Белые пешки - Екатерина Звонцова

Ознакомительная версия. Доступно 36 страниц из 237

кивнула и ухватила Марти за локоть. Та напряглась еще больше, но ничего не сказала. Саша покосилась на ее колечко-коготь, подмечая занятную деталь: красный камень мерцал слишком ярко. Так бывало, Марти звала это тревожной сигнализацией. Что она там вещала про фон?.. Так, стоп. Саша опять уставилась на сосульки.

– Пойдемте в «Пиццу Хат», а? – миролюбиво предложила Ася. – Я тут все время поскальзываюсь. Да и… – Она помедлила, снова посмотрела под ноги. – Этот лед… я вспомнила кое-что, не хочу…

У нее тревожно упал голос, но закончить она не успела.

– Девушки! – прогремело на весь холл. – Что вы тут делаете? Опасно! А ну брысь, жить студенческой жизнью, то есть косить от знаний!

В дальнем конце коридора появилась шаткая фигура и, оскальзываясь, устремилась к ним. Саша быстро узнала ректора: по лиловой рубашке, дорогущему костюму и неизменно пыльным ботинкам. Он нес под мышкой портфель и балансировал второй рукой. Волосы растрепались, вообще вид был взмыленный. Красная физиономия, синие губы – видно, давно тут бегал, выясняя, что стряслось, и разгоняя сотрудников.

– Здравствуйте, Арсений Викторович! – сказала Саша хором с Асей.

– Замерзли? – сочувственно спросила последняя.

– Что это? – мрачно поинтересовалась Марти, кивая на холл.

Володарский громко чихнул, а потом развел руками.

– Внештатная ситуация. Трубы прорвало. А с нашими-то хлипкими стенами…

– И прямо вот так накрылось отопление? – Марти скрестила у груди руки и возвела глаза к сверкающим люстрам. – Зима ранняя, холодно, но все не могло так обледенеть.

Саша пихнула ее, Ася смущенно заерзала. Но ректор, ничуть не впечатленный резким тоном, лишь смахнул волосы со лба и многозначительно подмигнул:

– Ладно, раскусили. Я люблю сеять хаос, вот и заколдовал собственный университет, чтобы вас, именно вас позлить! – Он прыснул, но тут же посерьезнел и уже нормально объяснил: – Прокладывают новые коммуникации, кое-что попортили и вовремя не перекрыли, случился казус. Занятия отменены, чинимся. Ух… как я замерз.

Все сходилось, теперь-то Марти должна была успокоиться. Саша улыбнулась, взяла подруг за руки покрепче и спросила:

– Тогда мы пока пойдем? Посидим где-то?

Володарский величественно кивнул:

– Считайте себя свободными людьми, до обеда точно, ну или езжайте сразу на Сухари, если следующие пары у вас там. Я вот рисковал жизнью, перетаскивая кое-какие печатные раритеты и добывая папку из кабинета! – Он осекся, пристальнее в них вгляделся. – Асенька, а что же вы грустите? Тоже заледенели, да?

Он так и ел глазами задумавшуюся Асю. Та ковыряла лед носком сапога. Она нехотя подняла глаза и потеребила красный широкий шарфик.

– Я просто вспомнила кое-что. Мой… один человек… неважно.

Тут и я сообразила, чего она так расстроилась. Они с Максом всегда ходили на каток зимой, могли кружить часами. Еще один спорт, который Ася полюбила не сама, еще один спорт, потерявший для нее смысл с отъездом Макса. При мне она швырнула коньки на антресоль и сейчас, когда выпал снег, отказалась доставать. На каток я хожу без нее. Вот и в разговоре с ректором лицо у нее стало такое потерянное, будто она вот-вот заревет. Еще ведь и Макс, дурень такой, не пишет и не звонит уже месяц – похоже, далековато уплыл. Предстоящие праздники будут для нас первыми без него. Не знаю, что вообще получится с этим Новым годом. Наказание какое-то.

– Саш, а вы замерзли? – спросил Володарский, когда они покинули здание и направились к воротам. Там уже парковалось несколько авариек.

– Ну… немного, – ответила та, поправляя меховые наушники. – Настоящая зима.

– «Крестьянин, торжествуя…» – начал было ректор напыщенно.

– Арсений Викторович, а вы что, не заняты? – бесцеремонно перебила Марти. Она сунула руки в карманы и двигалась на некотором расстоянии, точно боясь запачкаться. – Куда вы за нами идете? Мы на трамвай вообще-то.

Саше стало стыдно, но она промолчала, а для пинка Марти была недосягаема. Володарский – вот же терпение! – непринужденно рассмеялся.

– Да просто вдруг возникла мысль пригласить вас в симпатичную кофейню вон за тем домом, – он махнул на большую кирпичную новостройку. – Выпить чего горячего. А то я сегодня и не завтракал, так спешил, и, как уже сказал, закоченел как цуцик…

Тут Саша все-таки насторожилась: не чересчур ли? Ей не хотелось хамить, как Марти, но все же она осторожно, как можно более мирно уточнила:

– А вы со всеми студентками в кафе ходите?

Арсений Викторович только улыбнулся еще шире, не похоже, что обиделся:

– Если это лучшие силы института, полиграфии и вообще мира, почему не пойти-то? – Он рассмеялся, но спустя мгновение, оглядев лица «лучших сил», нахмурился: – Ну конечно, если устав университета запрещает ректору пить кофе со студентами и относит это к рангу асоциальных отношений, я абсолютно не хотел бы показаться навязчивым. Хотя опять же, поймите правильно: у меня дочь – ваша ровесница.

– То есть вы женаты? – напрямую поинтересовалась Марти. Не тем тоном, которым обычно спрашивала это у красивых мужиков.

– Нет, я один в этом мире, – скорбно произнес Володарский, закатывая глаза. – И дочь выдумал, чтобы вы потеряли бдительность. У меня только собака есть. Вшивая.

Саша прыснула: достойный ответ! Даже Ася засмеялась. А вот губы Марти нервно скривились. Она явно не собиралась сменять гнев на милость, с надеждой уставилась на громко звенящий в отдалении 27-й трамвай… Но ничего сделать не успела.

– Раз вы такой честный, мы можем составить вам компанию, – за всех сказала Ася. Лицо ее перестало быть таким грустным, и только это не дало Саше ее треснуть. – Ненадолго. Нам правда скоро ехать на СРЯ.

– Насря… – явно хотел как-то подростково-филологически сострить ректор, но покосился на Марти и благоразумно осекся.

Подмерзнув, все они прибавили шагу, болтать перестали. Пиная перед собой обледенелый комок земли, Саша сосредоточенно покусывала губы. Было… странно. Все выглядело мило, но ни фига она что-то не горела желанием пить кофе с ректором. Да и Марти продолжала тихонько психовать. Саша не понимала бреда, который Марти иногда несла – что ректор плохой, что он вообще не ректор, что это едва ли не сам Мефистофиль-Воланд-Борис Баденов из мультика про лося и белку. В голове роились тревожные мысли: как, откуда это? Травма после L., где ее напугал похожий мужик? Может, Марти там заболела или чем-то не тем привилась и это дало осложнение на мозг? А может, наследственное? Все-таки целая семья не то колдунов, не то… Шарлатанов с расшатанной психикой, вот тех самых, которые искренне верят в свою одаренность? О, как удобно было бы так думать. Но Саша не знала ни маму Марти, ни тем более ее старших родственников близко. Слишком

Ознакомительная версия. Доступно 36 страниц из 237