Чайный Мастер. Том 2 - Ярослав Мечников
— Почему только сейчас вы пришли с этим предложением? Лавка стоит здесь давно…
Я не договорил, заметив ухмыляющегося Ирма, который смотрел будто сквозь забор, откуда доносились крики Марвина. И одного этого мне хватило, чтобы понять, в чем тут дело. Из-за того, что Марвин слишком ревностно относится к своей чайной, они и не лезли к нему. Он просто не позволил бы своей чайной превратиться в лагерь ватажников. И не факт, что позволит сделать это мне. Голос Ирма вырвал меня из мыслей.
— … лавка твоя, и говорим мы с тобой. Если ты утрясешь вопрос со старым алхимиком, мы готовы поставлять тебе лучшие травы Первой Границы.
Я понял, что внезапно оказался в позиции силы. Впервые в этом мире просил не я, а у меня. К тому же… если об этом догадались «волки», то и другие ватаги могут прийти к такому же выводу. Поэтому Ирм так торопится, поэтому так все сумбурно. Границы сдвинулись, травы пошли, деньги скоро польются…
Видя мое задумчивое молчание, Ирм поспешно добавил:
— Слушай, хозяин, — улыбнулся он, — не торопись с ответом. Глава сказал, чтобы ты подумал. Он придет лично, если ты дашь добро. С контрактом, все как у нас полагается. С ним ты уже и обговоришь все. Ну как?
Я медленно выдохнул. Шанс был слишком хорош, чтобы от него отказываться из-за страха.
— Сделаем так. Пусть глава приходит завтра. Мы поговорим. Но ничего не обещаю, пока не услышу его условий.
Ирм сначала задумался.
— Ты главное скажи, сможешь ли убедить Марвина? Он тот еще брюзга. Да и слухов о нем ходит немало.
Я прикинул, что, если не собирать кучу ватажников в чайной, а, например, оставить двух-трех для охраны их добра и использовать лавку как перевалочный пункт, то шансы договориться с Марвином есть. Да и в предстоящем разговоре с Нагией это может сыграть мне на руку.
— Это решаемый вопрос, — уверенно сказал я. — Но сначала я хочу переговорить с твоим главой. Как его зовут-то хоть?
Ирм расплылся в широкой улыбке и с силой хлопнул меня по плечу так, что я едва устоял на ногах.
— Отлично! Зоргом его звать. Завтра жди.
Он быстро развернулся и зашагал в сторону города, скрываясь за изгибом дороги. Я же постоял немного, успокаивая дыхание, и вошел во двор, не забыв про корзину с продуктами.
Мне захотелось немедленно поговорить с Марвином. Но на территории лавки уже царил небольшой хаос. Брусья лежали штабелями, один мужик уже вытаскивал старые доски из зала, поднимая тучи вековой пыли, а внутри что-то грохотало.
Я зашел в дом и увидел, что стойка была уже наполовину разобрана, кругом валялись доски и щепа. Столы и стулья сдвинуты к стенам. Жить и работать здесь сейчас было невозможно.
Марвин стоял в центре этого разгрома, указывая пальцем и отдавая резкие команды.
— Не стой столбом! — гаркнул на меня старик, заметив мое появление. — Проваливай с глаз, пока тебе голову брусом не снесли!
Я мгновенно понял, что Марвину сейчас лучше не мешать. Мужики-рабочие явно торопились, чтобы закончить дело затемно.
Пришлось послушаться. Я быстро прошмыгнул в кухню, где открыл окно и поставил корзину под стол, а сумку — на стол, после чего под ругань старика вынырнул обратно во двор. Лира и Минк оказались в беседке за домом. Лира что-то тихо объясняла, водя пальцем по моей тетради, а Минк слушал, нахмурив лоб от напряжения. Перед ними на столе стоял чайник. Видимо, Лира заваривала простой чай.
Я огляделся и… нигде не заметил Рау. Замерев в трех шагах от ребят, тихо спросил, когда Лира подняла на меня взгляд:
— Куда делся этот серый комок шерсти?
— С возвращением, брат, — ответила она и добавила: — Он, как ты ушел, по ограде бегал. А потом спрятался где-то в саду.
Минк усиленно закивал, подтверждая ее слова.
Прикрыв глаза, я прислушался к Связке. Родник отозвался биением, а связующая нас с Рау нить натянулась. Только вот… серебристый чертенок был не во дворе и точно не в саду. Сейчас он двигался быстро, мощными прыжками и зигзагами, словно молния. И делал это в сторону Леса.
Я почувствовал его азарт, его жадность до Дыхания, которое в Лесу было насыщеннее. Рау уже пересек опушку. Он не просто гулял, он бежал к Первой Границе, игнорируя мой наказ сидеть и прятаться дома.
У меня сам собой, на каком-то интуитивном уровне, вырвался злой мысленный приказ: «Вернись!». Но в ответ пришла короткая вспышка нежелания, образ сочного, светящегося растения и ощущение высоты. В следующий момент Рау уже преодолел Первую Границу и вмиг взлетел по коре какого-то исполинского дерева, скрываясь в густой листве Сумеречного Леса.
Я открыл глаза и тяжело вздохнул, глядя на темную стену деревьев вдали с клубящимся темным туманом.
— Паршивец, — прошептал я одними губами.
Глава 10
— Только не говори, что он убежал в Лес, — Лира покачала головой.
Я молча кивнул, чувствуя, как слегка гудят ноги после похода в город, и тяжело опустился на прохладную скамейку в беседке. Откинулся на спинку, вытянул ноги и прикрыл глаза на мгновение, наслаждаясь тишиной, которую лишь изредка нарушал стук топоров со стороны лавки.
Но кому не было до этого дела, так это Минку. Он сидел напротив, уткнувшись в одну из дощечек с пометками. Брови сведены вместе, на лбу морщины от напряжения, а пальцы сжимают край тетради Марвина. По тому, как он шевелил губами, беззвучно повторяя названия растений, и сверялся с моими корявыми пометками, было видно, что наука дается ему непросто.
— Тебе нужно больше его контролировать, брат, — Лира повернулась ко мне, поправляя накидку на плечах. — Иначе Рау совсем перестанет тебя слушаться.
Я снова молча кивнул, все прекрасно понимая, но еще я понимал, что это непросто. Нельзя приказать зверьку сидеть на месте или запереть в каком-нибудь сарае. Это его только разозлит, и черт его знает, что он тогда выдаст. Тут нужен тонкий подход, аккуратный.
Открыв глаза, я посмотрел на Лиру, отметив, что бледность после ночного приступа еще не ушла, хотя взгляд ее стал прежним — ярким и зорким.
— Посмотрим, что с ним можно сделать, — пообещал я,
