Социальное дистанцирование. Национал-куколдизм как кровоизъявление - Олег Владимирович Кашин

ей. Даже как-то глупо говорить о ценности свободы, когда на другой чаше весов лежит победа. Ради победы – к черту свободу. Нация победителей – нация несвободных.

Победе нет альтернативы, то есть, наверное, она есть, но она не такова, чтобы всерьез ее рассматривать – кто готов оказаться побежденным? Победа – высшая ценность, от которой нельзя отказаться. Нация победителей – нация, лишенная выбора.

Пережитые трагедии накапливают опыт, который нужен для того, чтобы трагедии не повторялись. Нация победителей думает не о трагедиях, а о победе. Это естественно для нации победителей – желать повторения побед. Опыт здесь для того и служит, чтобы многократно его воспроизводить и повторять, не думая о плохом. Сопутствующие победе трагедии, таким образом, всегда будут сюрпризом для нации победителей – вероятно, это неизбежная судьба нации победителей, потому что разве бывают победители, у которых в кармане страховка от трагедий? Таких победителей не бывает, и поэтому у нации победителей всегда все повторяется. Нация победителей – нация шагающих по граблям.

Такое, между прочим, бывает не только у наций, но и людей – когда определение «победитель» становится самым исчерпывающим описанием человека. Говорят, такое бывает в спорте высоких достижений и еще у школьников; нация победителей – она как отличник, который лезет в петлю из-за случайной четверки. Нация победителей – это нация инфантильных.

Все, написанное здесь, можно было бы сформулировать гораздо мягче, чтобы никто не обиделся, но я, рассчитывая на то, что этот текст прочитает сколько-то людей, осознанно принадлежащих к нации победителей, нарочно заострил формулировки, чтобы такие читатели от абзаца к абзацу погружались в состояние обиды, потому что это ведь тоже важное отличительное свойство нации победителей – обидчивость. Нация победителей – нация обидчивых.

Наверное, стоит сказать, что если бы моей единственной целью было доказать, что нация победителей любит и умеет обижаться, я бы просто не писал этого текста. Нет, мне важнее, что я сам принадлежу к этой нации – к той, из которой на моих глазах за несколько лет воспитали образцовую нацию победителей. Я хочу сказать, что я не уверен, что это оптимальное самоощущение, которое нужно моей нации. Всеобщая невротизация, знаменитая и, к сожалению, доведенная до анекдота «атмосфера ненависти», превращение любого информационного повода в повод для серьезного нравственного выбора, неопределенность будущего и несуществование прошлого – издержки победительного самоощущения нации можно перечислять долго. В самих по себе издержках ничего ужасного нет – мы часто терпим издержки ради чего-нибудь важного, но это еще один маленький секрет нации победителей – ей никто (и она сама себе) никогда не объясняет, зачем все это нужно, ради чего. Если ради будущего – то ради какого, как оно выглядит? Если ради настоящего – то тоже, как говорится, в чем подвох? «Просто так», «чтобы было» – это тоже допустимый ответ, так, по крайней мере, бывает, но ведь и такого ответа никто не дает. Наверное, это еще одно свойство нации победителей – она не знает, чего она хочет.

На стороне зла

29 июня 2016

Есть сила, которая непрерывно на протяжении многих лет торжествует в России, одерживая одну победу за другой и завоевывая все больше пространства. Эта сила повсюду – и в чувстве юмора пресс-секретарей, и в скрежете танков на парадах, и в блеске погон прокуроров. Эта сила тараторит что-то победительное голосом корреспондента государственного телеканала, она светит мигалкой, сияет пластмассовым пингвином на московской улице. Эту силу можно было бы назвать властью или государством, а можно как-нибудь торжественно – например, злом, и это слово будет не менее адекватно описывать эту силу, потому что да, она давно навела внутри себя порядок, сделалась однородной и добра старается не делать в принципе. У нас такое говорят часто, но всегда иронически – «сторона зла», «перешел на сторону зла», ирония действительно полезна как оружие самозащиты; человек улыбается и говорит: «Я перешел на сторону зла», – и ты думаешь: какой милый, какой хороший, какая самоирония, при этом никакой иронии тут нет – он действительно на стороне зла, просто для него невыносима мысль, что об этом можно говорить всерьез. Собственно, культ самого странного юмора в некоторых государственных кругах («брексит-хуексит», «нагибаться в бане за мылом», «как поплавали» и т.п.) – он именно оттуда: люди улыбаются и машут, потому что если перестать улыбаться, то, наверное, придется взвыть – вообще всем, даже тому жизнерадостному из Следственного комитета.

Государственное информагентство подробно рассказывает об архитектурном облике новой штаб-квартиры НАТО. Ультрасовременный стиль, крыша неровная, если сверху, то похожа на молнию, а между прочим, молнии носили на петлицах нацисты из СС, и это не первый случай, когда такие вещи можно разглядеть в натовском дизайне, – где-то в Америке (фото прилагается) есть здание, имеющее в планировке форму свастики, а логотип НАТО – четырехконечная звезда – чем-то похож на тот крест, который был в войну у немцев на танках. Это настоящая новость в рубрике «В мире», это не пародия, но, можно предположить, человек, который писал ее, и редактор, который публиковал, оба понимают, что валяют дурака, но они будут валять дурака, потому что у них такая работа. Закончился рабочий день, идешь домой и стараешься не думать о крыше здания НАТО и о том кресте, который был у немцев.

Государственный корреспондент – рядовой этой большой армии, которая наступает, побеждает и идет дальше к новым свершениям. Мы видим ее в судах и на партийных съездах, она вещает по телевизору и сносит магазины возле метро, она одета в омоновский камуфляж и в чиновничий галстук, она поет песни и снимает кино – это действительно сила, это тысячи людей, десятки тысяч, сотни тысяч. Вместе они могут все, и они делают все, но самая загадочная их черта – они при этом выглядят кем угодно, но только не победителями. Это противоречит любой логике: вместо счастливых, уверенных в себе людей мы видим перепуганных и подавленных, согнутые спины и потухшие взгляды, и чем внушительнее их успехи, тем ниже опущены лица и тем более шаркающей кажется походка. Десять или пятнадцать лет назад, когда вершины еще не были завоеваны, они выглядели гораздо веселее, они производили впечатление довольных жизнью людей, и вот сейчас этого нет. Счастливый губернатор, уверенный в себе депутат, спокойный и довольный ведущий государственного телеканала – это несуществующие типы. Знаменитые сыновья генпрокурора, у которых и с деньгами все в порядке, и вообще по всем показателям все в