Eminem. От изгоя до короля хип-хопа - Ник Хэйстед
Это был не последний раз, когда он сделает наивный сюрприз в ответ на такой гнев от Ким после оскорблений. Но присутствие Хейли на этом треке, ее детский лепет при разговоре с папой, когда ей еще не было и года, в самом деле делает песню мягче, оставляя ее центральной темой его любовь к ней, как он и планировал. Его страх быть «банальным» – о чем он не переживал, когда написал «Searchin’», и в проникновенной «The Hailie’s Song» с The Eminem Show – между тем шел рука об руку с жуткой тревогой. Под сказочную колеблющуюся мелодию арфы он успокаивает булькающие вопросы Хейли о том, почему мама спит в багажнике и пахнет так плохо, почему у нее «that little boo-boo on her throat» («эта маленькая бо-бо на шее»), «it’s just a little scratch – it don’t hurt» («это маленькая царапина – она не болит») и почему она не говорит со своим ребенком, а хочет «поплавать» в озере поздно ночью.
В его объяснениях есть печальная шутливость: «See, honey, there’s a place called heaven and there’s a place called hell / A place called prison and a place called jail / And Da-da’s probably on his way to all of ‘em except one» («Смотри, милая, есть место под названием рай и есть место под названием ад / Место под названием тюрьма и место под названием камера / И папочка, скорее всего, на пути во все эти места, кроме одного»).
Но здесь есть также тревожная эгоистичная уверенность в его отношении, которая еще будет всплывать на поверхность в его будущих конфликтах с Ким и Дебби, так как Слим заставил его внезапно решительно прийти в ярость спустя годы страданий под властью двух женщин. «Just me and you, baby, is all we need in this world» («Лишь ты и я, малышка, все, что нам нужно в этом мире»), – блаженно бормочет он, не давая своему ребенку выбор после того, как он обманом заставил ее помочь ему сбросить маму в озеро. В последующие годы он перетянет на свою сторону не только Хейли, но и своего сводного брата Натана, чтобы они жили с ним вместо матерей, вполне уверенный, что делает все к лучшему. Эта песня показывает рождение этой патологии, представляя его больше похожим на отнявшего малыша папу, чем на убийцу, перед тем, как достигнуть последних строк, которые заключают в себе все то, что он на самом деле хотел сказать: «If you even need anything, just ASK / Da-da will be right there … I love you, baby» («Если тебе что-то понадобится, просто ПОПРОСИ / Папочка будет рядом… я люблю тебя, малышка»).
Убийственный поворот в этой истории, который легко пропустить, остался незавершенным. Когда тело Ким, ногами привязанное к камням, погружается на дно озера, он просит Хейли: «just help Dad with two more things out the trunk» («просто помоги папе вытащить еще две штуки из багажника»). Это были новый парень Ким и его сын, как откроется в приквеле. Но в то время жертвами этого убийственного марафона могли быть кто угодно. Его мать? Ванилла Айс? Больной Слим Шейди не оставил улик.
«Just Don’t Give A Fuck», «If I Had» и «Just The Two Of Us» стали поразительным подъемом восьмитрекового The Slim Shady EP по сравнению с Infinite, когда он записал его за две недели зимой 1997-го. Но, как можно догадаться по мрачному настрою песен, это было не время креативных волнений, но подкрадывающихся отчаяния и страха. Слим Шейди и мини-альбом с его именем были частью последнего броска кубика, который прокатился сквозь конец 1997-го. Если бы Маршалл проиграл в этой игре, то обрек бы себя на жизнь в тупике.
«Моей дочери тогда был год, – рассказал он launch.com. – Я не мог позволить купить ей подгузники. У меня не было работы. Я менял одну за другой, но меня просто постоянно увольняли. Я три раза провалил девятый класс. У меня, по сути, не было будущего. Когда я записал The Slim Shady EP, я сказал продюсерам: “Йо, если это не сработает, мне скоро исполнится 23 [25, конечно], я это брошу, найду работу, сделаю что-нибудь”».
С этим чувством последнего шанса было связно и приглашение прочитать рэп в Лос-Анджелесе, мифическом доме его героев гангста-рэпа. Предложение пришло от Венди Дэй, которая однажды была белым вице-президентом компании по производству ликера, но в 1992-м уволилась и потратила 500 000 долларов своих денег на Rap Coalition, – организацию, созданную, чтобы бороться с часто эксплуатируемым статусом молодых рэперов в звукозаписывающей индустрии. Согласно одному репортажу, она познакомилась с Маршаллом, когда он и D12, в рамках его последнего отчаянного шага приехали в Майами на семинар по индустрии и подарили ей кассету с Infinite; другие говорят, что это было на съезде в Детройте. В любом случае, Infinite убедил ее позвонить Маршаллу и пригласить его на Рэп Олимпиаду, спонсируемую Rap Coalition, на крупный баттл, проводимый в центральном южном Лос-Анджелесе в этом октябре. Она оплатила его авиабилеты. Призом за первое место были 500 долларов и часы Rolex.
Необходимость победить для Маршалла возросла за неделю до соревнований. Он все еще был разлучен от Ким и Хейли. Его жизнь с другом и другими соседями по комнате в тесной квартире прекратилась, когда знакомый предложил более дешевую аренду, если он и его друг переедут в дом напротив. Но знакомый присвоил их деньги вместо того, чтобы передать их арендодателю. «Так, однажды мы пришли домой, и все наши шмотки были на чертовой лужайке перед домом, – написал Маршалл в “Angry Blonde”. – Мы так и не смогли поймать этого ублюдка. По сей день мы его не поймали. Это был реально ебанутый период моей жизни (неудивительно), и я чувствовал, будто упал на самое дно». Он написал песню с таким названием («Rock Bottom») в ту же неделю, работу даже лучше, чем «If I Had», которая тоже попала на The Slim Shady LP. Она начинается с посвящения к «all the happy people who have real nice lives / And who have no idea what it’s like to be broke as fuck» («всем счастливым людям, у которых реально хорошая жизнь / И которые понятия не
