Две стороны Александрины - Наташа Эвс
Я замолчала, глядя на озеро. Почему-то сейчас мне стало очень обидно, словно моя жизнь пронеслась где-то рядом, а я не успела заскочить даже в последний вагон и теперь только наблюдаю, какой она могла быть.
— Тебе плохо? — спросил Костя, заглядывая мне в лицо. — Такая бледная.
— Нет, — задумчиво ответила я. — Сейчас хорошо, и от этого так грустно.
— Поделишься?
— Кажется, я потеряла свою жизнь. Беззаботно открыла окно, а она выпорхнула. Теперь не знаю, что делать. Как жить?
— Каждый из нас проживает свою жизнь, а не чужую, и все, что с нами происходит — это фильм, автором которого являемся мы сами.
— Тогда почему я не могу исправить свою жизнь? Если мне не нравится суп, я не буду его есть, не понравится платье — не буду носить. А в своей жизни ничего изменить не могу.
Константин с тоской оглядел простор впереди.
— Жизнь это не платье, к сожалению. Иногда на исправление уходит вся жизнь.
— Как же мне тяжело… — прошептала я. — Если бы ты знал. Как хотелось бы исправить все свои страшные поступки, но это уже невозможно.
— Ты можешь не делать ошибок теперь, чтобы впоследствии не пришлось исправлять результат.
— Не все зависит от меня. Хочешь пример? Чем больше мы с тобой проводим времени, тем больше я понимаю, что моя непростительная ошибка — не разглядеть тебя в школе. Потому что ты особенный, а дни, проведенные с тобой, отличаются от всего, что было в моей жизни. Но этого не изменить, и даже не исправить, ведь тебе я уже не нужна.
Константин тяжело сглотнул и увел взгляд на озеро. Мы долго молчали, думая об одном, но по-разному, и, наверное, каждый о чем-то жалел.
Наконец Костя покачал головой, словно соглашаясь с самим собой, и тихо произнес:
— Однажды моя жизнь изменилась, и этот момент стал затворяющим ключом. Я дал клятву целибата, взамен получил статус и возможности, и теперь не могу сделать шаг назад. Твоя жизнь тоже изменилась, но ты еще можешь менять ее, поэтому я так усердно прошу тебя слушать мои советы.
— Как всегда умело свернул с темы, — вздохнула я. — К чему все эти вопросы…
— Разве я не ответил на твой вопрос?
— Ты никогда не отвечаешь на мои вопросы, если они касаются отношений. Бесполезно.
— Если бы несколько месяцев назад мне сказали, что я буду разговаривать об отношениях с Александриной Лимой — съел бы свой черный пояс на главной площади города.
— Мне не смешно.
— Поверь, мне тоже. Что еще ты хочешь знать обо мне?
Я развернулась к Косте, задав наконец свой вымученный вопрос:
— Скажи, если бы не беременность, у меня был бы шанс? Шанс на отношения с тобой.
— Саша, беременность тут ни при чем. Я в статусе монаха, прошел обряд посвящения и клятвы, взамен получил свои силы, которые могу и хочу тратить на твое спасение. Это все взаимосвязано и очень серьезно. Прости.
— А если бы у тебя не было клятвы?
Константин обвел меня каким-то светлым взглядом, несвойственным ему, и тихо произнес:
— А если бы не было клятвы, шанс был бы у меня.
В этот момент мое тело сотрясло. Я раскрыла глаза и выпрямилась с негодованием:
— Так возьми этот шанс! Мы даем тебе его, к черту клятвы!
— Саша! — Костя ошарашенно вскочил.
— Что «Саша»? Ты же умный парень. — Я укоризненно покачала головой и почувствовала, что начала подниматься. — Хватит себя мучить, что ты вцепился в этот статус!
Мой куратор настороженно прищурился:
— Знаю, чего вы добиваетесь, но этому не бывать.
Мое тело почему-то продолжало тянуться вверх, при этом ноги уже едва касались камня, но инерция движения продолжалась.
— А это мы еще посмотрим, — бросила я. — Несчастный человечек, ты же слабый, тебе чуть больше чувств, и ты уже поплыл.
Неожиданно Костя схватил меня за руку и твердо произнес:
— Александрина, слушай мой голос. Не уходи, борись! Постарайся, будь со мной!
— Скоро все закончится для вас. Для нас же все начнется, — почти прохрипела я, зависнув на носочках, словно меня подвесили на невидимых ремнях.
В этот момент раздался монотонный голос Константина. Удерживая меня за руку, он проговаривал слова, похожие на заклинание, и чем дольше это длилось, тем больше мне не нравилось, потому что пытка сопровождалась стягиванием всех мышц и болевой ломкой. Я закричала, хотя было ощущение раздвоенности и иногда становилось непонятно, кто действует во мне.
— Потерпи Саша, немного потерпи, — шепнул Костя, продолжая четко проговаривать страшные для меня слова. Но я не могла вынести того, что происходило, и начала отчаянно вырываться, продолжая зависать над камнем. Мужская рука крепко держала меня, и от этого было тошно и страшно.
— Хватит! — зарычала я, извиваясь. — Прекрати это! Отпусти!
— Саша, скажи, что слышишь меня, — взмолился Константин. — Держись, прошу!
— Королева тебе не принадлежит, — ответило что-то во мне, и я испугалась. Захотелось крикнуть своему другу, что я слышу его, но мое тело совершенно не подчинялось.
— Я не отпущу тебя, — сквозь зубы процедил Костя. — Буду жечь, сколько захочу, мне плевать на себя, ты знаешь об этом. Сдохну вместе с тобой…
— Давай! — выкрикнула я. — Посмотрим, какой из тебя воин! — Но в этот момент новые слова моего куратора словно сломали все мои кости. Страшное бормотание мучило, душило каким-то дымом, хотелось вырваться и отдалиться от этого кошмара. Я чувствовала себя как бы закованной со всех сторон, но очень хотелось, чтобы Костя знал, что я слышу его, и неимоверным усилием мне удалось прошептать:
— Спаси меня…
Заклинания усилились, и стало еще хуже. На все мои рычания и попытки вырваться куратор отвечал громкими фразами из непонятных слов, которые будто выжигали мои легкие огнем, делая каждый вдох болезненным и трудным.
— Ты хочешь убить ее? — усмехнулся во мне голос. — Разве так любят? Ты клялся ее защищать! Она скоро не выдержит.
— Она выдержит, — твердо произнес Константин. — А вот ты пострадаешь. Гарантирую! — Он рывком ухватил мою вторую руку и крепко сжал, притягивая мое зависшее тело к себе. Тяжелый взгляд темных глаз устремился на мое лицо, вызывая мощный болевой поток, и я снова начала вырываться с криками:
— Что ты делаешь? Невыносимо… Невыносимо!
— Саша, держись! Я тебя слышу! — обратился ко мне Костя и тут же холодно добавил: — Как только ты отпустишь ее — я отпущу тебя, выбирай. Или адское дно засосет тебя навсегда.
Через секунду мое тело обмякло, и я рухнула вниз, но крепкие руки
