Но вот на горизонте показалась краешком Луна. И лукаво заглянула.
Она всегда следила за Землей.
Глядя на разгневанный океан, она знала все. И безучастно улыбалась.
Только бедный самоед не знал, что «бочка», вместо «карасину» заряжена была ненавистью человеческой.
В основе настоящего рассказа лежит действительный факт. В текущем году автору пришлось побывать, в качестве члена экспедиции, на Канинском полуострове и слышать там печальную историю о гибели два-три года назад одного самоеда от взрыва мины. Взрыв произошел на берегу Ледовитого океана, куда мину прибило волнами. От несчастного не было найдено ни малейших следов.
— Весь туда ушел… рассказывают самоеды, указывая руками на небо. — Почитай, и теперь там ходит…
Кроме взорвавшейся, на берегу океана лежат и до сих пор еще две мины.
Теперь самоеды знают, какой в них «карасин» и в страхе не только обходят это место за много верст, но и даже оленьих стад не пасут там.
Мины, очевидно, с Белого моря. Германские ли они, со времен войны, или оставлены англичанами после интервенции — сказать трудно. Ясно только одно: они были сорваны с заградительных пунктов волнами, долго блуждали по морям, пока не очутились на канинских берегах*
Тюленьи детеныши.
Песца на севере называют «псецом». Песец — «псец».
«Сидеть наедом» — жить без оленей.
Зимняя обувь.
Оленья шуба.
Доха, одевается поверх малицы.
Порато хорошо — очень хорошо.
Неподвижный береговой лед.
Нагромождение льда.
Так называют себя сами самоеды.
Русских самоеды зовут «русаками».
Стало быть.