Эволюционер из трущоб. Том 18 ФИНАЛ - Антон Панарин
* * *
Гостиная в восточном крыле поместья Водопьяновых утопала в мягком свете торшеров, бросающих на стены причудливые тени от резной мебели из карельской берёзы. Венера сидела на диване, обитом бархатом цвета слоновой кости, и внимательно слушала организатора свадеб, которая без устали тараторила уже второй час подряд.
Женщина лет сорока с высокой причёской и в строгом деловом костюме раскладывала на журнальном столике образцы тканей, каталоги с цветочными композициями и фотографии различных банкетных залов. Её руки порхали над столом как бабочки, хватая то один образец, то другой, демонстрируя их Венере с таким энтузиазмом, будто от выбора цвета скатертей зависела судьба всей Империи.
— И вот, посмотрите, дорогая моя, эти розы просто божественны! — защебетала организатор, тыча накрашенным ногтем в фотографию пышного букета. — Мы можем украсить ими весь зал, плюс арку для церемонии, плюс столы для гостей. Представляете, какая красота получится? А цветовая гамма! Я предлагаю сочетать нежно-розовый с золотым, это классика, проверенная временем. Хотя, если вы предпочитаете что-то более современное, можем добавить серебристые акценты или даже лавандовые оттенки. Очень модно в этом сезоне! А место проведения! У нас есть несколько вариантов: старинная усадьба за городом с видом на озеро, роскошный отель в центре столицы с панорамными окнами, или, если хотите чего-то совсем необычного, можем организовать церемонию в оранжерее с экзотическими растениями!
Венера задумчиво слушала этот водопад слов, улыбаясь краешком губ и периодически кивая. Её мысли были далеки от выбора цветов и тканей. Она думала о Михаиле, о том, как он сейчас сражается где-то на севере с армией нежити, рискуя жизнью ради спасения Империи. Сердце сжималось от тревоги каждый раз, когда она представляла его в бою, окружённого врагами, истекающего кровью.
Но Венера знала, что должна оставаться сильной, должна верить в его возвращение. Свадьба казалась чем-то нереальным, словно красивым сном, который может в любой момент рассыпаться. Венера провела рукой по шелковому платью, ощущая мягкость ткани под пальцами, и невольно представила себя в подвенечном наряде, идущую по алому ковру навстречу любимому. Образ был таким ярким, таким желанным, что у неё перехватило дыхание.
— Дорогая, вы меня слушаете? — спросила организатор, заметив отсутствующий взгляд Венеры.
— Да-да, конечно, — очнулась Венера, возвращая улыбку на лицо. — Розы прекрасны. И место… усадьба с видом на озеро звучит очень романтично.
— О, замечательно! — обрадовалась организатор и тут же принялась копаться в своих бумагах. — Тогда давайте обсудим меню. У нас есть несколько вариантов: традиционная русская кухня, европейская, азиатская фьюжн…
Венера уже открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент в дверь комнаты постучали. Стук был негромким, почти осторожным, но отчётливым. Организатор недовольно поджала губы, явно раздражённая тем, что кто-то прерывает её болтовню. Венера встала с дивана, расправив складки платья, и направилась к двери.
Сердце вдруг забилось чаще, хотя она не понимала, почему. Какое-то смутное предчувствие шевельнулось в груди, но она отмахнулась от него. Наверное, это просто слуга пришёл что-то сообщить или принести чай. Венера повернула ручку, потянула дверь на себя — и замерла.
На пороге стоял Михаил, её любимый. Живой, целый и невредимый. Светлые волосы слегка растрепаны, зелёные глаза смотрят на неё с такой нежностью, что у Венеры подкосились ноги. Он был одет в шубу, слегка припорошенную снегом, на щеках румянец от мороза. Венера не поверила своим глазам. Она думала, что он далеко на севере, что не вернётся ещё несколько дней, а он здесь!
Радость взорвалась в груди, смывая все тревоги и страхи. Венера даже не заметила, как бросилась вперёд, обхватила его руками за шею и прижалась губами к его губам. Поцелуй был страстным, долгим, полным облегчения и счастья. Она зарылась пальцами в его волосы, притягивая ближе, не веря, что он действительно рядом.
Но через мгновение что-то насторожило её. Губы Михаила были холодными. Не просто прохладными от мороза, а леденящими, словно она целовала труп. Венера попыталась отстраниться, но руки Михаила обхватили её талию, не давая отступить. Она всё-таки оторвалась от поцелуя, отклонив голову назад, и заглянула ему в глаза. И то, что она увидела, заставило кровь застыть в жилах.
В его зелёных глазах, таких родных и любимых, копошились черви. Десятки мелких красных червей извивались в радужке, ползали по зрачкам, выглядывали из уголков глаз. Они шевелились, сплетались друг с другом в отвратительном танце. Венера вскрикнула пронзительно и громко, и попыталась вырваться из объятий.
— Нет! Нет! На помощь! — закричала она, отталкивая его руками.
Но существо, выдававшее себя за Михаила, не отпустило её. Его пальцы впились в её талию, как железные клещи, причиняя боль. Организатор вскочила с дивана, уронив каталоги на пол, и замерла с открытым ртом, не понимая, что происходит. Венера дёргалась, царапала руки Михаила ногтями, пыталась ударить, укусить, вырваться любой ценой. Но он был сильнее. Намного сильнее.
Тварь, прикинувшаяся Михаилом, притянула Венеру и, улыбнувшись, произнесла:
— Владыка всегда побеждает. Всегда.
— Какой ещё владыка⁈ Пусти меня! — закричала Венера и потянулась к мане, но было уже поздно. Секундное промедление стало фатальным.
Тварь широко разинула рот. Челюсть раскрылась под неестественным углом, словно на шарнирах, обнажая ряды белых зубов. И из глубины горла посыпались черви.
Глава 20
— Что за бред ты несёшь? — выпалил я, глядя на изломанную фигуру Туза Крестов. — Сосуд — это я. И я здесь! — замявшись на секунду, я понял, что скорее всего, я не единственное платье, подходящее их владыке…
Внезапно мир вокруг содрогнулся. Не метафорически, а буквально. Земля под ногами заходил ходуном, каменные стены, возведённые мной, начали крошиться, обваливаясь многотонными плитами. Но это была не просто тряска. Это было нечто большее, нечто фундаментальное. Само мироздание дрожало, как струна, натянутая до предела.
Я почувствовал выброс энергии такой мощности, что на секунду забыл, как дышать. Сквозь рушащиеся стены я увидел ослепительную белую вспышку в небе. Она сияла столь ярко, что попросту вытравила все краски из реальности. Уши заложило от нарастающего давления, словно я нырнул на огромную глубину. Волна силы прокатилась по телу, заставляя каждую клетку вопить от перегрузки.
Каналы маны вспыхнули болью, грозя разорваться на части. Я упал на колено, сжав зубы, пытаясь не потерять сознание от этого невыносимого давления. Энергия была настолько плотной, что воздух стал вязким, как патока, и
