решил просто наклонить его, как партнёршу в танце. А дальше… А дальше мужика просто вырвало.
— Буээээ… — разнеслось на всю улицу.
— Фу, бля! — заорал парень, дёргаясь над блюющим мужиком. — Да отпусти ты меня!
На помощь подоспели ещё двое парней, которые с трудом оторвали пьяные пальцы от куртки и оттащили жертву нападения в сторону.
— Водички! — простонал мужик, пытаясь подняться на четвереньки. — Дайте мне водички…
— Нет, — Ева устало потёрла переносицу, наблюдая за этой сценой, проезжая мимо. — Он просто бухой.
— Иу… — Юра скривился. — Жесткач какой… Не люблю таких типуль…
— Вон, магазинчик… — Она обрадовалась, когда увидела одну из точек их назначения.
— Вижу… Блин, хер припаркуешься! Рррр! — Прорычал ненавистно Юра и немного всполошил Бобу, у которого рычание вообще-то что-то тоже значило на собачьем языке.
Спустя пять минут парень смог припарковаться и, к счастью, даже рядом с магазинчиком. Одна автоледи освободила парковочное место. Ева достала из рюкзака кожаный кошелёк, набитый наличкой, быстро напялила на себя всё защитное обмундирование и, уже будучи похожей на инопланетянку в этом костюме, повернулась к Юре:
— Если решишь размять ноги, из машины выходи только в защитной накидке, только в маске и перчатках, — строго напомнила она и нажала на кнопку включения УФ-лампы. — Я её специально включила, как
