Тройное счастье для Рыжика - Елена Абернати
Цветистая ругать повисла в воздухе. Мы понимали. Оставить Есю сейчас, означало подвергнуть ее опасности. И окончательно потерять. Я разрывался от желания броситься на поиски сестры, и остаться рядом с любимой девушкой.
Призраки встали.
— На поиски отправимся мы. И это не обсуждается. Единственный возможный вариант. Кроме того, мы же не хотим дать Аль-Расулу козырь. Преподнести Лео ему на блюдечке.
Я снова выругался. Как ни крути, а Призрак прав.
— Хорошо. — Выдохнул хрипло. — Но если вы навредите ей…
— Не скалься, щенок. — Щелкнул по носу Призрак. — За Арифу мы любому глотку перегрызем. — И уже к нашему деду. — Я так понимаю, у нас полный карт-бланш? Этот старый ублюдок живым не нужен?
Дед ухмыльнулся.
— Можете отыграться. Но не советую марать руки об эту падаль.
— Отыграемся. Не переживайте. — Вот сейчас я им поверил. Уверен, эти отыграются по полной. Да так, что Аль-Расул еще пожалеет о том, что на свет народился.
Глава 22
Еся
Мы не могли насытиться друг другом. Отрывались по полной.
Я сгорала, стонала под опытными ласками моих мужчин. Выгибалась и металась по постели. Сладкая истома тягучей патокой растекалась по всему телу. Обжигающей лавой концентрируясь между бедер. Горячими импульсами воспламеняя каждую клеточку. Каждое нервное окончание.
Вынуждая выгибаться тетивой от непереносимого возбуждения.
Ластилась и подставлялась под ласки мужчин. Полностью подчиняясь сжигающей до тла страсти.
Невыносимо восхитительное удовольствие напоминало сладостную пытку. От которой все тело звенело и пело. Плавилось и сгорало.
Они умело возносили меня ввысь. На миг оставляя на грани наслаждения. Так что я замирала у самой пропасти. И танцевала там самый древний самый страстный танец во всей вселенной.
Опытные любовники играли на моем теле словно виртуозные музыканты.
Высекая обжигающие искры.
Мучая, не давая сорваться в пропасть. Удерживая на самом краю.
Шепча на ушко:
— Не смей кончать, малыш! Без нашего приказа. — Кто-то из любовников опалял ухо горячим дыханием. Посылая миллиарды мурашек по коже. Заставляя задыхаться от наслаждения. — Все твои оргазмы принадлежат нам! Запомни это! Повтори! — От сексуального рыка захныкала. Подалась навстречу, жадно впитывая их страсть. Желая еще и еще. Попыталась получить столь желанную разрядку. И разочарованно захныкала, когда мужчины отстранились.
Тут же шлепок обжег ягодицу.
— Какая хитрая малышка. Мы можем подводить тебя к грани всю ночь. И не давать кончить. Пока ты полностью нам не подчинишься. Пока полностью не отпустишь все страхи. Пока полностью не станешь нашей…
Еще один шлепок по ягодице, от которого жаркая волна устремилась в развилку между бедер… Клитор запульсировал… Губки набухли еще сильней… попыталась свести ноги… и не смогла… из-за удобно устроившегося между ними мужчины…
Попыталась пошевелить руками… и опять не смогла… Руки кто-то удерживал, заведя их за голову…
Тело снова покрылось мурашками… но на этот раз от ужаса…
Эти мужчины… я их не знала… Ласки сменились грубыми болючими щипками… За ягодицы… за груди… за соски… Шершавые мужские чужие пальцы оставляли синяки по всему телу…
— Ну что же ты малышка… — грубый голос вторгся в помутившееся от похоти сознание. Вызывая приступ панической атаки. — Ну давай… ты же любишь тройнички… постони для нас… — Чей-то рот накрыл мои губы, опаляя их алкогольными парами… Вызывать тошноту и рвотные позывы…
Теперь я металась по кровати и орала от ужаса и страха…
Звала своих мужчин…
Но мне на помощь никто не пришел…
Они бросили меня на растерзание насильникам и садистам…
Теперь кто-то чужой и жестокий вторгся между моих бедер, грубо толкнулся внутрь… Причиняя невыносимую нестерпимую боль…
А я скулила и выла. Отбивалась изо всех сил. Кусалась и пиналась.
— Ах ты ж сучка! — Едва не оглохла от разъяренного рева. — Эта стерва меня укусила. Тварь… — От сильной пощечины стукнулась затылком о бетонный пол камеры. Затем еще один удар и еще один. Насильник бил и вторгался в мое сухое влагалище с кряхтением и сопением. А я продолжала извиваться и кусаться. Пока не совсем не ослабла. И не замерла под ними… Сколько их было той жуткой ночью? Я не помнила.
Я после подобного вообще ничего не помнила. Сознание, словно сжалившись надо мной, скрывало за пеленой тьмы творившейся ужас…
Я подскочила на постели крича во все горло. Воя скатилась с постели на пол. Забилась в угол между кроватью и тумбочкой. Уткнулась головой в колени. Не желая вспоминать… Сидела и раскачивалась из стороны в сторону, повторяя лишь одно.
— Этого не было… Не было… Не было…
* * *
Руслан
Посреди ночи я подскочил от дикого безумного крика.
Поначалу не понимая, откуда он исходит.
И лишь через мгновение осознав, что это кричит Еся.
Как был голышом кинулся в ее комнату. В одних боксерах выскочил в коридор, и столкнулся с Лео и Яром. Они выбежали из своих комнат, один в спортивных штанах и майке, второй в шортах.
Комната Есении находилась рядом справа. Я распахнул двери, ворвался внутрь. Лео и Яр следовали за мной по пятам. Все трое замерли у порога, сжимая в каждой руке по стволу.
Да, с некоторых пор, мы спали с пистолетами под подушкой.
Осмотрелись. Выискивая опасность. Постепенно осознавая, что в спальне никого нет. Даже Еси не оказалось на постели.
— Вот дерьмо! Где Еся? — Взревели одновременно. Разбежались по спальне, осматривая шкафы, туалет и ванную.
— Тут она, — обернулись на охрипший от ужаса голос Яра. Он замер в изножье кровати. Осторожно опустил оружие на постель. Сдернул простыню и обернулся. — Не подходите голышом. Испугаете еще больше. — Грозный рык нам. И уже более нежным голосом обратился к Есе. — Тсс. Милая. Все хорошо. Это я, Яр. Ну же малыш. Взгляни на меня.
Миг, и мы оба оказались у Яра за спиной.
Онемев от открывшейся страшной картины.
Наша девочка, забившись в угол, сидела на полу. И выла в голос. Дрожала словно осиновый листик. Сжавшись в комочек. Стараясь вообще слиться с обстановкой.
Я чертыхнулся.
— Я принесу успокоительное. Яр, продолжай с ней говорить. Но не приближайся. У нее паническая атака.
— Это я вижу. — Огрызнулся Яр. — Ты так и не объяснил толком почему она в таком состоянии.
— Яр, перестань. Это все из-за меня.
— Лео, не вини себя. — Уже более спокойно ответил Яр. — Просто нам нужно поговорить сразу. — И повернулся к Есе. — Малышка, — его нежный успокаивающий шепот отражался эхом от стен спальни в теплых розово-белых тонах. Сейчас лишь маленькие бра по периметру стен не позволяли комнате полностью
