Комполка - Башибузук Александр

Честно говоря, Лекса порядочно обалдел от такой наглости и сначала устно воззвал к совести близнецов, но они не прониклись и попытались наехать. В виде аргумента устрашения, на свет появилась длинная отвертка.

Вот тут Алексей отбросил все сантименты и максимально эффективно, жестко и безапелляционно призвал рыжиков к порядку. А там и Мандрыка подоспел, которому с КПП успели сообщить, что нежданно-негаданно приперлось московское начальство.

Дальше близнецов доставили в кабинет коменданта, Иона Степанович принялся изрыгать проклятья, а Лекса переоблачился в форму и занялся баранками с чаем.

— Я бы тому остолопу, кто придумал детский дом прикрепить к заводу, самолично ноги все повыдергал бы и обратной стороной в гузно запихал!!! — Мандрыка в очередной раз хлопнул ладонями по своим ляжкам.

Лекса тактично опустил тот факт, что именно он это придумал и вежливо поинтересовался:

— И что, совсем толку нет?

— Ну, как… — комендант запнулся. — Так-то толк есть. Примерно треть архаровцев работает более-менее исправно, а некоторые, прям таланты, мастера не нахвалятся. Вот эти, к примеру… — он угрожающе покосился на близнецов. — Уже учителей во многом перещеголяли, руки золотые, что хошь отремонтируют и наладят — просто таланты, чтоб гусь их заклевал! Но беды от них, не в пример больше! Вон, давеча, засранцы, пол в нужнике подпилили, так Аграфена Кузьминична, наша повариха, в выгребную яму по пояс провалилась. Лебедку ладить пришлось, чтобы вытащить, баба она габаритная!

Мандрыка ухмыльнулся и подкрутил усы.

Лекса глянул на братьев и сухо поинтересовался:

— Как зовут?

— Тишка…

— Прошка…

— Колывановы, мы…

Близнецы синхронно прикоснулись к поврежденным ушам и так же синхронно хлюпнули носами.

Алексей немного поколебался, потом достал из кобуры свой кольт, вынул из него магазин и положил пистолет на стол.

— Разобрать и собрать. Живо! Степанович, не справятся, расстрелять гавнюков. Ну, время пошло!!!

Братцы ринулись к столу и…

Лекса не поверил своим глазам. Примерно через минуту… разобрали пистолет. Хотя за эту минуту успели переругаться и наградить друг друга тумаками. А потом собрали, правда, уже не так быстро, но все же собрали.

— Я же говорил, таланты! — гордо заявил комендант. — Это что, собрать-разобрать, они сами стреляющую хренотень сладили. Когда в овраге испытывали, я их и накрыл… — он горделиво приосанился.

— И где эта хренотень? — машинально бросил Алексей.

— Дык, у меня в сейфе… — Мандрыка суетливо достал ключ из кармана и извлек из сейфа…

У Алексея даже сердце зашлось.

Это был «Узи»…

А точнее, «хренотень» была очень похожа на израильский пистолет-пулемет «Узи». По крайней мере, внешне. Такие же магазин в рукоятке, рукоятка затвора сверху ствольной коробки и способ крепления приклада. Да и по габаритам сильно смахивало. Выглядел образец нарядно, отполированный до блеска и даже с выцарапанной гравировкой и аляповатой резьбой по дереву.

— Под какой патрон вы его сделали? — Лекса с трудом справился с ошеломлением.

— Какие были, под такой и сладили… — дружно ответил близнецы, после чего достали из кармана каждый по патрону и положили перед Алексеем. — Токмо… того, не готово еще… мы хотели, чтобы оно по три патрона стреляло, потому что больно быстро пуляет…

Алексей покрутил в руках «люгеровский» девятимиллиметровый патрон, достал из приемника двухрядный магазин и крутнул головой. Слов у него просто не находилось. Случившееся выглядело, просто, как чудо.

«Хотя… — он про себя улыбнулся. — Как там говорят, не оскудела земля русская талантами? Левшей всегда хватало. Вот только почти все их творения пропали даром. Кому просто надело творить, кого банально не оценили. Такое на Руси тоже обычное дело. Вот не попытались бы эти охламоны снять с меня часы, так бы и пропала даром их „хренотень“. И не факт, что еще бы одну сделали…»

— Так вот кто со склада ящик с германскими патронами стырил!!! — взревел Мандрыка. — Ну, все, конец вам! Под трибунал пойдете, стервецы!!!

— Чертежи есть? — с трудом выдавил из себя Алексей.

— А как жа! — обрадовали братья, после чего Тишка показал замызганную бумажку. — Токмо… токмо мы больше на глаз, а это… ну… так…

Чертеж был похож на рисунок пятилетнего ребенка.

— Вот вы где, Алексей Алексеевич! — в кабинет вошел директор завода Владимир Григорьевич Федоров. — Я вас ищу-ищу. А что это такое? — он уставился на поделие близнецов, а потом перевел взгляд на Мандрыку. — Кто сделал?

— Они! — комендант дернул за рукав Тишку. — Я вовремя пресек и изъял! Стервецы, как есть. И вредители! Прямой путь в тюрягу!

— А почему мне не доложили? — нахмурился Федоров.

— Ну… — смешался комендант. — Не успел…

— Грозился своими руками расстрелять, ежели еще, что такое сладим! — дружно наябедничали братья Колывановы.

— Так я же из доброты сокрыл, жалел вас, гавнюков… — обиделся Мандрыка. — Я-то пожалею, а другой нет! Неблагодарные задрипанцы!

Следующий час Алексей и Федоров увлекательно провели, пристально изучая поделку братьев.

— А зачем канавки?

— Чтобы грязь выбивало!

— Оригинально, оригинально. Смотри, Алексей, затвор набегает на ствол. Никогда такого не видел. Вот же шельмецы…

— Ага, — согласился Алексей и тут же соврал. — Сам никогда с таким не встречался.

С оригинальным «Узи» он познакомился на войне в своем времени. В зону боевых действий со всего мира засылали оружие, так что там попадались очень редкие образцы. А «узиков» в свое время наклепали очень много, так что ничего удивительного, что они засветились везде, где только можно.

— А ствол? Ствол как сделали? — Федоров впился строгим взглядом в братьев.

— Дык, просто все… — Колывановы развели руками. — Винтовочный ствол из брака взяли, обрезали и рассверлили, а потом… — они дружно изобразили на пальцах что-то замысловатое. — Потом таку загогулину зафигачили, да на токарном прострогали нарезы. Ствол-то короткий, с длинным пришлось бы повозиться.

Федоров покачал головой и добродушно ругнулся.

— Кулибины, ястри тя. Как ствольную коробку делали?

— Дык, на фрезере…

— А магазин?

— Сами молотками из жести гнули. А консук… консрук… в общем, устройство с ерманского магазина к ручной пулялки подглядели. Ну… почти…

— А пружину где взяли?

Тишка и Прошка дружно потупились.

— Сперли! — сделал вывод директор. — Скорее всего, у Василия Алексеевича, он экспериментировал с пружинами. Сколько патронов в магазин влазит?

— Двадцать… — сокрушенно просипели близнецы. — Пробовали больше, неподает, сил пружины не хватает.

— Уже хорошо! — Федоров ткнул пальцем в потолок и выдал небольшую лекцию. — Знаете, почему возникает проблема с примыкающими снизу магазинами? Потому что пружина должна подать очередной патрон за время, меньшее цикла работы автоматики, и чем скорострельнее аппарат, тем труднее это сделать. В случае однорядного магазина шаг подачи — диаметр донца патрона, для двухрядного магазина — половину диаметра. А при подаче снизу надо бороться не только с трением, но и с весом патронов, то бишь, гравитацией. Сложно у нас еще со специальными сталями. Затвор… бронзовый? Ястри тя!!! Как вы его сладили?

— Дык отлили в термичке, а потом надпилками и штихелями довели! — гордо ответили братья.

— А как догадались магазин в рукоятку всунуть?

— А куда еще его пихать? — рыжие братья вытаращились на директора. — Токмо тудой.

— Кто надоумил так общую конструкцию сладить?

— Да никто. Что подглядели, когда показывали нам оружье, что сами придумали…

По результату Федоров азартно махнул рукой.

— Айда в тир! Проверим. Степанович, распорядись, чтобы доставили ящик германских девятимиллиметровых патронов. Стоп… там меньше ящика осталось. В общем, пусть тащат все что есть! Ну, нет патронов, экономим на всем…

Федоров сокрушенно всплеснул руками.

— Я уже отправил циркуляр на оружейные склады за подписью начальника Штаба РККА, — поспешил успокоить его Алексей. — Не переживайте, изыщут все что есть. И да, пока на месте, пишите запросы по своим нуждам, я сделаю все что могу…