Мое вчера, его завтра - Марина Эльденберт

что говорил в нашем общем прошлом в другой. Так я смогу доказать, что я действительно жила в будущем.

Потом я расскажу о том, что произошло. О Кат. О том, как вообще здесь оказалась.

И только потом — о мужчине, который связался со мной. Я выведу их на него, а дальше пусть разведка звездных драконов разбирается.

Все будет хорошо. У меня все обязательно получится.

Я думала об этом, глядя на лежащего рядом Кая. Это была первая ночь, когда мы остались вместе… в смысле, когда я осталась у него. Несмотря на то, что это была не первая наша близость, и даже не вторая, для меня эта ночь стала знаковой и судьбоносной.

Я всегда хотела быть с ним.

И если бы не нависшая над нами и надо всей Аргассой угроза заговора фхтаринцев, уже проникших сюда и вербующих агентов для работы с ними на самых разных уровнях, я была бы абсолютно и безоговорочно счастлива. Раньше я не могла даже мечтать о том, чтобы вот так рядом с ним заснуть. И проснуться посреди ночи, а теперь лежать и рассматривать его.

Тяжелую линию бровей, по-мужски красивые скулы, жесткие губы. Я могла коснуться его, когда захочу.

Поцеловать. Сказать, что я его люблю.

В прошлом все это казалось несбыточным. Фантастикой.

Да что там, я не могла мечтать даже о том, чтобы стать его на одну ночь, между нами ничего не было…

Или было?

Кайрен не пытался меня соблазнить. Но у него ко мне всегда было особое расположение.

Между нами ничего не было, но все же, когда он узнал про мою ситуацию с арной, он сказал, что хочет помочь. И помог.

И он не женился на Катэлле даже после того, как она закончила академию. Хотя должен был… Должен был.

Значит ли это, что…

— Не может быть, — прошептала я.

Мое глупое сердце подбрасывает мне эти мысли просто потому, что Кайрен был ко мне добр. И тогда, и сейчас. Или…

Я перевернулась на живот и уткнулась лицом в подушку. Мне нельзя было думать о том, что я для него значу больше, чем любовница-источник. Потому что эта мысль все меняла. Потому что она перекраивала меня изнутри. Потому что знать, что ты любишь — это одно, а чувствовать, что это взаимно — уже другое.

Можно напридумывать себе всякого.

И сломаться, когда иллюзия этого развеется. Если это окажется всего лишь глупостью, созданной для меня собственным чувством, оказавшимся гораздо более глубоким, чем я могла себе представить.

С этой мыслью я приподнимаюсь на локте и нежно убираю прядь волос со лба Кайрена. Это действует на меня магически: я засыпаю почти мгновенно, ощущая его близость всем телом, всем своим существом даже с закрытыми глазами.

А просыпаюсь от какого-то грохота.

Спросонья даже не сразу понимаю, что происходит: но Кайрен уже на ногах. Он накинул халат и идет к двери, и я понимаю, что к нам кто-то стучит.

— Вот она где, — произносит его дед, окидывая меня тяжелым взглядом.

Я же только натягиваю одеяло до самого подбородка.

— Приводи себя в порядок и одевайся. Жду тебя в кабинете через полчаса, — произносит Эран Гередж. Это уже не дед Кайрена, это военный, политик, звездный дракон, и в его голосе звучит приказ. Жесткий и бескомпромиссный. — И тебя тоже.

Причем первое адресовано явно мне, а второе…

— Что происходит? — спрашивает Кайрен в недоумении.

Но он не отвечает, просто выходит, окинув меня напоследок взглядом. В этом взгляде больше нет того расположения, что я видела. Что чувствовала когда-то. Он скорее неприязненный и даже… брезгливый?

Это потому, что я стала любовницей Кайрена? Но мне казалось, об этом и так все догадываются. В смысле, отец Катэллы наверняка об этом сообщил, да и мои чувства к нему видно невооруженным взглядом.

Тогда что все-таки происходит?!

Мы с Кайреном договорились встретиться через двадцать минут, и я быстро отправилась к себе. Где приняла душ, привела себя в порядок, и, когда вышла из своей комнаты, он меня уже ждал. Вдвоем мы направились в кабинет Эрана Гереджа.

Там мне бывать еще не доводилось, но сейчас я чувствовала себя на удивление спокойно. Как будто само присутствие Кая рядом со мной меня успокаивало и обнадеживало, давало понять, что ничего плохого произойти не может.

Я ошибалась.

Стоило нам войти и увидеть Мэйгарда Орнана, как мои внутренности скрутились в тугой узел. Дед Кайрена стоял у окна, сцепив руки за спиной, а, заметив нас, обернулся.

— Что происходит?! — повторил свой вопрос Кай, сжимая мою внезапно ставшую ледяной ладонь.

Он обращался к деду, но за него ответил отец Катэллы:

— Происходит то, мой дорогой Кайрен, что твой источник является еще и источником информации. Для фхтаринцев.

46

Кайрен

Стоявшая рядом со мной Риванна, покачнулась, и я сжал ее ладонь, показавшуюся мне ледяной.

В голове на сверхсветовой скорости пронеслись все наши общие воспоминания: знакомство, первая близость в клубе, попытка сказать мне на фхтаринском что-то важное, ее признание, когда Ри считала, что я сплю, первый бой, наваждение от передачи арны, сегодняшняя ночь…

Фхтаринский, желание стать моим источником, мое увлечение ей — все это можно было спокойно подвести под заговор. И вбитые в мою голову правила и законы подсказывали мне, что все верно, Риванна вполне может оказаться предательницей. Но проблема была в том, что меня растили не как рядового дракона, а как того, кто должен не просто соблюдать законы. Меня воспитывали как лидера звездных драконов, будущего главу дома, правителя, который должен полагаться на собственную интуицию в том числе.

И моя интуиция, все мое естество кричало о том, что Ри не виновна.

Мэйгард Орнан, не дождавшись от меня никакой реакции, вручил мне в руки планшет и запустил видео. На нем Риванна разговаривала с каким-то мужчиной в лаундж-зоне телепортационной станции. Снимали издали, но фоном шел их разговор:

— …вы обратились по адресу. Звездные драконы используют нас веками, заставляя испытывать невыносимые страдания и относятся при этом как к существам второго сорта.

Я не знал, что вынудило Риванну произнести эти слова, но они казались уродливой карикатурой на правду.

Воспоминание перекинуло меня во вчера, где она прибежала в мою комнату, взбудораженная и требующая немедленного перевода собственных слов. Моя Ри