Мерси Шелли - 2048

Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 114

— Ага, так ты все-таки не отказываешься от дистанционной коммуникации? Может, хотя бы дорогу передо мной осветишь?

— Не отказываюсь, потому что пока я лишь юный кохай на этом великом канале… — Маки скромно засветился в темноте. — Кстати, я уже проверил ресторан «Синий Лось» через Сеть, как ты просил. У них не детектор, а живой метрдотель на входе. И у него — ни единого импланта. Похоже, он тоже практикует е-бусидо. Разве такие люди бывают? Ты вроде говорил, что всех самураев поубивало метальным оружием.

— Бывают, бывают. — С подсветкой темнота уже не казалась кромешной, и Сол двинулся дальше по улице. — Людей без имплантов выращивают на секретных подводных фермах в Корее-6. Специально чтобы дурить не шибко развитых макинтошей. В ближайшее время они устроят мировую революцию и свергнут власть машин, зажравшихся народным электричеством.

— Судя по твоей мимике, это был юмор. Хотя я не уверен. Ты ведь не позволил мне вчера купить новую версию лафометра… — печальным голосом заметил Маки.

И неожиданно бодро добавил:

— А метрдотеля можно ослепить! Прямой личный контакт, вполне соответствует принципам е-бусидо.

В отличие от своего хозяина, Маки никогда не шутил. Однако первая же неделя общения с искином научила Сола не шарахаться от вполне серьёзных предложений расчистить дорогу инфразвуковой сиреной или кормить Сола только планктоном. Собственно, и устраивать взломы через Сеть раньше предлагал именно Маки. В каком-то смысле он был ребёнком — понятий добра и зла у него ещё не было. Но он быстро учился. И что самое главное, никогда ничего серьёзного не делал без подтверждения хозяина. В этом смысле Маки был гораздо безопаснее ребёнка. Когда Сол осознал это, он перестал дёргаться от странных предложений макинтоша. А в исключительных случаях даже пытался научить Маки какой-нибудь ненавязчивой морали, дабы не объяснять ему каждый частный случай отдельно.

— Ослеплять — это негуманно! — выдал Сол после недолгого раздумья.

— Наносит большой вред человеческому сообществу? — уточнил любознательный Маки.

— При чем тут сообщество? Это мне наносит вред, Ангел ты тряпочный! Там у них наверняка сигнализация. Если ты будешь сверкать-громыхать над метрдотелем, меня примут за грабителя. В лучшем случае приговорят к году информационной депривации. В худшем — прямо на месте вырубят. Это ужасно негуманно по отношению ко мне. Не трогай метрдотеля, я сам разберусь.

За углом опять пришлось притормозить. На этот раз глаза, привыкшие к темноте, резануло ярким светом от подъезда ресторана. Когда Сол наконец взбежал по ступенькам к сверкающим дверям, Маки издал предупредительный свист.

— Ну что ещё? — Сол остановился.

— Там кто-то очень сильно фумит, — сказал Маки.

— Реклама? Мне говорили, у них все натуральное.

— Нет, я не про пищевые запахи. А про феромоны. Ты однажды описывал это в своём дневнике. Цитирую: «Пахнет сексом. Надо бы сделать дремль про кошек. Девять уровней эротики. Главная фишка — коммуникация на основе запахов. Уточнить в техотделе, как у нас с трансляцией ароматов».

— Тьфу, чего ты меня пугаешь! Это же Кэт.

— Можно её тоже ослепить, — флегматично заметил Маки. — Хотя нет, фуметь может и слепая. Но тогда можно её…

— Пока не надо. Лучше включи фильтр.

— Это приведёт к неэкономному расходу питания. Может, лучше в другой ресторан пойдём? Хочешь, я быстренько подберу что-нибудь через Сеть, и заказ сразу сделаю?

— Ох, Маки, просто включи фильтр и заткнись, — Сол открыл дверь.

— Хорошо, включаю. А ты постарайся не дышать ртом.

# # # # #

Год назад, когда Сол впервые увидел Кэт, она показалась ему очень скромной девушкой. Отчасти это было правдой.

Одевалась Кэт довольно консервативно. Можно было даже подумать, что она месяцами ходит в одной и той же одежде. На самом деле Кэт была ужасной чистюлей — просто она очень жёстко придерживалась собственного стиля. В конце концов Сол решил, что это выгодно отличает её от многих других женщин, которые даже цвет волос меняют несколько раз в день. Возможно, в самых глухих провинциях и самых крупных мегаполисах приливы и отливы моды не столь заметны. Но в городе средней руки, где толпы средневековых дам разом превращаются в орды люминесцирующих компфеток, чтобы тут же смениться табунами негритянок в одних бусах, или стаями верволчиц повышенной волосатости, или колоннами большеротых стюардесс… В общем, когда твоя девушка принимает участие в таких приступах массового помешательства, это действует на нервы. Особенно если ты — ведущий сценарист «Дремлин-Студио», который и так постоянно путает знакомых девушек, что безусловно является признаком творческого человека, но от этого не легче.

Иное дело — Кэт. В сумасшедшем калейдоскопе моды она оставалась столь неподвижной точкой, что казалось, именно вокруг неё и вращается мир. Одевалась Кэт в строгое чёрное-белое, причём чёрного было ровно вдвое больше. Лишь изредка эта палитра менялась на коричнево-зеленую в той же пропорции. В такие дни чёрные волосы Кэт становились чайными, а глаза меняли цвет с чайного на изумрудный. Это означало, что у неё какой-то личный праздник (о существовании общественных она как будто вообще не знала).

Но и эти редкие изумрудно-чайные дни лишь подчёркивали общий консерватизм её стиля. Кэт никогда не пользовалась помадой. Её белое лицо никогда не загорало, лишь немного розовело в очень солнечные месяцы. Кэт никогда не меняла формы своего маленького, вздёрнутого и слегка квадратного носика. Никогда не наращивала свои мелкие ресницы. И никогда не подводила глаза, внешние уголки которых задирались вверх чуть больше, чем у других людей — что особенно хорошо подчёркивали её взлетающие буквой «V» брови.

Этот носик и эти глаза делали лицо Кэт похожим на мордочку пушного зверька из тех, что остались только в детских обучающих дремлях. Далеко не всякий назвал бы это лицо красивым — но в нем была некая странная притягательность. Однажды увидев лицо Кэт, хотелось увидеть его снова. Вначале Сол подозревал, что раньше она выглядела банальнее, то есть человечнее. А затем, в критический период первой молодости, подвергла себя косметической правке, как делают многие девушки в таком возрасте, после чего их в шутку называют «подтянутыми». Однако за время их знакомства Кэт совсем не менялась, и теперь Сол склонялся к мысли, что она была такой от рождения.

Но как учит конспиративная неоархаика, «в тихом коммуте баги водятся». У скромной Кэт был свой баг.

Сол опоздал более чем на полчаса. Неудивительно, что Кэт фумела на всю катушку. В отличие от модных ароматов Кобаяси, её любимые летучие субстанции не имели запаха, зато имели успех. Ещё с улицы, через стеклянную дверь, было видно, что вокруг неё вьются сразу три официанта. На столе перед Кэт стояли лишь взбитые сливки в вазочке размером с напёрсток. Но официанты все равно подбегали каждые десять секунд, словно соревнуясь друг с другом в том, как ещё можно услужить. Один упорно регулировал голографическую свечу на столе, другой менял только что скомканную Кэт салфетку, третий поправлял невидимое отклонение от симметрии в расположении столовых приборов. Бармен и добрая (мужская) половина посетителей c завистью следили за официантами, у которых был повод подойти к Кэт. Будь у всех этих самцов лазеры вместо глаз, Кэт давно сгорела бы вместе со взбитыми сливками. И даже от стола ничего не осталось бы — хотя ещё раньше сгорел бы пустой стул напротив одинокой посетительницы.

Но лазеров не было, и Кэт продолжала безнаказанно фуметь. Возможно, она задалась целью пополнить местную больницу перевозбуждёнными мужиками с диагнозом «вывих шеи». Пока меньше всех повезло стоявшему у входа метрдотелю, усатому верзиле в белом френче. Пожирая глазами Кэт, он отвлёкся от своих прямых обязанностей и получил по морде дверью, когда её распахнул Сол.

— Солнышко, уже полчаса как прошли те пятнадцать минут, на которые прилично опаздывать мужчине!

Кэт погрозила Солу длинным ногтем и подняла луну своего лица для поцелуя. Одновременно закрыла глаза, потянула носом воздух:

— Баг мой, чесночная линия «Скромного обоняния буржуазии»! Да ещё в таких количествах, словно у вас там была оргия. Ну-ка, что у тебя ещё?

Крылья вздёрнутого носика встрепенулись и проделали зигзагообразный полет в воздухе. По этому элегантному движению Сол частенько узнавал Кэт в толпе.

— Ага, ло-мень с кислой курицей… Шейла с её бездарными духами на спиртовой основе… Любовница Рамакришны сменила шампунь… О, ты попал под санитарный дождь! И плохо спал… нет, другое. Ты не болен, Солнышко?

Сол быстро поцеловал Кэт, но запах все-таки пробил защиту, и у него слегка закружилась голова, когда он садился. Маки тут же увеличил мощность фильтра. Получив здоровый глоток свежего воздуха, Сол тайным жестом поблагодарил искин за сообразительность.

Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 114