Изгой рода Орловых: Черный лед - Данил Коган
— Дрянь! Бл… вот скотство.
Граф мне никогда не нравился. Но теперь, вспоминая его оплывшее, словно огарок свечи лицо, я испытывал к этому надменному чиновнику, мгновенно ставшему немощным стариком, искреннее сочувствие. Почему меня это трогает? Когда уже наступят предсказанные Синицыным благословенные времена и мне станет наплевать на других людей?
* * *
Флаер дворца прибыл за мной в назначенное время. На дверцах уже красовался мой герб на оранжевом щите, над которым злобно растопырил когти имперский двуглавый орёл под золотым венцом. Внушает. Меня теперь ни один полицейский не остановит. Машина смотрелась хищно, эта модель считалась скоростной. Хотя по манёврам чувствовалось, что флаер перегружен. Ещё бы. Класс защиты «А». Броня, щиты, противоракетный комплекс. И два пулемёта «Вулкан» на коротких псевдокрыльях, торчащих из-под брюха. На военных штурмовиках вооружение и бронирование хуже.
Из кабины выскочил и замер возле трапа в салон пилот в дворцовой униформе.
— Ну что, девочки и мальчики? Прокатимся до дворца?
Со мной были Мария и Ксения, которую я срочно выдернул из баронства. Официальное мероприятие? А у меня официальные невесты. Просто поставлю двор перед фактом.
В качестве «гвардейцев» я взял с собой Кабана и Красавчика. Занозу в принципе нельзя пускать в так называемое «приличное общество». Она легко покроет матами какое-нибудь сиятельство или светлость, а то и высочество, а мне потом людей на дуэлях убивать. Нет, серьёзно. У неё нет вообще никакого почтения к титулованным особам. Кабан хотя бы молчит всегда. Ну а Красавчик так сам дворянин и мой кровный вассал, между прочим.
Ветер так и не согласился перейти в мою гвардию, как и Свирель, кстати. Они оба хотели убивать дрянских монстров, а не людей по приказу аристократа. Даже такого славного парня, как некий Алексей Орлов. И его высочества, между прочим, не баран начихал. Но я им обещал, что они будут служить там, где захотят, и рамки службы определят сами.
Синицын, естественно, остался «на хозяйстве». Его никто не приглашал, но я в принципе мог взять его как гостя Оранжевого двора. Просто он довольно категорично высказался против. Что-то вроде: «Не трахай мне мозги, Алексей», — насколько я помню, только чуть грубее.
Секретариат мне пока что заменял Кай. Так что не сильно-то я прирос людьми пока что. С другой стороны, ещё в октябре я устроился рядовым ликвидатором и пообещал лейтенанту Плахину, что всё будет «без дерьма». И вот такую головокружительную карьеру сделал. Просто чуть не убили раз десять, и плечо левое теперь на перемену погоды ноет.
— Господин капитан? — обратился я к пилоту.
— Гай Юлий Орловский, Ваше Высочество! — о, почти тёзка. — Прикомандирован к Оранжевому двору в качестве технического персонала. Готов надеть цвета вашей гвардии, Ваше Высочество.
Ну, это он что-то торопится с цветами-то. Истомина едва слышно хмыкнула. Нам таким незамысловатым образом буквально навязывали «крота» на весьма вкусной позиции личного пилота. Но выбора пока не было.
— Набором в гвардию занимается его благородие Прилепских. Но вряд ли он начнётся в ближайшее время, капитан. Я пока не вижу необходимости увеличивать штат.
Красавчик важно поправил оранжевую ленту поверх обезличенного мундира. Кабан хмыкнул.
Мы поднялись на борт флаера. Капитан закрыл за нами дверь салона. Флаер тяжело оторвался от взлётной площадки и, набирая скорость, устремился к Мурому.
Мы лениво болтали, посматривая на обзорные экраны. Ничего серьёзного мы в этой машине, конечно, не обсуждали. Запись сразу по приземлении уйдёт опричникам и тому, кто пытался подсунуть нам этого Орловского. Который и не Орловский может вовсе, а Никитин какой-нибудь, дрянь его знает.
В дороге я несколько раз проверял связь. И она работала! Страшно подумать, какой мощи накопители и печати установлены на этой машине. Подобную привилегию не купить ни за какие деньги. Хорошо быть высочеством. Правда, есть нюансы в виде попытки подсунуть кристалл с проклятием. Приветик из змеиного гнезда, ёлки. И сейчас мы в это самое гнездо прямым ходом и направляемся. Ладно. Мы тоже умеем кусаться. На любую змею найдётся свой мангуст.
В пути я задремал и проснулся от лёгкого толчка — флаер коснулся опорами платформы.
Я помассировал заспанную физиономию, одёрнул одежду и бодро спросил:
— Ну что, ребят? Зажжём рок в этой дыре?
Глава 14
Обустройство
— Алексей, — княгиня выглядела уставшей. — Нам бы поговорить обстоятельно до того, как племянник вас всех соберёт. Сейчас у меня есть всего пятнадцать минут. Надо обсудить организационные моменты. Да что ты маячишь, как клён на бульваре? Тебе особое приглашение нужно? Садись.
Да, дрянь их знает, Великих княгинь. Сегодня тебя любят и привечают, а завтра сел без приглашения — и сразу хам, парвеню и ведёшь себя неподобающе. Ещё и обстановка во дворце… нервная. Траур с ноткой истерики. Две с лишним недели прошло, а здесь, такое впечатление, люди всё никак от шока отойти не могут. Я поклонился и сел.
— Граф Зурабов поможет тебе подобрать приличествующий твоему статусу штат прислуги. Многие дворцовые хозяйства осиротели. А слуги лишились сеньоров. Так что… — она бесцельно обвела глазами роскошное помещение, в котором мы находились. — Списки наследников ещё не обнародованы, но все нужные ведомства оповещены, и новый указ о престолонаследии введён в действие.
Знаю, знаю. Читал его, когда знакомил одного воронежского опричника с моими новыми правами. Княгиня вздохнула.
— Ты считаешься моей креатурой. Всё, что ты делаешь, отразится на моей репутации, Алексей. Так что прошу тебя… впрочем, всё равно, — неожиданно оборвала она начинающиеся нравоучения. — Просто не посрами себя и меня. Поединки между наследниками запрещены. Так что если какая-то тварь будет тебя провоцировать, помни об этом. В этом дворце выше тебя по статусу только Великие князья. Даже светлейшие — на ступеньку ниже. Не давай всякой титулованной или боярской шелупони ставить это под сомнение. Ты — наследник крови. Что ещё из важного? Ах да. Одного баронства маловато. Я подарила тебе два удела из своих. Один из них даёт право на графский титул. Указ о передаче находится на регистрации в геральдической палате. Пётр Фёдорович, по моей просьбе, добавит ещё из выморочных государственных земель. Какие именно — станет известно на встрече. Но не думаю, что он слишком расщедрится.
