Таксист из Forbes 3 - Ник Тарасов
Я посмотрел на Серёгу.
Серёга смотрел в кружку.
— Серёга.
Он поднял глаза. Плечи чуть напряглись.
— Съездишь завтра в Дубки? Матиз одной… кхм… девушки. Не заводится. Машинка древняя, там ломаться нечему — скорее всего, АКБ или стартер.
— Завтра? В Дубки?
— Угу. Автобус оплачу, туда и обратно. От Тулы до деревни такси, тоже с меня. Часа три-четыре там — и домой. Ты ж, вроде, свободен?
— Свободен. — Он медленно кивнул. Потом, осторожно. — Ген… а что за девушка-то?
Толя рядом хрюкнул в кружку.
— Да есть там. — Я махнул рукой. — Люда. Ты просто скажи, что у меня работаешь. Гена, мол, сам не смог, дел по горло, прислал мастера. Всё. Больше ничего.
— А она… ну… симпатичная? — Серёга спросил это таким тоном, будто уточнял, не привязана ли там злая собака.
Толя заржал уже в голос. Кружка звякнула о стол.
— Серый, ты вопросы задаёшь. Ты чего, знакомиться собрался?
— Да я так… чтобы понимать.
Я посмотрел на Толю. Толя на меня. Мы оба думали об одном.
— Понимаешь, Серёг… — Я подбирал слова. — Она яркая. Очень. Пуховик розовый. Помада тоже. И… активная, скажем так. Если сама начнёт к тебе клеиться — не пугайся, это не значит, что тебе чего-то надо делать. Просто чини Матиз и уезжай. Понял?
— Понял. — Серёга кивнул так серьёзно, будто я его на боевое задание снаряжал.
— И ещё. Пирожки будет предлагать — ешь. Чай — пей. От всего остального отбивайся вежливо. Скажи, что женат.
— Так я ж не женат.
— Лучше соври, Серёг. Это разрешённая в данной ситуации ложь во спасение. Поверь дяде Гене.
Толя уже чуть ли не лежал на столе, вытерая слёзы. Серёга краснел всё сильнее, но кивал, запоминая. Прям как первоклассник на линейке.
Я достал из кармана пять тысяч. Подумал. Добавил ещё две.
— Держи. Автобус, такси, еда. Если не хватит — доплачу. Отчитываться не надо, верю. Главное — сделай машину и сваливай. Не задерживайся.
Серёга сунул деньги во внутренний карман спецовки. Сосредоточенно.
— А если серьёзная поломка?
— Там не будет серьёзной. Это «Матиз». Это не машина, а недоразумение на колёсах. Клеммы окислились или АКБ сдох. Ну или бензонасос. Если что — звони, подскажу. Но зарядник лучше бери с собой. Да и чемодан с ключами тоже.
— Ладно.
Я открыл переписку с «Люда Дубки». Пальцы сами набрали:
«Завтра утром посмотрим твой Матиз».
Отправил. Секунду подумал — смайлик для смягчения? Да ну. Обойдётся.
Ответ прилетел мгновенно. Будто она с телефоном в руке была.
«Ой, спасибо тебе, Геночка!!! Жду!!! Я блинов напеку, чтоб теплые были»
Закрыл переписку. Не отвечая. Убрал телефон.
Толя допивая чай, посматривал на меня.
— Что, трусишь?
— Толя. Я в жизни мало чего боюсь. Только две вещи — темноту и стоматологов. — Толя удивленно приподнял бровь. — И то — теманоту только потому, что неизвестно сколько там стоматологов! — Оба заржали в голос, а я продолжил. — Но Люда Дубки со сковородкой блинов и тоскливым взглядом — это отдельная весовая категория.
— А Серёгу, значит, бросаешь?
— А Серёга у нас тихий, скромный и женатый. Правильно, Серёг?
— Правильно. — Он вздохнул и добавил тихо. — Ген Дмитрич, а я это… можно я правда обручалку надену? Батина валяется, он её на стройке давно посеял, потом нашёл, но так и не одевал после этого.
Мы с Толяном переглянулись.
— Серый, ты гений.
— Да ладно. — Он опять уставился в кружку.
Я допил чай. Встал.
— Ну, мужики, я на линию. Завтра созвонимся. Серёга, автобус до Тулы в шесть утра с вокзала. Дальше такси до Дубков — минут сорок. Если что — звони.
— Принял.
Я вышел на мороз, представляя удивление Людмилы, когда к ней приедет Серёга вместо меня.
* * *
Сел в «Киа», провернул ключ. Стартер схватился с первого раза. Через лобовуху было видно, как из бокса вышел Серёга.
Я посидел секунду, глядя в зеркало. Двор «Диагноста», мокрый асфальт, снег с грязью по краям. Хорошо же всё. Реально хорошо.
Рука сама потянулась к телефону в подстаканнике. Открыл агрегатор. Палец завис над «выйти на линию».
Не. Не хочу.
Не сегодня. Сегодня я возить никого не буду. Ни бабушек с рассадой, ни студентов с бодуна. Хватит. День хороший, и я его себе, блин, заработал.
Свернул приложение, нашел в контактах Панкратова. Нажал.
Гудки. Один, второй. На третьем взял.
— Ну, — хрипло. — Чё случилось?
— Серёж, а тебе обязательно с этого начинать? Может, «здорово, Гена, как дела»?
— Гена, если ты звонишь — значит, чё-то случилось. У нас такая статистика. Сегодня, кстати, шестое обращение граждан в органы, и пять с половиной — твои.
— Обидно.
— Зато правда. — В трубке что-то звякнуло, как будто ложку в пустую кружку бросил. — Ну так чё надо?
— Трудишься?
— Заканчиваю. День — сплошная кассация мозга. Утром авария с трупом на Московском, потом эти из администрации, потом пробки, потом шеф. Я уже как выжатый лимон, одни косточки. Ген, ты опять пробить чё-то хочешь? Только честно, я морально подготовлюсь.
— А вот и не угадал.
Пауза. В трубке слышно, как он отодвинул стул.
— Так. Интересно. Продолжай.
— Как у тебя со временем на вечер?
— Да нет у меня планов, Гена. Домой приползти, упасть на диван и до воскресенья не вставать. А чё?
— Ну вот давай и совместим.
— В смысле? — Подозрительно. — Ты меня куда-то затащить собрался?
— Серёж, без драмы. Баня.
Тишина секунды на три. Потом он выдохнул.
— Так. Стоп. — Голос сразу другой. Живой. — Гена, ты что, проставиться решил?
— В корень зришь.
— А ты знаешь, Генка… — засмеялся. Тем смехом, какой бывает у мужика, который весь день держался, а тут можно отпустить. — Я ведь и не откажусь. От слова совсем.
— Вот и договорились.
— А по какому поводу? Выгорело что-то?
— Да просто. День хороший.
— «Просто»? Гена, ты удивляешь, честно.
Я хмыкнул. Глянул в боковое — Серёга как раз возвращался с заправки, в руке пакет, на ходу жуёт.
— Так ты где бронируешь?
— Сейчас загуглю. Чтоб нормальная парилка была, купель, предбанник, чтоб пиво своё можно. Скину в общем адрес как найду, — сказал я. — К восьми? Или в семь?
— Давай в семь. Я до дома доеду, переоденусь и готов.
— Принял.
И тут он замялся, в голосе что-то дёрнулось.
— Ген. Слушай. Это… — прокашлялся. — Мы это…
