Вернуть своё - Андрей Горин
— Неожиданное предложение. Надо подумать, — цедит китаец. — Но я уже по его заблестевшим глазкам вижу, что попал в точку. Моё предложение выгодно не только по деньгам, и даже не из-за того, что укрепляет положение моего собеседника в иерархии «мафии патриотов». В поставках Слёз Нефертити заинтересована Императорская Семья, а это поважнее всех остальных вместе взятых.
Бао Цзы Вэй уже открывает рот, чтобы изобразить, будто он делает мне одолжение соглашаясь. Но я опережаю его.
— Как я уже сказал, мы увеличим вам поставки Божественной Субстанции. Но у меня будет одно условие.
Челюсти китайца захлопываются чуть ли не со стуком, и он впивается в меня оценивающим взглядом.
Мафиози растерян, но понимает, что выхода у него нет. Он опасается, что я потребую от него невозможного, но по ходу моего рассказа в его глазах появляется облегчение и расчётливое выражение. Я понимаю, что дело в шляпе. Но старый пройдоха, естественно, пытается меня запутать.
— Боюсь, вы не понимаете те правила, по которым живёт моя страна, — с притворным сожалением вещает он. — Корпорация, о которой вы говорите, обладает большим влиянием в нашей стране. Её истинные хозяева вхожи не только в высшие сферы управления государством, но и имеют связи в Императорской Семье.
— Но и ваша Организация, тоже не богадельня и пользуется не меньшим влиянием, — возражаю я.
— У вас превратное представление о структуре нашей Организации, — вздыхает мой собеседник. — Для иностранцев мы видимся единой структурой с жёстким подчинением, но на самом деле это не так. То, что вы называете Саньхэхуэй, состоит из множества различных триад. Которые, разумеется, координирую свои действия, но не подчиняются единому центру. Хотя в случае общего решения, редко кто из братьев будет противиться, если это в интересах общего дела. Братство, которое я возглавляю, действует на определённой территории и имеет определённые полномочия. В вашей Москве, моё слово имеет большой вес. Так же, как и в отношении той области деятельности, которую я курирую. Но названная вами Корпорация, находится на территории Поднебесной и её курирует совсем другое Братство. В функции которого входит, между прочим, и обязанность защищать эту Компанию, от опасностей со стороны, особенно исходящих от иноземцев. Даже не знаю, чем я могу вам помочь в такой ситуации.
И хитрая мартышка выжидательно замолкает, просчитывая в уме, как меня поиметь.
— Я бы с вами согласился, уважаемый Бао Цзы Вэй, но позвольте вам заметить, что вы только что сами намекнули, что все ваши Братства действуют в общих интересах и при этом главным для них остаётся приоритет благополучия Вечного Трона. Поэтому у вас есть важный аргумент для ваших братьев, курирующих упомянутую Корпорацию. Вы уже сами поняли какой. Это стабильность поставок Божественной Субстанции, которые в немалой мере зависят от того, как идут мои дела. Таким образом, мои проблемы, это в значительной мере и ваши проблемы.
Некоторое время мы молча меряемся взглядами. Оба понимаем, что придётся договариваться, но никто из нас не хочет уступать первым. Но у меня более выигрышная позиция, и пожилой мафиози это понимает.
— Допустим, я могу попытаться повлиять на ситуацию, — осторожно начинает хитрый старикашка. — Но я пожилой человек и меня мало что радует в жизни.
Вот это он загнул. Понимаю, что сейчас последует хитрый финт ушами, но даже примерно не могу сообразить, куда он клонит.
— На старости лет больше радуешься эстетическим наслаждениям. Вы ведь знаете, что наша культура трепетно относится нефриту и изделиям из него. «Камень вечности» считается национальным достоянием моей страны.
И Бао Цзы Вэй выжидательно замолкает.
— Это крайне интересно, но я не совсем понимаю, какое отношение это имеет к нашему разговору, — осторожно замечаю я, пытаясь понять, куда клонит старикашка.
— Молодость, — вздыхает китаец. — Чувство прекрасного формируется десятилетиями. Видите ли друг мой, не погрешу против истины, если скажу, что зелёный цвет нефрита органично сочетается с сочным цветом изумрудов, эти великолепные вещи просто созданы друг для друга. Нефрита на моей родине достаточно. А вот с изумрудами, всё не так благополучно.
Я уже начинаю понимать, где собака зарыта. А также понимаю, что эти танцы с бубнами могут продолжаться очень долго. Но я ведь не китаец и поэтому спрашиваю старикана:
— Чего вы хотите?
— Скажем так. Мне интересен некоторый процент в предприятиях, которые занимаются добычей и реализацией изумрудов, из-за которых, собственно говоря, и возник озвученный вами конфликт.
Я некоторое время изображаю возмущение, после чего начинается длительный торг. В итоге мы заключаем сделку, по которой китайцам отходит по пять процентов в каждой из Компаний. Как в нашей с Кропоткиными, так и в той, которая перейдёт под наш контроль после нейтрализации наших противников.
Договорённости достигнуты. Дальнейшее от меня почти не зависит, мяч на стороне китайцев. Теперь остаётся только ждать, как быстро Бао Цзы Вэй сможет исполнить свою часть договора.
* * *
Когда я вернулся после переговоров, с мои китайским почти родственником, на Базу Отряда, меня уже поджидали Демид, Мигель и Элиза. Последние двое только за пару дней до моего приезда вернулись из зоны отчуждения с той стороны Провала, и вид у них до сих пор был несколько потрёпанный. Вкупе с мрачным видом Демида, это достаточно ясно говорило о том, что события на занимаемом нами плацдарме в Мире Даймонов, обстоят не просто хреново, а очень хреново.
Начал беседу Демид, как самый старший и авторитетный. Тем более что как Советник, он представлял на нашем хоть и неформальном собрании официальную позицию всей Гильдии Добытчиков.
— В последнее время Гильдия переживает непростые времена, и причиной этого во многом является деятельность Антона в зоне отчуждения с той стороны провала. Ранее Гильдия была более монолитной, основная часть Добытчиков занималась рейдами в земли демонов за Провалом и добычей артефактов и необычных материалов того Мира. Занятие это было высокорисковым, и большинство отрядов работало в довольно узкой части зоны отчуждения, где угрозы со стороны местных тварей были не так велики.
После того как Антон умудрился захватить несколько посёлков наркоторговцев, промышлявших также работорговлей, и заключил союз с местными кочевниками, ситуация существенно изменилась.
Работа отрядов Добытчиков в этой части зоны отчуждения стала не столь опасной, поскольку большинство самых опасных тварей были
