Этот безумный пролог никогда не закончится. Том 2 - Notego
Тут он замахал рукой, собираясь снова привязать к шесту поводья, которые только что ослабил.
Я торопливо схватил его за руку:
– Тогда, прошу вас, отвезите меня хотя бы туда. Дальше я сама доберусь.
В итоге я отдала ему все оставшиеся серебряные монеты. Взяв деньги и положив их в карман, он оглядел меня с ног до головы, а затем произнес:
– Вижу, вы в сложной ситуации, поэтому высажу вас даже немного дальше. Если вы вдруг окажетесь в глуши, оттуда будет трудно выбраться.
Он самолично открыл карету, запертую на ключ. Замок щелкнул, и дверь со скрипом открылась.
Внутри пахло ржавым железом.
– Но почему вы едете в карете? Было бы лучше сесть в повозку, которая везет выпивку. Конечно, это заняло бы немного больше времени, но за эти деньги вас без проблем доставили бы до места назначения. Ну или можно было бы договориться вместе переночевать на конюшне вместо денег, – сказал он, оглядывая мой внешний вид.
Похоже, он думал обо мне как о приехавшей в столицу деревенской девушке, полной светлых мечтаний, но без средств в кармане.
Это была правда. Я купалась в тщеславии и мечтах, что только я смогу спасти Деона.
– Это все из-за запаха? Даже если вас укачивает, вы могли бы сэкономить деньги, если бы просто немного потерпели.
Он украдкой взглянул на меня. Он держал дверь, как бы спрашивая, не лучше ли сейчас поговорить с торговцем и пересесть в повозку.
– Нет. Мне нужно поскорее вернуться, – ответила я и села в карету.
Он закрыл дверь и прыгнул на облучок, потянул поводья, и старая карета с дребезгом тронулась в путь.
Я прислонилась головой к окну и попыталась заснуть, но карета простолюдинов отличалась от кареты аристократов. Передняя часть оказалась открытой, поэтому ветер задувал внутрь дорожную пыль.
Я почувствовала, что на кончике языка осела густая пыль. Мне было трудно открыть глаза из-за летящего песка. Я быстро моргнула и снова смогла посмотреть на размытый пейзаж впереди.
Я видела, как трясутся сиденья и спина кучера. Облучок был высоким, поэтому я могла видеть прямо перед собой старые черные ботинки. Это было неудобно, потому что передняя часть была открыта, но зато оказалось легче вести беседу. Он разговаривал со мной, как будто его интересовала история девушки, которой понадобилось куда-то ехать в карете с раннего утра.
– Зачем вы приехали в столицу? Может быть, хотели встретиться со своим бывшим возлюбленным?
Возлюбленный… Я медленно прокрутила в голове это слово. Мне нечего было ответить. Он почти угадал.
– Я приехала в дом человека, которого считала своим возлюбленным, потому что скучала по нему.
– Но он велел вам уехать так рано?
Он цокнул языком, как будто с сожалением.
– Нет. Я пришла к его дому, но это оказался не его дом.
– Что значит «не его»? – с любопытством поинтересовался кучер.
– Там было полно людей, которых я не знала.
Я вспоминала одну за другой сцены, которые видела в тот день, когда приехала в замок принца. Поведение главного дворецкого и служанки, которые были мне не рады. Отношения Изеллы и Деона, которые, как оказалось, были не те, что в слухах.
– Вот как? Значит, он переехал, не сказав ничего вам. – Кучер покачал головой. – Столица всегда была такой. Здесь живет семья императора, поэтому город выглядит роскошно и богато, но на деле он холоден и бессердечен. Даже люди, которые раньше жили в других регионах, переехав в столицу, полностью меняются. Нельзя не измениться, если живешь в столице.
– Вот как.
Это было простое утешение, и кучер никак не мог знать моих обстоятельств, но его слова проникли в самую глубину моей души. Ведь Деон… казался теплее на холодном Севере. В теплую погоду нет необходимости с кем-то делиться своим теплом. Причина, по которой он обнимал меня, была в том, что он хотел согреть мою кровь, и, возможно, больше ни в чем.
– Вы видели, какая суматоха случилась сегодня? Сторонники принца Деона подняли голову и вдруг с утра провели суд. Я знаю случаи, когда судебное разбирательство откладывалось, но впервые в жизни слышу, чтобы оно началось раньше.
Он взволнованно рассказывал о том, что произошло сегодня утром. Это уже дошло до ушей простого кучера. Похоже, слухи быстро расползлись по улицам.
– Да. Я слышала.
Проблема лишь в том, что я видела все слишком четко. Я видела, как одновременно с его победой у меня на глазах рушилась моя репутация.
– Хорошо, что вы сейчас уезжаете из столицы. Если в момент такого происшествия по столице бродит простолюдин, которому негде остановиться, это может стать причиной переполоха. В такое время все аристократы излишне чувствительны. Если вы хотите избежать неприятных ситуаций, вам следует держаться подальше.
Звонкий голос кучера пронзил мой слух. Я не ответила. Лишь отвела взгляд от него и направила в окно, через которое смотрела, как вертелись под колесами камни и летела пыль.
Не получив ответа, кучер оглянулся назад и тоже замолчал.
Я закрыла глаза. Мне хотелось спать, но и с закрытыми глазами я продолжала ясно слышать голос Изеллы и видеть глаза Деона, когда он лениво наблюдал за ситуацией со связанными руками.
Когда суд закончился и Деона развязали, к кому он первым делом прикоснулся свободными руками? Обнял ли он маленькое тело Изеллы? Обнял ли он свою возлюбленную, которая пришла за ним в зал суда, благодаря за помощь?
Ослепительный солнечный свет скользнул по моему лицу.
Мне казалось, теперь я знаю, почему Сурен махала рукой, когда я пыталась открыть окно во время движения кареты. Даже если сидеть неподвижно, в открытую со всех сторон карету летели камни.
Один из них сильно поцарапал мою щеку.
Кучер, как и обещал, доехал до Фаррингтона, а затем проехал еще минут десять и остановил карету.
Встав посреди дороги, он открыл дверь.
Я привычно протянула ему руку, но она повисла в воздухе. Кучеру не хватило любезности даже на то, чтобы помочь выходившей из кареты клиентке. И неудивительно, ведь он наверняка принял меня за простолюдинку.
Смутившись, я оперлась на дверь. К счастью, он не заметил в этом ничего странного. Похоже, он понятия не имел, что я аристократка.
– Все же отсюда дорога только одна, так что по крайней мере вы не заблудитесь.
Он
