Имперский вор. Том 7 - Дмитрий Ра
— Я бы погнал, — парировал Львов. — Ты пойдёшь?
— Да иди ты…
Но Львов был прав. Помирать вот так, с ничего, потому что по врачам не ходил… Обидно. А Львов — князь, глава Тайной канцелярии, поднялся выше их всех. И сделал бы всё — для любого из них.
Сашка Хатуров вот высоко подниматься не хотел. Он хотел воевать. Но тяжёлое ранение десятилетней давности вывело его из строя, и никакие врачи с этим ничего поделать не смогли. Потому граф Хатуров муштровал курсантов в родном Императорском училище и хоть этим был доволен.
Каменского карьера вообще не волновала. Его волновала террористическая организация «Братство свободных». Да так всерьёз, что он по уши погряз в своих расследовательских играх. Дело, понятно, хорошее, важное, но пару лет назад Стас отказался и от помощи друзей, и от работы с Тайной канцелярией. Всё сам. Видимо, откопал что-то действительно важное и опасное., потому и не хотел их втягивать. А отследить, какими скелетами он свой шкаф набивает, не мог даже Матвей.
Потому что Стас впервые воспользовался своим правом приказать ему. И Матвей Соболев, маг-защитник рода, связанный нерушимым кровным договором, был вынужден подчиниться — и зависнуть в поместье Каменских в качестве неотлучного камердинера Стасова сына.
Вот тогда Матвей впервые и пожалел о своём решении заключить с ним договор. Хотя решение это не просто принял сам, но ещё и буквально навязал Каменскому. Сказал ему, что это не столько ради него самого, сколько ради Никиты. Всё равно у самого Матвея ни семьи, ни дома… так что вот.
А ещё Стас перестал таскать с собой в разлом Кирилла Городнова. Как выяснилось, Кириллу это не помогло.
Инфаркт. Глупая какая-то смерть. Спастись тогда от монстров, не имея ни единого шанса, чтобы помереть через пятнадцать лет от сердечного приступа. Эх, Кирюха…
Начали заколачивать гроб, и Стас Каменский выругался сквозь зубы.
Хуже этого звука мало что на свете есть.
— Вот и осталось нас четверо… — почти шёпотом сказал Львов. И шагнул к разверстой могиле — бросить по обычаю горсть земли на крышку гроба.
Глядя в спину двинувшемуся следом Стасу, Матвей впервые подумал, что может, лучше было бы им тогда впятером и погибнуть… Тупая мысль, но вот пришла же в голову.
Они бы и погибли, если бы не Стас.
…Сдружились все пятеро ещё на первом курсе Императорского. Служить положенные два года после училища выпало тоже вместе. Ну, это не удивило — сработавшиеся команды обычно не разделяли.
На втором году службы та история случилась. Семёновский полк бросили тогда в зону открывшейся аномалии — в Алтайские горы, на границе с монголами. Разломы там открывались один за одним — в радиусе сотни километров.
Семёновцы ходили из места своего расположения в дозоры — таким методом иногда удавалось поймать разлом в самом начале открытия и быстро вызвать своих.
Понятно, что эти пятеро ходили вместе, да и команда у них была удачная.
Два огневика — Матвей и Александр Хатуров — начинали закрывать разлом, сильный портальщик Кирилл Городнов мог при нужде перетащить всю пятёрку в другое место.
Николай Львов и Стас Каменский обладали почти бесполезными для битвы с монстрами аспектами — ментал и иллюзии. Это отлично для боя с людьми, а тут… Зато они оба были великолепными стрелками. А когда на тебя прёт орда чудовищ — ещё вопрос, что лучше: магия, которая далеко не бесконечна, или хороший автомат, который можно быстро перезарядить.
Но в тот раз жизни им спас именно Каменский.
Разлом открылся буквально перед ними, и так быстро, что бежать смысла уже не было — только драться. Кирилл не успел бы создать портал. И большой был разлом. И перед носом! Фатально не повезло.
Матвей тогда только и успел, что выпустить огненную стрелу и сбить первого из прущих на них двуглавых скрофов. А автоматную очередь рядом почему-то услышал только одну.
Кирилл хочет порталиться? Нереал! Нет у него времени. Лучше б стрелял…
Как выяснилось чуть позже, стрелял как раз Кирилл.
Но в тот же миг перед ними обрушилась…
…почти отвесная скала.
Матвей даже не сразу понял, что это именно скала — причём высоченная. А потом до него дошло.
Иллюзия. Каменский сработал, прикрыл их — чтобы монстры тормознули и свернули в сторону. Но иллюзия эта была настолько убедительна, что, не будь здесь Каменского, Матвей поверил бы в какой горный обвал.
Вот только…
— Ты сдурел! — рявкнул он Стасу. — Выгоришь!
Кто б его слушал.
Белый как снег, Стас держал свою иллюзию. А Львов с Хатуровым уже висели у него на руках.
— Отвалите! — рявкнул Стас. — Всё равно подыхать!
Кирилл, бросив автомат, строил портал. И будь его дар чуть слабее — сдох бы Стас Каменский прямо там, у своей иллюзорной скалы.
А будь слабее дар самого Каменского — сдохли бы все впятером.
Лечился Стас тогда долго, но каналы восстановились, источник не пострадал.
А через пять лет, когда у Стаса уже был сын, Матвей и пристал к нему с договором. Львов, узнав об этом, пожал плечами:
— На свободе ты бы ему больше пригодился, не думаешь?
Но разницы не было, а душа спокойна. Рисковый он слишком, князь Каменский, лучше быть рядом. А правом приказывать Матвею он воспользовался всего один раз…
…На могильный холмик возложили венки.
— Пошли, — глухо сказал Стас, обнимая за плечи сына. Никита был с ним уже почти одного роста. И характер такой же.
Вот и сейчас мальчишка вырвался, быстро зашагал вперёд. И Матвей привычно прибавил шагу, догоняя его.
Зря Стас потащил Никиту на кладбище. Вполне бы без него обошлось…
— Матвей… — вдруг сказал мелкий Каменский, не оборачиваясь — А люди навсегда умирают?
— Я точно не знаю, Никит, — ответил Матвей. — Наверное, кто как.
— И что, вы все тоже умрёте?
Пацан повёл рукой, указывая на уходящих от могилы людей.
— Ну нет, хватит, — твёрдо сказал Матвей. — Мы все умрём ещё нескоро. Тем более что князь Львов теперь всех по врачам затаскает…
…Станислав Каменский погиб почти полтора года спустя. И да, будучи совершенно здоровым.
Правда, хоронить его друзьям не довелось.
***
Наконец-то я раскручиваю Матвея на историю о том, как мой отец их всех спас. И вот теперь отлично его понимаю. Долг жизни,
