Жестокая игра. Истинная под прицелом - Майя Фар
И богиня начала свой рассказ:
— Когда мы с братьями были молоды, мы ушли из дома, решив стать самостоятельными. И мы создали этот мир. Мы живём за счёт энергии, и энергию эту мы получаем от тех разумных, кто населяет миры, которые мы создаем.
На моём лице что-то отразилось, потому что богиня поспешила объяснить:
— Нет, мы не забираем энергию живых существ. Энергия вырабатывается за счёт…— она задумалась, видимо подыскивая слова, и, наконец, сказала, — … молитв, поклонения нам.
— Веры? — уточнила я, потому что мне в голову пришла мысль, что, если они боги, то им, наверное, надо, чтобы кто-то в них верил. Ведь боги, в которых никто не верит, умирают.
— Да, это хорошее слово, — улыбнулась богиня губами Ленки, став ещё больше непохожей на неё, — Когда в нас верят, мы живём. И чем больше в нас верят, тем больше у нас сил.
Я замерла, подумав, что вот сейчас я и узнаю, что я здесь делаю, и почему мне так щедро выпал второй шанс.
Богиня продолжила:
— Мы с братьями создали этот мир, но в какой-то момент каждый из братьев решил, что мир должен развиваться так, как хочется ему. И начались ссоры, недопонимания, а потом — война.
Женщина замолчала. И стала похожа на мою Ленку, у неё появилась морщинка между бровей, лицо стало хмурым.
Моя подруга была именно такая, стакан у неё всегда был «наполовину пустым», и она всё время ждала неприятностей. И, что самое интересное — они постоянно к ней приходили. Но, несмотря на это, подругой она была хорошей.
«Уж если о ком и жалею здесь, так это о ней.»
— Тебе интересно, как она там, твоя подруга? — неожиданно спросила богиня.
Я подумала, что, наверное, чтение мыслей для богини, не такая уж и сложная задача.
— Как? — спросила я.
— Сейчас уже хорошо, ей было плохо, когда ты ушла, но теперь она старается жить за вас двоих.
У меня на глаза навернулись слёзы, но последняя фраза богини была обнадёживающей.
Я замолчала, ожидая, что богиня ещё скажет.
— В общем-то, предысторию я рассказала, теперь главное, когда началась война, никто не мог победить, потому что силы были равны. И тогда я разделила этот мир Мёртвыми землями, их не может пересечь ни один из моих братьев. Один из них в королевстве Дракарис, а другой в земле Духов.
Богиня вздохнула так, как будто бы она была обычной женщиной, и устало сказала:
— Их соперничество не закончилось, они постоянно ищут новых игроков. И я устала от этого, и не только я. Мир находится на грани, поэтому я тоже вступила в игру.
Она взглянула на меня и глаза у неё были полностью чёрные, стало жутко, и я отвела взгляд.
— Ты моя фигура, и, если ты выиграешь, то они покинут этот мир, оставив его мне. Но времени почти не осталось, если их противостояние продолжится, то мир разломится, а что хлынет из разлома, не знаю даже я.
Я поперхнулась: «нашли игрока»
— А какие правила? Если игра, то должны быть правила?
— В этой игре правил нет, это жестокая игра, но я приготовила тебе козырь. Я приведу сюда того, кто сможет тебе помочь. Он был чужим игроком, но я обнулила его и теперь он твой.
Ничего не было понятно, но гибель мира не входила в мои планы, чего это они посягают на мой второй шанс.
Наверное поэтому, вместо того чтобы кричать, что я не готова, что я не справлюсь, что задача непосильная, я спросила:
— А что надо делать?
— Точных инструкций нет, — пожала плечами богиня. — Но, как правило, избранные сами узнают, что нужно сделать и как. А я пока могу лишь помочь тебе. Ты можешь полностью управлять Мёртвыми землями, лесом. Всё здесь настроено на тебя.
— Стоит тебе пожелать, и у тебя будет то, что ты захочешь… если это можно вырастить. Всё же я богиня плодородия, — и богиня улыбнулась, совсем потеряв сходство с моей подругой.
Я оглянулась в ту сторону, откуда пришла, и спросила:
— И дома?
— Да, — улыбнулась богиня. — Ты пожелай, чтобы были дома, и они появятся. Так будет работать твоя магия здесь.
— Но ведь здесь не работает магия? — осторожно произнесла я.
— Не работает, — согласилась богиня. — магия мира здесь не работает, но у тебя магия Мёртвых земель.
— И ещё, ты можешь открывать проходы в Мёртвые земли и закрывать их. Теперь только тебе решать, кого пускать, а кого нет.
Когда мы закончили разговор, богиня просто исчезла.
А я открыла глаза. На небе сияло дневное светило. Было утро.
«Ничего себе сон мне приснился,» — подумала я.
Но тёплая волна, пришедшая от леса, подтвердила мне, что это не сон. Что всё произошло на самом деле.
Глава 19
Инген (бывший император Дагтеон)
На нём больше не было ошейника и цепей, но он не сбегал. Если поначалу за ним ещё следили охранники, хотя барон Хенрики и сказал, что за этим можно не следить, то спустя несколько дней даже самые осторожные перестали. Они думали, что барон связал его каким-то хитрым артефактом.
Но на самом деле ему просто некуда было бежать. Он не помнил о себе ничего. Такое впечатление, как будто бы он родился на этом невольничьем рынке. Когда о чём-то говорили, иногда ему казалось, что вот-вот всплывут воспоминания, как, например, разговоры о драконах.
Да, Хенрик Красное Пламя был драконом. Пока он был в отъезде, в его замке произошла трагедия, его брат решил взять власть в свои руки. Многие погибли, и жена Хенрика тоже, и поначалу он думал, что и сын его погиб, но его не нашли среди погибших и недавно барон узнал, что сын жив.
Брат не смог убить мальчишку, потому что того, как наследника, защитила магия главы рода, поэтому брат продал его с условием увезти за море. И если бы такое случилось, барон Хенрик никогда бы не нашёл своего сына.
Но Хенрик его нашёл. Почти нашёл, и это означало, что Витор, так звали сына барона Хенрика, мог находиться в Мёртвых землях. Это тоже было не точно, потому что Мёртвые земли искажали поисковую
