Боевой некромант - фермер. Том 2 - Григорий Володин
* * *
Я сладко потянулся в кровати, разминая расслабленные мышцы. Едва рассвело, первые лучи только-только пробили серость за окном, а я уже был на ногах.
Первым делом, конечно же, вышел проверить поля. Рожь отлично легла в землю, надежно укоренившись. Магия Нордов от спрятанного Сердечника струилась по капиллярам почвы, и это чувствовалось даже без магического зрения — земля словно дышала силой. Всё шло просто замечательно.
Мне, признаться, нетерпелось отправиться обратно в монастырь за своими батраками-архитекторами, чтобы развернуть тут полномасштабную стройку. Но здравый смысл подсказывал, что торопиться не стоит. Барон Дресс сейчас загнан в угол, а такие крысы всегда кусаются. Ему просто необходимо на ком-то выместить злость за свой грандиозный провал, а я на эту роль подхожу идеально. Так что пока придется посидеть здесь, посторожить ферму и быть готовым к любым гостям.
Я окинул взглядом сарай и курятник. А ничего так мои мертвяки вчера постарались. Побелка легла ровно, постройки сразу посвежели и стали похожи на нормальное хозяйство. Не идеально, конечно, местами кривовато, но для зомби с их деревянной моторикой — высший пилотаж.
Тут мое восприятие некроманта кольнуло легким раздражением. Я отчетливо почувствовал в ближайшем лесу слабое шевеление — там бродили бесхозные, дикие мертвяки. Терпеть не могу этот фоновый мусор на своей территории. Пятачок как раз крутился рядом, радостно переминаясь с ноги на ногу. Я от души хлопнул инфернального секача по его бронированной костяной башке.
— А ну, сгоняй в лес, — дал я ему мысленную и словесную команду. — Зачисти там всё. Чтобы ни одной ничейной зомбятины в округе не было.
Вепрь радостно, утробно хрюкнул и сорвался с места. Он умчался в чащу, виляя своим тяжеленным костяным хвостом, который вспахивал за ним землю, словно огромный плуг, что уже по привычке пашет, а ведь сначала долго его уламывали.
Я же направился в сарай, который пока заменял нам коровник, чтобы немного прибраться. Взял в руки старые грабли, с силой потянул на себя слежавшийся навоз, и… хрясь. Зубцы граблей звонко обломились.
— Блин, ненадолго же вас хватило, — пробормотал я, разглядывая труху.
В этот момент из дома вылез сонный Тагор, старательно протирая кулаками глаза. Он оценил картину, перевел взгляд на сломанный инструмент и тут же авторитетно заявил:
— А была бы у меня кузня, господин Артур, я бы такие грабли сковал — всё бы выдержали, да!
Я только хмыкнул, продолжая собирать граблями навоз.
— Будет тебе кузня, Тагор. Обязательно будет.
Разгребая завалы и оставив пацана заниматься утренней дойкой коров, я пошел в курятник за яйцами. Там меня сразу же встретил Педро. Огромный петух угрожающе заквохтал, распушил перья и всем своим видом показывал крайнюю степень бдительности.
— Да понял я, понял, что ты у нас грозный охранный петух, — отмахнулся я от пернатого секьюрити. — Сейчас выпущу тебя на двор патрулировать, не кипятись.
Сбор яиц я мертвякам поручать не стал принципиально. У них с регуляцией силы сжатия беда полная — перекрошат всю скорлупу в омлет, потом замучаешься гнезда отмывать. Собрал всё сам, аккуратно сложил в корзину и отнес в просторный погреб под господским домом. Тот самый, откуда Кира недавно доставала соленые разносолы.
Вернувшись во двор, я прикинул план на день. Надо бы сегодня еще и сено начать заготавливать, покосить траву на лугах, пока погода стоит. Со стороны летней кухоньки донеслось приятное звяканье посуды и скрип половиц — Кира уже вовсю хлопотала над завтраком.
И тут со стороны леса, откуда-то издалека, раздался жуткий, булькающий вопль разрываемой на части нежити. Звук был такой силы, что с ближайших деревьев с паническим гвалтом взлетела стая ворон.
Тагор вздрогнул, едва не выронив подойник, и испуганно уставился в чащу:
— Что… что это такое, да⁈
Я даже не обернулся, меланхолично отряхивая руки.
— Да не обращай внимания. Это Пятачок там прибирается.
* * *
Где-то в лесу
Лесная чаща Большого Луговья казалась неприветливой и мрачной. Двое охотников из местной деревни осторожно пробирались сквозь густые заросли, то и дело тревожно оглядываясь по сторонам. Шли они уже не первый час, и чем глубже забирались под кроны, тем сильнее оба жалели, что утром не сказались больными, хромыми или хотя бы внезапно умершими. В Серой зоне даже обычный лес умел смотреть на человека так, будто заранее выбирал, где его закопать.
— Вот помяни мое слово, не найдем мы малышку, — мрачно пробормотал первый, сжимая в руках копье. — Сожрали ее, как пить дать. Мертвяков в лесу в последнее время развелось видимо-невидимо.
— Типун тебе на язык! — шикнул на него второй, поправляя висящий на плече лук. — Не каркай мне тут! Вдруг повезет? Девчонка-то всего денек как пропала. Загуляла, убежала из отчего дома… может, за бабочкой какой погналась. Маленькая еще. Вся деревня сейчас лес прочесывает, найдем.
— За бабочкой, — буркнул копейщик. — В Серой зоне. Тут бабочки, если и водятся, то с зубами, ядом и родословной от какой-нибудь болотной пакости.
— Да помолчи ты уже, Фрол.
— А что Фрол? Фрол правду говорит.
Лучник хотел огрызнуться, но не стал. Потому что, как ни крути, Фрол был неприятным человеком, зато в этот раз подозрительно близким к истине.
Внезапно впереди, сквозь шум листвы, прорезался жуткий, леденящий душу вой.
Охотники разом замерли. Переглянувшись, они синхронно вскинули оружие: первый выставил перед собой копье, второй молниеносно наложил стрелу на тетиву.
— Придется вступать в бой, — шепнул копейщик, побледнев. — Мертвяк.
— Погоди… — лучник нахмурился, вслушиваясь. — Он орет как-то не так. Не злобно. Ему как будто… больно?
— Мертвякам не бывает больно, дурень! — огрызнулся первый.
— Значит, он орет от ужаса! — воскликнул второй.
— Если мертвяк в лесу орет от ужаса, — сглотнул копейщик, — то нам тут делать точно нечего. Валим!
— А девочка?
— Девочку тоже жалко. Но если там кто-то пугает мертвяков, то девочке уже, может, и не до нас.
— Фрол!
— Что Фрол? Я жить хочу. У меня жена, коза и недоделанная крыша.
Они дернулись в сторону, собираясь рвануть обратно к деревне, но тут же наткнулись на новую проблему. Из кустов прямо на них вывалились трое мертвяков. Самых обычных, шатающихся, с гниющей плотью и пустыми глазами, но трое против двоих простых охотников — это гарантированный тяжелый,
