Лисья тень - Татьяна Владимировна Корсакова
– Она не одна из нас! – отчеканил Тихон.
Конечно, она не одна из них! Она не может быть одной с ними крови! Никогда и ни за что!
– Дорогой дедушка продолжает чудить даже после своей смерти, – весело сказал Гера. Сказал весело, но во взгляде его Ю успела уловить холодную, лютую, как январская вьюга, ярость.
– Кто бы сомневался! – хмыкнула Акулина, вгрызаясь зубами в инкрустированный перламутром мундштук. – Ладно, плевать, кто она такая! – На Ю она даже не смотрела, всем своим видом демонстрировала презрение и нежелание принимать в стаю. – Давайте перейдём, наконец, к главному! Что дед ей оставил?
Нотариус вздохнул. Как показалось Ю, с облегчением.
– Может вы присядете? – спросила Клавдия и кивком указала на винтажное кресло, стоящее напротив затейливого и наверняка тоже винтажного столика.
Оленев прошествовал к креслу, неспешно вытащил документы из кожаного портфеля, аккуратно положил на стол, посмотрел на присутствующих выжидающе. Под его взглядом все как-то сразу организовались, заняли посадочные места, приготовились слушать. Места для Ю ожидаемо не нашлось, но и стоять истуканом посреди гостиной она не собиралась, поэтому уселась на широкий мраморный подоконник, прижалась затылком к прохладному стеклу, тоже приготовилась. С той самой секунды, как она приняла решение и приглашение Оленева, стало ясно, что легко не будет, что готовиться нужно к худшему. Но ей не привыкать! Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и пожалеть. А дел у неё теперь ох как много.
Дальше началось скучное, то, что Ю уже и так слышала от нотариуса. Да, приняв условия сделки и согласившись на генетическую экспертизу, она поймала удачу за хвост. Отныне она не какая-то там беспородная детдомовка! Отныне она весьма обеспеченная дамочка. Фабрики, заводы, пароходы и регулярные отчисления сразу из нескольких фондов, названия и назначения которых Ю так и не выучила. Как бы то ни было, а новые реалии были ошеломительными. И не только для неё. Возможно, даже не столько для неё, сколько для остальных… родственников.
– Что и требовалось доказать! – Первой заговорила Акулина. Заговорила сразу, как только замолчал нотариус. – Дедуля не просто так организовал все эти фонды, устроил весь этот схематоз! Всё ради неё! – Акулина вперила в Ю яростный взгляд. – Ради этой мелкой…
– Я бы вас попросил, – предупреждающе сказал Оленев. В голосе его послышалась мягкая угроза, и Ю подумала, что из всех наследников старика именно к ней нотариус испытывает какие-никакие человеческие чувства.
– Так, мы уже поняли, что тебе достался изрядный кусок пирога, Юлечка! – сказал Герасим и развернул своё инвалидное кресло так, чтобы лучше её видеть.
– Можешь называть меня Ю, – сказала она, а потом добавила с мрачной усмешкой: – по-родственному.
– Ну, тогда и ты можешь называть меня просто Герой. – Он улыбнулся ей в ответ. – По-родственному. Но, думаю, всем интересно узнать, кем ты нам приходишься? Кто ты такая на самом деле?
– Я не знаю. – Ю пожала плечами. – Меня нашёл этот ваш Уваров, предложил сделку.
Пусть лучше стая считает, что их с Алексом связывает исключительно сделка и ничего больше. Никакого боевого прошлого на заброшенном кирпичном заводе. Никаких полуночных псов в совместном владении. Отчего-то Ю казалось важным не втягивать Алекса в тот ад, который наверняка скоро случится. Из чувства благодарности не втягивать. Из-за общего пса.
– И в чём была суть сделки? – спросил Демьян. Вот она уже почти привыкла к тому, что у него есть имя.
– Я должна была пройти генетическую экспертизу. – Нет смысла врать, когда эти люди могут проверить если не всю, то почти всю её подноготную.
– Что за экспертиза? – раздался из сумрака хриплый голос той, кого присутствующие называли Мириам, и чьё положение в стайной иерархии было Ю не до конца понятно. – С чьей ДНК сравнивали твою ДНК, детка?
– Глупый вопрос, Мириам! – рявкнул Тихон. – Разумеется, они искали родство с дедом!
– И, по всей видимости, нашли, – заключила Акулина. – Похоже, эта аферистка и в самом деле внебрачная… – она прищелкнула пальцами, – внебрачная внучка! Как бы дико это ни звучало!
– Раз она внучка, то должна быть внебрачная дочка или сыночек. Шарп, возможно, у нас с тобой есть ещё одна тётушка или дядюшка. Представляешь?! – Кажется, Гера был единственным, кого забавлял этот разговор.
– Только этого нам не хватало! – Толстая бабища, которую домочадцы называли Тасей, нервно обмахнулась веером. – Мало нам сюрпризов!
– В завещании указано лишь одно имя. Других наследников больше не существует, – сказал нотариус назидательным тоном.
– Какое облегчение! – хмыкнула Акулина. – Но что мешает этой… – Она кивнула в сторону Ю, – привести сюда толпу своих собственных родственников?!
– Ничего, – сказала Ю тихо, но так, чтобы её расслышали. – Насколько я понимаю, этот дом теперь такой же мой, как и ваш! – Она взмахнула рукой, очерчивая периметр своего нового и уже такого ненавистного дома. – И я могу поступать так, как посчитаю нужным.
– Вы это видите?! – простонала Тася и схватилась за сердце. – Она уже собирается творить непотребства прямо у нас под носом!
– Похоже, ты и в самом деле одна из нас, – сказал Герасим. – Такая же борзая!
Ю ответила ему саркастической улыбкой.
– Добро пожаловать в семью, крошка! Надеюсь, ты не пожалеешь, что стала её частью.
– Она пожалеет, – отчеканила Акулина. – Такие в нашей семье надолго не задерживаются.
– А что с ними случается? – спросила Ю исключительно ради поддержания светской беседы.
– Они умирают в расцвете сил при невыясненных обстоятельствах!
– Акулина… – Клавдия покачала головой.
– А что такое, тётушка?! Она же теперь тоже одна из нас. Вот пусть знает, что может её ожидать в этом доме. Господин Оленев! – Акулина перевела взгляд на нотариуса, который в нетерпении поглядывал на наручные часы. – Вы сообщили своей подопечной о дополнительном условии нашего дорогого дедушки?
Ответить Оленев не успел, Акулина не дала ему такой возможности:
– У нас тут голодные игры, детка! Если наследник в течение полугода выбывает из игры, его доля раскидывается на оставшихся в живых. Вот скорбящая вдова уже сошла с дистанции.
– С Лисьего утёса она сошла, а не с дистанции, систер! – поправил её Гера. Значит, эти двое брат и сестра. – Свалилась наша баба Лена с Лисьего утёса. Не вынесла тяжкого бремени.
– Какого бремени? – машинально спросила Ю.
– Бремени больших денег и конкуренции. Мы же тут все теперь в некотором смысле конкуренты. По крайней мере, на ближайшие шесть месяцев, пока не вступим в права окончательно.
– Герасим, прекрати говорить глупости! – взвизгнула Тася. – Мы все одна семья! – Она бросила быстрый взгляд на Ю и добавила с гримасой отвращения: – Почти все. Даже с присутствием в этом
