Имперский вор. Том 7 - Дмитрий Ра
***
В очень нехорошем месте
Его высочество Георгий Романов
Внезапно очутившийся в полной темноте Егор тоже подумал о том, что Слово высшей нечисти работает как-то неправильно. Могли бы и от морока защитить.
Понятно же, что ничего плохого не происходит. А значит, это очередной глюк. Чудище, напавшее на них на опушке, выглядело очень страшным, а в итоге выпрашивало печеньки.
Егор присел на корточки, пощупал, что там под ногами. Деревянный пол вроде. Который тоже наверняка ненастоящий. Но и смеяться не над чем
Он осторожно шагнул и позвал:
— Ник?
Тишина.
— Серж? Константин?
Тишина.
Хорошо, что рюкзак с собой. Достав фонарик, Егор направил луч света вперёд, и темнота тут же исчезла. Он стоял в прекрасно освещённой пустой комнате: солнце за окном шпарило вовсю, штор не было.
А посреди комнаты распластался Ярослав. Его старший брат, прикованный за руки и за ноги. Железные цепи уходили прямо в пол. Над братом нависал длинный и тощий живой мертвец. Упырь! Вместо волос из черепа росли мышиные головы, беззвучно разевающие пасти. Полусгнившие руки копались в груди Ярослава, без проблем проникая внутрь тела. Брат бился в судорогах.
— Яр! — завопил Егор, кидаясь к нему.
Но бежал он словно на месте, не приближаясь ни на метр. А упырь с усилием выдернул из груди брата красный комок, истекающий кровью.
— Не-е-ет!!!
— Вкусно, — сказал упырь, протягивая Егору
сердце?
«Это морок, просто морок!» — подумал Егор.
— Это не морок, — хрипло сказал упырь. — Это реальность. Иди сюда. Съешь это, и станешь как я. Вкусно
Он широко раззявил челюсти и вгрызся в свою добычу.
В тот же момент Егор нанёс удар. В упыря полетел шар огня. Кости не могут загореться так быстро, но они загорелись и кучей обрушились на пол. А от кучи, завывая, отскочила какая-то тварь с единственным глазом во лбу.
После чего Слово, защищающее от нечисти, исчезло.
Личина его высочества Георгия исчезла минутой раньше.
Глава 24
Развеяв морок и вновь оказавшись на лесной полянке, я с облегчением вижу всех своих. Недоумевающего Крайта. Очень злого Палея. Ржущего Шаха. И
младшего царевича собственной персоной. В смысле с натуральной мордой лица. Без личины. Твою мать! Ну что сказать — жаль, не обернулся! Хоть какая-то польза была бы. Для Отечества.
Каждого из нас затащили в персональный морок. И Егор в своём явно стрессанул. По полной программе.
Шах вдруг перестаёт ржать и хватает царевича за плечо.
— Ты кто?
— Чёрт в пальто, — обрываю его. — Это свой, с него личина спала.
Моя интуиция буквально орёт, что отсюда надо валить. Немедленно. Порталом, наплевав на всё. Потому что личина, наложенная на императорского сына, просто так спасть не может. А вид у его высочества растерянный и виноватый донельзя.
— На кого-то ты сильно стал похож, пацан — тянет Шах, рассматривая царевича. — Сдаётся мне, что на папу
— Позже!
— Да, — отрывисто говорит Шах, а в руках его уже светятся голубым парные дубинки, артефактное оружие.
Потому что в лесу вдруг повисает гробовая тишина. И в этой тишине на нас со всех сторон очень пристально смотрят. Хрен с ним, с Договором. Уходим немедленно.
Делаю шаг
и остаюсь на месте, потому что в штанину вцепляется какая-то дрянь. Типа палок с руками.
Граничники. Мелкая нечисть, способная удержать здоровенного дракона. Не раздумывая, отдираю их своей тьмой, краем глаза вижу, как Палей швыряет себе под ноги сосульки, и ору:
— Без огня!
Не хватает, чтобы огневики сдуру себя пожгли, кидаясь плетениями в эту пакость. Сметаю граничников с ног моих напарников.
— Уходим!
Поздно.
Портал строить — поздно, потому что в руки уже вцепились две лохматые твари, а Палея дёргает на себя кикимора. Сматываться отсюда без своей команды я не буду.
— Все ко мне!
Крайт сдирает с меня напавших, Егор прыжком оказывается рядом. Шах бьёт кикимору и подтаскивает к нам Палея. В следующую секунду на нас с рёвом обрушивается разномастная нечисть. Буквально — толпа.
Летят плетения, дубинки Шаха сливаются в одну мечущуюся линию, я выпускаю щупальца тьмы.
Отлично понимая, что победы в этой драке нам не светит.
Слово городничего исчезло. Ничем не сдерживаемая нечисть попросту разорвёт нас на клочки — силы несоизмеримы. Всё равно что стоять в одного перед открывшимся разломом, откуда прут монстры.
Правда, монстры неразумны, а вот нечисть любит поиграть. Пока что они развлекаются: пинают нас, щиплют и пытаются разделить, довольно легко уворачиваясь от плетений, дубинок и даже от невидимого химеринга.
Щупальцам тьмы нечисть ничего не может противопоставить, кроме нечеловеческой скорости и ловкости. Конечно, и тьма в этом плане не пальцем делана.
Но я не хочу убивать. Не говоря уж о последствиях этого. Мы пришли к ним сами, с миром — и кто-то из нас этот мир нарушил, напав первым. Думаю, Егор, но неважно. Вряд ли высшие скажут мне спасибо, если я поубиваю их подданных.
Надо что-то делать Тьма как защита — не справится. А если выпустить её слишком много — не справлюсь с ней я.
Надо
Особо наглая сущность, похожая на столб из водорослей, окатывает меня грязной жижей, и одно из щупалец обвивается вокруг него. Столб визжит и вдруг оседает. Внутри довольно толкается тьма.
По ходу, она сожрала его магию. Чего я ей не разрешал.
Осознаю, что меня начало накрывать. Как осенью в Тайной канцелярии, когда моя тьма рвалась наружу. И если это продолжится, что я тут натворю, даже богам неизвестно.
Надо срочно убрать из уравнения лишние переменные. Распугать нечисть и выкинуть порталом своих парней и Крайта. А один на один с тьмой я уже что-нибудь решу.
Пиная в сторону какую-то зубастую тварь, что вцепилась в носок берца, вспоминаю: формация! Моя запутывающая формация, выбитая в своё время из хранителя Ктулху. Печать, рунный рисунок на земле — попавшие в него перестают управлять своим телом. Ты хочешь идти в одну сторону — а тело идёт в другую, ты хочешь ударить левой рукой — а поднимается правая. Драться в формации нереал. Двигаться внутри этого рунного круга может только его создатель.
Но и на её создание нужно
