Личный враг императора - Василий Иванович Сахаров
Как я уже отметил, в таком месте, как «Боярский кус», где собирались благородные и не очень имперские дворяне, имелась собственная площадка для проведения поединков. Но самое главное – сертифицированный судья, полномочия которого, профессионализм и неподкупность подтверждались тремя документами: от имперской канцелярии, от Дворянской Ассамблеи и Ордена Клинка, который восемьдесят лет назад возник на польских землях и объединил сотню системщиков высокого ранга, а позже усилился и преобразовался в международную надгосударственную структуру. Содержать такого человека на постоянной основе могли немногие. Да и площадка тридцать на двадцать пять метров с трибунами для зрителей в центре Москвы удовольствие не дешевое. Но боярин Райкин мог себе это позволить. Так что респект ему и уважуха, хоть он, как и все бояре, тоже имперская псина.
Мы, я и бояре, вышли во внутренний двор. Вслед за нами повалили любопытные. Не только из бара, но и из самого ресторана. А потом появился судья, худощавый дядечка неопределенного возраста с совершенно седой головой. Он осмотрел всех, кто собирался сегодня выйти на поле чести, и задержал взгляд на мне. После чего с заметным западным акцентом спросил:
– Системщик?
– Да, – подтвердил я.
– И магия есть?
– Да.
– Из какого рода?
– Хортов.
– Понятно… – протянул он и слегка, словно осуждает кого-то, покачал головой, а затем приступил к организационным мероприятиям.
В общем-то, справились быстро. Каждый получил бланк с условиями поединка, вписал в него свою фамилию и поставил под документом подпись. Обида, которую я нанес боярам, затрагивала честь и репутацию. Следовательно, относилась к тяжким. И в этом случае допускался поединок до смерти. Хотя победитель имел право пощадить своего поверженного противника и ограничиться пролитием крови или увечьем. Все это знали. Поэтому споров и уточнений не было.
Я был уверен в своей победе. Иначе не стал бы себя так нагло вести и провоцировать имперских дворян. А вот на что рассчитывали мои противники? Во-первых, все они старше меня. Во-вторых, тоже прошли суровую подготовку и даже без модернизации Системой бояре неплохие вояки. В-третьих, у каждого есть хотя бы один защитный оберег, который не хуже моих колец, и поэтому они уверены, что легко отразят первый магический удар, и второй я нанести уже не успею. А в-четвертых, раз они ошивались в элитном ресторане, бояре не из бедных семей и, наверняка, прошли курс укрепления и усиления организма при помощи трав и минералов, которые добывались в Отстойнике и позже перерабатывались земными фармацевтами в пилюли, настойки и мази. Те же самые корешки, которые я добыл в Оплоте, как выяснилось, редкие ингредиенты для самосовершенствования. Для меня и других системщиков, кто перескочил двадцать уровней, они практически бесполезны, а вот простакам, которые не могут пройти через портал, в самый раз.
Пора выходить на поле чести. Шершин откуда-то добыл отличный узкий клинок черного цвета, не исключено, что это добыча системщиков, а я от холодного оружия отказался. Нам предложили примириться. Но, конечно же, мы отказались. После чего оба двинулись в сторону площадки, и тут у меня зазвонил телефон. Черт! Забыл его отключить. Посмотрел на экран и усмехнулся. Меня вызывал Максим Петрович. Наверняка, ему уже сообщили про поединки. Возможно, боярин Райкин лично звонил. Однако мне все равно. Я выключил телефон, под осуждающими взглядами людей, среди которых, наверняка, не было ни одного моего союзника, спрятал его во внутренний карман, на ходу скинул пиджак и вышел на поле.
Мы выдвинулись на площадку с противоположных сторон и Шершин, демонстрируя несгибаемую волю и решительность, выставив перед собой клинок, широкими шагами сразу же двинулся ко мне. Он хорошо шел. Можно сказать, что красиво. Ну а я, продолжая оставаться на месте, сформировал энергетический хлыст. Кто занимается магией, тот знает эту магическую формацию, которая не относится к разряду особо мощных. Вот только мощь магического хлыста во многом зависит от силы самого чародея и того энергетического объема, который он способен использовать. А с этим у меня, как раз полный порядок. Источник переполнен, и его мощь необходимо тратить.
– Умри! – воскликнул Дмитрий, когда расстояние между нами сократилось до семи метров и он, резко ускорившись, двигаясь гораздо быстрее обычного человека, что подтверждало мое мнение о его физическом усилении полезными травками из Отстойника, попытался меня атаковать.
Взмах энергетического хлыста и все закончилось. Моя плеть метнулась навстречу противнику, рассеяла силовое поле защитного артефакта и легко отсекла ему обе ноги в районе бедер. Срез получился ровный и обнажающий кости, плоть и все вены. Однако они сразу покрылись кровью, которая потоком хлынула из артерий и боярич из рода Шершиных, не успев даже вскрикнуть, сначала потерял сознание от болевого шока, а затем умер.
Рассеяв энергетический хлыст, я подошел к обрубку, каким стал Шершин и, расцепив быстро холодеющие пальцы боярича, вынул из его ладони меч, а затем сорвал с левой ладони родовой перстенек с гербом. Трофеи – святое. Особенно такие. Что взял, то мое.
После этого я посмотрел на невысокие трибуны, которые были наполовину заполнены людьми. Не менее сотни зрителей, а то и больше.
– Этот боярин сломался! – громко сказал я. – Давайте другого!
Положив трофеи на краю поля, я снова занял свою позицию. Слуги утащили Шершина, и ему на смену вышел Митрофанов. Крепкий парень, подтянутый и заметна военная выправка. А еще у него на левой руке, помимо родового перстня, имелось колечко с рунами. Приметная вещица. Такие только у выпускников высших военных учебных заведений. Значит, вероятнее всего, он офицер. Скорее всего, лейтенант, который получил свои погоны пару месяцев назад. Не знаю, что он за человек и про его род не в курсе. Но ему придется умереть.
У Митрофанова из оружия имелась рапира. Ничем не примечательный клинок из оружейной стойки рядом с полем. Так что забрать его не выйдет. Да и ладно. Не очень-то и хотелось.
Боярич сразу ускорился и начал сокращать дистанцию. Двигался он быстро. Молодец. Однако я все равно быстрее. И когда он, совершив обманное движение, словно делает длинный выпад слева, сам решил атаковать справа, я был готов и отступил в сторону.
Сталь рапиры рассекла воздух, а Митрофанов только начал поворачиваться в мою сторону, как я метнул в него магическую формацию «Серой иглы» и она, пробив незримую защиту боярича, вонзилась ему в грудь и распалась на тысячи мелких осколков.
Митрофанов рухнул на колени, а потом упал лицом вниз и завопил от дикой боли, потому что осколки
