Изгой рода Орловых: Черный лед - Данил Коган
— Ветер, тогда на тебе концепция вооружения и снаряжения группы в виде доклада. Думаю, броню тоже можно получше взять, чем у нас сейчас есть. В этом вопросе я полностью доверяю твоему мнению.
— Я свой «Экспресс» ни на что не поменяю. Круче пушки даже у спецов нет! — буркнула Свирель, прижав руки к груди, как будто у неё уже отбирали её «малышку», как она называла иногда свою ручную гаубицу.
— Здесь базара ноль-на! Твою пушку не меняем. Только патроны подберем артефактные, — сразу согласился Ветер.
— А вот у меня внезапно вопрос про деньги, — вмешался Красавчик, удостоившись сразу нескольких косых взглядов от соратников. — А что? Такой выход контрактом не оговорен. Я лично пойду бесплатно — я клятву на крови Алексею дал. Но вот какая компенсация ждёт ребят? И тех, кто погибнет тоже, не дай духи предков, конечно?
— Да типун тебе на твой язык поганый, трепло помойное! — вызверилась Заноза. — Нашёл когда о деньги говорить!
— Нет, он прав совершенно. Я понимаю, что многие вдохновились моей речью. Патриотизм и участие в историческом событии вовсе не отменяют необходимости вознаграждения. Давайте так: все вернувшиеся получают десятерную сумму от лучшей нашей трофейной ходки единовременно. И сто процентов к окладу навсегда, с учётом инфляции. Устроит такое?
— Да без базара-на. Щедро, Боярин! — ответил за всех Ветер.
— Ну, а родственникам погибших, — я проговорил это через силу, — я выплачу пожизненную пенсию в той же сумме. Сегодня же отдам распоряжение поверенному внести это условие в завещание.
Воцарилась тишина. Последнюю фразу нужно было чем-нибудь разбавить. Но я как-то не находил нужных слов. Зато отлично справилась Заноза.
— Компенсации-хренации. Мы завтра в Муром едем. Там не забалуешь. А отметить надо бы такое дело, верно говорю?
— А и вправду-на, — немедленно подхватил её инициативу Ветер. — Надо бы сегодня посидеть хорошо на дорожку, а, Боярин?
— Не вопрос. Только заведение я выбираю! — ответил я. — Есть здесь на четвёртом одно местечко, если не закрылось ещё.
Глава 19
Первые аккорды
Муром встретил нас штормовым ветром и проливным дождём. Всё это оставалось за бортом тяжело покачивавшегося флаера.
— Эх, хотела на столицу сверху глянуть, — вздохнула Заноза. — Ни разу здесь не была.
— А ты вообще где-нибудь кроме Воронежа была? — беззлобно подначил её Красавчик.
— В Рязани как-то раз, — ответила она. — Да много ты знаешь людей, что за пределы своего полиса выбираются? Только земские в полисы сползаются с губерний.
Ветер хмыкнул. Флаер влетел в зев тоннеля, открывшегося в теле дворцовой башни, и медленно проплыл в сторону посадочной площадки.
— Так. Временные пропуска я всем оформил, — начал я, почувствовав лёгкий толчок — флаер коснулся опорами бетона. — Постоянные вам Красавчик выпишет, я больше по инстанциям бегать не собираюсь. Пока не выдадут — из «моей» части дворца ни ногой. Время тяжёлое, охрана нервная, могут и пристрелить.
— Обалдеть! Мы в императорском дворце! — просвистела Свирель, как будто только осознала этот момент, едва мы покинули флаер.
— Дворец-херец, — тут же отреагировала Заноза. — Дом и дом. Здоровущий просто. И это. Дорогущий. Вон сколько золота налепили на стенки, жуть просто. Да ты Боярин скромняга у нас! Нахрена им столько статуй? Это же млятский гараж!
— Это не императорский дворец. Это так называемый «Букет дворов» — резиденции Великих князей, Большой пятёрки и прочих важных чиновников. Дворец дальше. Моему «двору» выделили апартаменты во внешней башне. Места там много, стены преимущественно оранжевого оттенка. Апельсинового, — я усмехнулся. — Не ошибётесь. Пойдёмте. Здесь ещё минут двадцать топать до моих «владений» по общим коридорам. И постов охраны четыре.
— Всё равно! — Свирель выглядела взволнованной. — Я даже в боярской башне сто лет… ни разу не была. А здесь… Да ну тебя, Заноза, — та как раз скорчила презрительную рожу. — Я вот хотела бы в Географической галерее побывать… говорят, туда иногда пускают жителей и гостей комплекса, я видела репродукции — такая красота!
— Сходим специально, я там, кажется, уже был. Действительно вход свободный.
Я припомнил длинный переход между башнями, все стены и потолок которого были в картах империи и мира. Оригинальные панели семнадцатого века, перенесённые из старого дворца. И подумал, что походить там, посмотреть, было неплохой идеей. Я-то как в задницу укушенный пробежал, как раз на совещание регента.
— Я тож с вами, в эту галерею. Че я с сеновала вчера чель упала? Тоже люблю красивое! — сориентировалась Заноза.
* * *
Разместив своих гавриков в казармах гвардии, я отправил Зое весточку о том, что прибыл на место. Княгиня просила меня извещать её секретариат, когда я нахожусь во дворце — так было проще спланировать быструю встречу.
Проверил через систему безопасности: Синицын отсутствовал. Я немного волновался за него и артефакт, но, наверное, просто по инерции. У него сейчас охрана небось почище императорской. Ладно, потренироваться пойти что ли…
Кай немедленно высветил сообщение: «Приоритетный звонок. Канцелярия Фиолетового двора». Как ждал, гадёныш. Я мысленно ткнул в значок зелёной трубки.
— Приветствую, Ваше Высочество, — Зоя как всегда в деловом костюме, очках, строгая и выглядящая старше своих лет.
Со сменой статуса она непременно именовала меня «высочеством», и я понял, что пытаться настаивать на менее формальном общении смысла нет.
— Да, Зоя Александровна. Добрый день.
— Её Высочество просит вас подойти в покои Фиолетового двора, если вас это не затруднит. У княгини через полчаса появится окно в расписании.
— Уже бегу! — Зоя едва заметно нахмурилась. Ну, не вёл я себя сообразно бережно хранимому в её бюрократическом сердце облику русского царевича.
— Благодарю, Ваше Высочество. Вас встретят, как обычно, на последнем посту охраны.
Я быстро переоделся, сполоснул с дороги лицо и пошёл к выходу из своих покоев.
По дворцу можно было передвигаться на электромобильчиках, но я предпочитал ходить пешком. И без свиты. Здесь по размеру свиты, сопровождающей человека в общем коридоре, можно было понять его общественный статус. Негласные правила, тем не менее соблюдающиеся со строгостью писаных законов, устанавливали, кто и сколько прихлебателей может таскать с собой на
