Джеймс Камбиас - Темное море

Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 66

Бандитов трое, и Широкохвост надеется, что, когда нагонит остальных, им втроем, возможно, удастся отбиться. Он что есть силы плывет к тягачу, продолжая прислушиваться.

Трое разбойников приближаются спереди. Остроголов молчит. Коротконожка пытается развернуть тягача, и они производят ужасный шум. Широкохвост проплывает над ними и ждет разбойников. Вода пахнет кровью, и он понимает, что Остроголов, скорее всего, уже мертв.

Один из напавших, очень крупный, отделяется от соратников и движется на Широкохвоста. Тот пятится к тягачу, но животное в ужасе и бьется так, что к нему не приблизиться. Это может удержать на расстоянии и разбойников. Если Широкохвост справится со здоровяком, вероятно, его приятели не полезут в драку.

Но крупной самке пугаться нечего, она кидается вперед со скоростью разящего копья и, прижав клешни к телу, идет на таран. Широкохвост разворачивается, подставляя прочные спинные пластины. Ощущение такое, будто панцирь треснул, но времени проверять нет. Теперь ее клешни выставлены вперед и метят ему в брюшко. Широкохвост хватает врага за одну из клешней и разворачивается вперед. Затем пытается оглушить нападающую резким сигналом и вырывается на свободу.

Однако разбойница не намерена отступать и пытается ухватить его сбоку. Не способна ли она и впрямь расколоть панцирь? Он вспоминает истории о чем-то подобном, а самка достаточно велика. Изогнув корпус, Широкохвост вновь умудряется освободиться. Прислушивается…

Тягач больше не бьется и медленно плывет прочь. Два разбойника расправляются с Коротконожкой: один удерживает ее за клешни, второй добивает копьем.

Большая самка атакует снова, теперь целясь под край его головного щитка. Широкохвост откидывает голову, закрывая промежуток между пластинами, и ударяет хвостом. Увернувшись, он ныряет ко дну и что есть сил плывет в сторону, противоположную той, куда удрал тягач. Он надеется, что разбойники предпочтут погоню за животным, нагруженным припасами и снаряжением, и не станут преследовать одинокого книжника.

Но самка не отстает. Широкохвост кружит возле груды камней, мимоходом отмечая, что они похожи на постройку: может, школу или хижину охотника на отшибе. Он обхватывает ногами камень и замирает, надеясь слиться с пейзажем. Однако преследовательницу не провести: она кидается вниз, хищно расставив клешни.

Не дожидаясь ее приближения, Широкохвост бросается прочь. Куда угодно – только бы подальше! Убийца плывет следом, и Широкохвост всерьез опасается, что победа будет за ней. Но потом издалека доносятся сигналы ее соратников. Она замедляет ход, раздумывает и наконец разворачивается в сторону тягача.

Широкохвост не останавливается, надеясь уйти как можно дальше. Он боится, что, поймав тягача, шайка вернется за ним. Он плывет, плывет и плывет – а вокруг лишь холодная тишина.

Первые дни двойная жизнь доставляла Робу огромное удовольствие. В рабочие смены он был неприметным и вежливым видеотехником крупной исследовательской станции, а по ночам крался в темных закоулках «Хитоде», как полуночный мститель, защитник угнетенных и гроза инопланетных захватчиков.

Каждый из их четверки обязался устраивать шоленам, по меньшей мере, одну каверзу в день, а Дики привлек в компанию Анджело Понти. Скоро стало ясно, что кое-кто из заговорщиков лучше придумывает хорошие шутки, чем воплощает их в жизнь. Так, Симеон фонтанировал идеями, но, отговариваясь чрезмерной занятостью, ни одну из них не довел до конца.

Из тех четверых, кто действительно что-то делал, каждый имел собственный стиль. Роб предпочитал высокотехнологичные трюки: краска в сумке Тижос была делом его рук, а в другой раз он отключил освещение в каюте шоленов. Идеи Осипа отличались грубоватой простотой и, как правило, предполагали использование физиологических жидкостей. Анджело, по мнению Роба, больше всех рисковал: именно он утащил подушки из комнаты пришельцев и прошел полстанции, держа их в руках.

Но откровенно беспокоил Дики Грейвз. Идеи он выдавал исключительно жесткие, и кое-что явно уходило корнями в старый добрый список «Смерть Анри!». Клей на стульях был самым безобидным из его предложений, и то Роб настоял, чтобы в ход пошло разбавленное, а не чистое вещество, иначе на сиденьях остались бы клочки не только шерсти, но и шкуры. Следующая выходка Дики была под стать первой: он раздобыл трипсин, использовавшийся для расщепления белков, и «ненароком» опрокинул всю бутылку на скафандр Тижос. Адаптирующаяся поверхность костюма и механизм самовосстановления сделали все, что могли, но ущерб оказался слишком велик. Все, кроме шлема и рюкзака, превратилось в липкую грязь.

Где-то через полчаса после того, как Тижос обнаружила урон, доктор Сен разместил в станционной сети общее объявление.

«Адресат: Все

Отправитель: Директор станции

Тема: Несчастные случаи

Как мне стало известно, за последние два дня имело место необычайное количество досадных нарушений безопасности станции. Некоторые из них затронули шоленских гостей, и было бы весьма неприятно, если бы кто-то пострадал либо покинул станцию с неблагоприятным впечатлением о нашем проекте. Я призываю персонал проявлять максимальную осторожность и стремиться не допускать повторения подобных инцидентов».

Ирона запросил беседу по закрытому каналу. Как догадывалась Тижос, Гишора предпочел бы отложить разговор на неопределенный срок, но после двух повторных вызовов с орбиты он все же попросил ее настроить соединение.

– Я прошу вас объяснить, что замыслили люди. Ты сказал, они не оказывают сопротивления, но при этом отказываются с нами сотрудничать.

– Ваши слова точно описывают ситуацию, – сказал Гишора.

– Эти утверждения противоречат друг другу.

– Вовсе нет. Скажи, Ирона, сколько у тебя потомков?

– Ни одного, – ответил Ирона с негодованием. – Моя община стремится к сокращению численности, и мы условились не размножаться.

– У меня есть один. Когда Гирос, мое дитя, не хочет делать то, что ей велят взрослые, она не нападает в ответ, а просто не слушается. Может просто не двигаться с места, распластавшись по полу, если мы пытаемся ее переместить. Люди выбрали похожую тактику.

– В таком случае нужно подкрепление. Распластавшийся человек вряд ли весит больше, чем могут поднять два шолена.

– Для этого людям не нужно ложиться на пол – они просто отказываются выполнять наши требования. Например, капсула подъемника остается внизу и закреплена возле станции. Доступа к ее управлению у нас нет – а значит, нет и возможности начать эвакуацию. Не вижу, чем тут поможет физическая сила.

– Создается впечатление, что люди держат вас в заложниках.

– Нет. Викрам Сен уведомил меня, что мы с Тижос можем покинуть станцию в любой момент. Я не думаю, что сейчас нам угрожает какая-либо опасность. Однако возможности доставить к нам подкрепление у тебя тоже нет.

– Скажи мне, сколько раз земляне на вас нападали? – спросил Ирона.

Тело Гишоры напряглось, и находившаяся с ним в одной комнате Тижос почуяла запах гнева. Но его голос оставался спокойным:

– Мне неизвестно о таких нападениях, Ирона. Что заставило тебя так думать?

– Вы запрашивали новое оборудование, так как материал был поврежден биологическими агентами. Для меня это свидетельство нападения. А если добавить заявленное нежелание покинуть станцию, поведение людей выглядит враждебным. Ради вашей же безопасности я предлагаю вам с Тижос вернуться немедленно и предоставить дальнейшие действия мне и Стражам.

– Нам не был причинен личный ущерб…

– Пока не был!

– …а директор станции выразил глубокое сожаление в связи со случившимся. Я уверен, что большинство землян не желает нам зла.

– А я в этом не уверен, – сказал Ирона. – Ответь, думал ли ты о возможном обмане с их стороны? Люди могут казаться миролюбивыми и в то же время обдумывать нападение.

– Разумеется, я об этом думал, Ирона! Прошу тебя, не оскорбляй мой интеллект. А рассматривал ли ты возможность того, что мы с Тижос понимаем поведение людей лучше, чем кто-либо из шоленов? Я не считаю, что мы в опасности. Тижос, согласна ли ты?

Тижос не знала, что ответить. Их связь с Гишорой окрепла, и она была предана ему больше, чем кому-либо – с тех пор как покинула родителей. Но… повреждение оборудования беспокоило ее, особенно выведенный из строя скафандр. Она могла погибнуть, случись что на станции до прибытия замены. Если инцидент и не был прямым нападением, то очень на него походил.

– Я… не считаю, что люди планируют причинить нам вред, – признала она. – Если бы они этого хотели, на станции достаточно возможностей нас убить и представить случившееся как несчастный случай, – она чуяла одобрение Гишоры, и оттого ей было еще труднее продолжить. Тижос сгорбила верхние плечи и договорила: – Но я не могу утверждать, что порча наших вещей и помещений не могла привести к несчастному случаю. И я не думаю, что директор станции способен помешать остальным землянам делать то, что они хотят. Полагаю, люди разделились на фракции, и, по крайней мере, одна из них желает конфликта.

Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 66