Чайный Мастер. Том 2 - Ярослав Мечников

Минк уселся рядом.

Снаружи продолжал завывать ветер, с силой ударяясь в оконные стекла, а на столе неровно светила лучина.

Я листал пожелтевшие страницы, останавливаясь на тех лечебных травах, которые успел найти и расшифровать в тетради. Они могли пригодиться мне для попытки заварить настоящий лечащий чай для Лиры. Часть Минк уже запомнил, а часть только запоминал…

* * *

Солнце начало припекать еще до того, как я добрался до окраины, и теперь оно жарило по-настоящему, вытягивая из пропитанной ночным дождем земли едва видимое марево. Из-за этого стояла невыносимая духота, от которой рубаха неприятно липла к спине.

Находился я у края дороги и оглядывал раскинувшийся передо мной лагерь Нагии.

Справа просыпался город, оттуда доносились нестройные крики зазывал и грохот телег, а здесь, перед рядами шатров и палаток, жизнь текла в своем, более медленном ритме. В ноздри ввинчивался запах конского навоза, смешанный с ароматами каких-то специй. В небо от костров тянулись редкие, дрожащие на ветру струйки дыма.

Обозники и купцы бродили между телегами лениво, потирая заспанные лица, а в стороне, в длинных временных стойлах, ржали кони.

— Я же тебе сказал, проваливай, пацан, — лениво повторил охранник, который сидел на перевернутой бочке, привалившись спиной к пыльному тенту шатра.

Он нагло перекатывал травинку из одного угла рта в другой и смотрел на меня так, словно я был назойливой мухой, мешающей ему наслаждаться утренним бездельем.

— Я хочу поговорить с госпожой Нагией, сколько раз мне еще это повторить? — я ответил ему спокойно, хотя внутри уже начинало закипать раздражение от этой бессмысленной перепалки. — У меня к ней важное дело. Ты хотя бы скажи: здесь она или я зря трачу время?

Охранник выплюнул травинку, нехотя поднялся, поправляя широкий кожаный пояс с тяжелой пряжкой, и навис надо мной тенью.

— Вали, говорю, пока я тебе шею не намылил, — проворчал он, — попрошаек мне тут с утра только не хватало.

У меня непроизвольно дернулся глаз, и я мысленно попросил у мироздания сил, чтобы не сорваться на этого недоумка.

Еще на рассвете я проверил холодные заварки, которые за ночь отлично настоялись, поэтому мне было вдвойне неприятно торчать тут из-за одного непробиваемого лоботряса. Он битых полчаса твердил мне одно и то же: «не положено», «нельзя», «иди прочь», а теперь вот еще и в попрошайки записал.

Я тяжело вздохнул, понимая, что по-хорошему здесь не выйдет, поэтому осторожно достал из-за пазухи несколько низких монет. Оглядевшись по сторонам, я понизил голос, чтобы нас не слышали лишние уши.

— Может, мы все-таки договоримся как деловые люди?

Лицо охранника мгновенно преобразилось, он расплылся в широкой, понимающей улыбке, в которой не осталось и следа от прежней лени.

— Сразу бы сказал, что ты делец, парень, и уже давно прошел бы, — он ловко протянул руку, — средняя монета, и, считай, я тебя не видел. Можешь идти к госпоже…

Договорить он не успел, потому что в этот момент ему в затылок прилетела тяжелая деревянная кружка, от удара которой он едва не завалился набок, схватившись за голову. Он вскинулся, яростно оглядываясь, но тут же вытянулся в струнку, и его лицо приобрело испуганное выражение.

— Командир Догл! — выкрикнул он, а я быстро спрятал деньги обратно в карман.

Из-за ближайшей телеги к нам подошел худой, но жилистый мужчина в одной наполовину заправленной рубахе, с жесткой щетиной на лице и пронзительным взглядом.

— А я думаю, кто это тут с утра шум поднимает и порядок в моем лагере нарушает? — он подошел вплотную, игнорируя охранника, и уставился прямо на меня. — Эй, парень, ты чего здесь забыл? Иди куда шел.

— Так я и шел, — ответил я, поправляя сумку, — а ваш воин меня не пускает, хотя я пришел по делу к госпоже Нагии.

Командир вскинул бровь, оглядывая меня с ног до головы. Потом усмехнулся и с такой силой хлопнул охранника по спине, что тот подался вперед и едва удержал равновесие.

— Ну идем, раз по делу, расскажешь, что ты там удумал, — кивнул он мне и зашагал вглубь лагеря, а охранник только зло посмотрел мне вслед, но я лишь пожал плечами, мол, сам виноват.

Мы прошли через просыпающийся лагерь и зашли в широкую, добротно сшитую палатку, внутри которой было на удивление прохладно. Посередине стоял массивный письменный стол, земля под ногами была плотно утоптана, а в углу я заметил кровать, застеленную пушистыми шкурами, и сундук. В другом углу громоздились ящики, мотки тканей и разноцветные мешки, а на столе, в чем-то вроде каменного подсвечника, тускло светился какой-то камень. Память Тинга неожиданно подсказала, что это светляк — дорогой осветитель, работающий на духовной энергии.

Мне бы пару таких, — подумал я с легкой досадой.

Командир Догл уселся за стол, налил себе в кружку вина из кувшина и кивнул.

— Ну, чего хотел? Говори, раз пришел.

Я понял, что передо мной, скорее всего, управляющий всем обозом, и к самой Нагии путь лежит только через него.

— Меня Тингом звать, господин Догл. У меня есть товар, который я хочу предложить вашему обозу, чтобы облегчить людям путь в такую жару.

Мужчина явно забавлялся, глядя на мое подростковое тело в старом тряпье, и в его глазах читалось явное недоверие к моим словам вперемешку с легким интересом.

— И какой же товар может предложить нам такой юный делец? — покрутил он кружку в руке.

Он точно воспринимает меня всерьез.

Я молча достал из сумки один из бурдюков, на поверхности которого проступили морозные узоры — настолько он был холодным. А когда откупорил горлышко, то из мешка сразу вырвался запах зимней свежести и неожиданная цветочная сладость. В тот же миг в голове всплыли утренние воспоминания со строками системы.

[Освежающий сбор]

[Качество: среднее]

[Эффекты: бодряще-охлаждающий, утоляет жажду, повышает концентрацию]

[Негативные эффекты: при чрезмерном употреблении может вызвать переохлаждение внутренних органов]

— И что это? — спросил командир с насмешливой улыбкой. — Яд?

— Это чай. Освежающий чай, приготовленный особым способом, — ответил я.

Однако мужчина брать бурдюк не спешил, и я понял почему. Пить что-то незнакомое из рук чужого мальчишки в этом мире, где есть магия и алхимия, было опасно. Поэтому я достал две чистые пиалы и налил в них напиток, от которого поднимался легкий прохладный парок.

— Это не яд. Вот, смотрите.

Взял одну пиалу