Страх и голод 6 - Константин Федотов
— Ничего страшного, все это уже можно назвать пережитком прошлого. Ну так что, вы видели их? Дайте хоть какую-нибудь зацепку, я отплачу. — едва ли не взмолился он.
— Видели. — ответил я ему, и тут же почувствовал, как Герда пнула меня по ноге.
— Ты что творишь? Такими вещами не шутят! Это перебор, даже для тебя! — прошептала она.
— Отвали, женщина, я знаю, что делаю! — отмахнулся я от нее.
Я спустился в салон машины и отправился к выходу, прихватив с собой пачку сигарет. Выйдя на улицу, я подошел к мужичку и, встав перед снегоходом, закурил.
— Будешь? — протянул я ему открытую пачку.
— Не откажусь. — ответил он и выудил сигарету из пачки, а после я протянул ему зажженную зажигалку, и он прикурил. — Ты точно их видел? — с глазами, полными надежды спросил он.
— Точно, женщина одета в овечий тулуп, валенки, а дети в кроличьих шапках-ушанках.
— Да это они! — вскочил он на ноги. — Где ты их видел? — запричитал он, хватая меня за руку.
— Так, тише, дядь! Не кипишуй, сначала расскажи мне еще полезной информации, если таковая имеется. Как видишь, я не вру, а моя спутница сказала, что такими вещами вообще шутить нельзя. — спокойно ответил я, пожав плечами.
— Хорошо, сейчас поделюсь всем, что знаю. — закивал головой мужичок. — Самое важное это было, конечно, про зомби, но я это уже рассказал. А вот собаки, я думаю, вы поняли, что они бешеными стали из-за того, что едят замороженных зомби. Так вот, если она кого-то укусит, ну в смысле человека, то тот обратится в зомби.
— Вот же зараза! Так и знал! — перебил я его.
— Да уж, неприятное открытие, мы когда с ними впервые столкнулись, двух ребят потеряли. Но если она оцарапает когтями, но ничего не случится. Видимо, у них заразная только слюна. — пояснил он мне. — Так, и еще, по информации, раз вы направляетесь на запад, но обогните Омск по большой дуге, там очень большое поселение. Они вроде бы как мирные, к другим выжившим не лезут, но и к себе не подпускают. Но это было раньше, сейчас зима прошла, как знать, что там у них, все могло поменяться. И еще момент, на Урале очень много бандитских группировок развелось. Кошмарят людей по-страшному. Сам понимаешь, дорог мало, вот они и дежурят, ловят всех и вся. Но опять же эта информация актуальна была осенью, за зиму могло многое поменяться. Собственно, на этом все. — быстро отчитался он, словно на докладе у начальника.
— Спасибо. — кивнул я. — В общем, вон дом. — указал я ему пальцем на бывшее собачье логово. Там на кухне есть люк в подпол, внизу и сидит твоя благоверная. Не знаю, сколько она там пробыла, но в общем, мои соболезнования, замерзли они. — спокойным тоном ответил я и похлопал мужчину по плечу, от чего из его глаз тут же покатились слезы. — Ты это, крепись, держись, жизнь на этом не заканчивается. — добавил я и пошел к машине.
Ловить нам здесь было больше нечего, так что я спустил пулемет с крыши и сразу уселся за руль.
— Соленья и мерзлая картошка, говоришь? — ударив меня кулаком в плечо, злобно прошипела Герда.
— Ой, только не начинай! Ладно? — отмахнулся я от нее.
— А с чего вдруг ты начал врать?
— Я не врал, просто упустил кое-какие моменты. Вот оно тебе было нужно? Это мне все по барабану, а ты потом с кислой миной на лице минимум сутки ходить будешь. Я же вижу, как ты реагируешь на смерть детей.
— И часто ты так поступаешь? Точно, это ведь не первый раз, когда ты так делал? В дом меня не запустил, потом в машину перевернутую сам лазил, хотя мне было сподручнее. Ах ты засранец! — начала возникать она.
— Так, женщина! А ну отвали от меня! Я же как лучше хотел поступить. Сука, почему каждый раз, когда я стараюсь что-то сделать правильно, то это выходит мне боком?! — злобно прокричал я на всю машину.
— Да нет, ты молодец, я ценю, спасибо. — улыбнулась она и чмокнула меня в щеку.
— Всегда пожалуйста! — хохотнул я.
* * *
Спустя двое суток мы бодро продолжали свой путь. Последовав совету несчастного мужичка, мы обогнули Омск по большой дуге, сделав огромный крюк. Но лучше навернуть лишние триста километров, чем ввязываться в очередную передрягу.
Сейчас мы мчались на всех парах по большой заснеженной равнине. Солнце подходило к зениту, а время к обеду. Людей мы пока больше не встречали, и это несказанно радовало. Ведь встречи редко заканчиваются как прошлая. По статистике две из десяти — это мирный расход, три — это все уходят в стороны, чтобы даже взглядами не пересекаться, а в пяти случаях начинается бой, и победитель забирает все у проигравшей стороны.
Герда сейчас дремала в обнимку с Тузиком, лежа на разложенной кровати, а я, попивая горячий кофе из термокружки, вел Шамана вперед. И тут мой взгляд зацепился за небольшой столбик черного дыма, что поднимался в небо с левой стороны, а потом я увидел похожий и по правому борту. В голове быстро пробежались мысли, ведь подобное происходит, когда заводишь дизельный движок, и он со старта извергает массу черного дыма, и наш Шаман не исключение.
— Герда! — закричал я во всю глотку. — На девять и три часа! Осмотрись! Бегом!
Что-что, а вот дважды повторять ей никогда не нужно. Девушка мгновенно сорвалась с места, скинув Тузика в сторону, спустила лесенку с потолка, открыла люк и, схватив бинокль, по пояс высунулась из крыши. Спустя минуту она уже забежала ко мне в кабину с докладом.
— Давай жми газ в пол, нам наперерез идут две БМД-шки второго поколения. — настороженно сказала она.
— Это которые боевые машины десанта? — уточнил я.
— Все верно, у них башни с автоматической тридцатимиллиметровой пушкой и спарки пулеметов. Если захотят, они из нас решето сделают. Да и по скорости у нас преимущества особо нет.
— Хреново. — негодуя, ответил я. — А может, это добрые дяди десантники помогают всем
