Я создаю чудовищ. Инверcия - Сергей Александрович Елисеенко
– Ладно, давайте так. Я сейчас медленно снимаю капюшон и аккуратно показываю химпаспорт. Вы удостоверяетесь, что я самый обычный житель Биограда и мы расходимся каждый по своим делам. Идёт? – умышленно понижая градус нашего разговора, предлагаю я.
– Вот так сразу и надо было. А-то вежливость, здороваться. Мы здесь все за одно и эти буржуйские замашки белякам оставь, – презрительно поглядывая на меня, согласился патрульный.
От его слов потянуло чем-то до боли знакомым и чертовски неприятным. Красной звёздочки случайно нигде в кармане не завалялось? Или это общая черта хамить, как только чувствуешь культуру собеседника. Привычная логика, где доброту и вежливость принимают за слабость.
– Так и есть. Единый народ Биограда, – киваю я и тяну руки к капюшону.
Затем резко делаю скрутку и в одно движение впечатываю локоть в лицо ближайшему проверяющему. Тот, не ожидая такого “подлого” нападения, хватается за расквашенный нос и, щедро заливая всё вокруг текущей кровью, тут же выходит из сражения.
Второй успевает отскочить и что-то тянет из кармана. Уж не знаю холодное или огнестрельное, но оружие точно. Навряд ли он туда полез, чтобы платок достать и напарнику помочь. Так что я продолжаю действие и скользящим шагом оказываюсь рядом, чтобы хорошенько приложится противнику в районе печени. Умышленно продолжаю сдерживать силу биоброни, чтобы не пробить туловище бедняги насквозь. Но и без этого удар получается слишком мощный, и парень буквально отлетает на пару метров, впечатываясь в ближайшую стену. На некоторое время он тоже не боец.
А вот лидер патруля меня удивил. Мало того, что он уже успел отбежать на приличное расстояние, так ещё и поднёс одной рукой нечто, похожее на свисток к губам, а второй смог достать и направить на меня кургузого вида пистолет.
Чертыхнувшись, я активировал шлем и уже было прыгнул вперёд, как мне на спину приземлилось какое-то существо. Крепко обхватило верхними лапами шею (и, кажется, даже впилось в неё зубами), а задними стало рвать мою спину. Не будь на мне защиты, я бы в секунду оказался разорван в клочья. Это что такая за модификация химеры? Тут же гарантированный смертельный исход. Ничего себе помощников для обычного патруля вырастили. Посмотреть бы ещё, как выглядит эта машина для убийства.
Такой случай мне представился уже через пару секунд. Понимая, что пока я буду бороться с неизвестной версией мозаичного организма, мужичок вполне может выпустить в меня пяток-другой пуль, так что мне ничего не остаётся, как упасть на спину, подминая под себя химеру. Она яростно шипит, переходя в злобное рычание. Я же, не обращая внимания на её потуги выгрызть из меня кусок мяса, изворачиваюсь и с трудом отдираю создание от себя. Вижу, что это нечто, похожее на помесь кого-то из семейства кошачьих с представителем отряда хладнокровных. Микс, конечно, получился пугающий. Полюбоваться чужим творением мне долго не дали. В бедро и спину прилетели несколько шлепков, и я понял, что по мне стреляют. Похоже, в химеру попасть не боятся. Для них это очередной расходный материал.
Ничего экстраординарного выдумывать я не стал и, понимая, что пора заканчивать этот балаган, почти в полную силу бью существо прямо по голове. К моему удивлению, тварь только дёргается и, будто не замечая моего удара, продолжает меня атаковать. Из чего же она сделана?
Тем временем меня продолжают обрабатывать свинцовыми “подарками”, и за стрельбой я слышу шум приближающихся людей (и не только). Не хватало ещё так глупо попасться. Видимо, придётся действовать по максимуму.
Уже не сдерживаясь, вминаю голову химеры в булыжную мостовую, попутно кроша камни и тут же вскакиваю, оборачиваясь к продолжавшему палить в меня мужичку. Он, кажется, понял, что пули на меня особо не действует и отходил всё дальше и дальше. Гоняться за ним бессмысленно, да и не нужно это. Так что я, используя ресурсы биоброни, разбегаюсь и прыгаю на крышу ближайшего дома. И вовремя. Внизу из-за поворота выбегают ещё вооруженные люди, а вокруг начинает стягиваться кольцо из быстро двигающихся силуэтов, очень напоминающих моего недавнего кошачье-ящеровидного знакомца.
Если Апостол так модернизировал внутренние городские силы, то что он сделал с внешними? Да уж, Георгий плотно озаботился боевой подготовкой к предстоящей операции. А, значит, и мне нужно действовать быстрее. Но сначала я должен выбраться из этой облавы, которая собиралась сейчас на меня. После прыжка преследователи заметили, куда я направляюсь и, судя по передвижениям внизу, уже начали продумывать план перехвата. Так что бежать нужно на полную, да ещё и в правильный момент включить режим маскировки. Тогда будет шанс, что меня потеряют, а не загонят куда-нибудь на окраину, чтобы взять живьём.
Глава 30. Кровь или древесный сок?
Шёл уже четвёртый день, как в городе объявили чрезвычайное положение. Уж не знаю, был ли тому виной тот инцидент, где меня пытались “проверить” после общения с дендроидами или такой момент изначально задумывался в соответствии с планом Георгия. В любом случае, передвигаться мне теперь приходилось с особой осторожностью и желательно в тёмное время суток. Днём весь Биоград буквально кишел патрулями, а вот ночью всем жителям запрещалось покидать свои жилища, так что количество “охраны” значительно сокращалось. Чем я и пользовался, применяя маскировку своей биоброни.
Максимально ускорив разработку своих идей по замене руководства города, я практически без сна доводил задумку до идеала. В основном это, конечно, касалось модификаций “разумных деревьев”, которые мало того, что уже достигли невероятного уровня развития интеллекта, так ещё и присовокупили к этому своеобразный философско-практический кодекс, созданный мной для будущих поколений. Основой которого являлся гуманизм, социально-экономическая эволюция и развитие науки, как вектора движения всего общества. Приходилось много работать, доводя своё детище до идеала. Я пытался предвидеть возможные проблемы в будущем и купировать их заранее. Продумать самые различные сценарии движения социума Биограда (и не только, заранее ориентируясь на экспансию созданного мной образа жизни и модели поведения), стараясь убрать из них лишнюю агрессию и насилие. Но и оставлять людей без возможности защиты тоже не хотелось. Так что я балансировал между двумя крайностями, ориентируясь на метафизическую золотую середину.
Было трудно. Было тяжело.
