Элементы Мари Кюри. Цена опасного открытия - Дава Собел
В последующие дни Андре Дебьерн без лишней помпы стал преемником Мари на посту директора лаборатории Кюри, а Ирен взяла на себя его прежнюю роль – ту, которая изначально принадлежала Мари: руководство рабочим процессом.
Стандарт радия, который мадам Кюри создала в 1911 году, завершил свое служение миру ко времени ее смерти. Хотя эти события были никак не связаны между собой, причины и того и другого крылись в радиоактивности. В теле Мари многолетнее воздействие радиоактивности – и рентгеновских лучей – остановило производство красных кровяных телец. В запечатанной стеклянной трубке, содержавшей международный стандарт радия, в результате радиоактивного распада скапливались газы гелий и хлор, пока ученые не начали опасаться, что растущее давление газов может разрушить хрупкие стенки сосуда.
Книгу, которую Мари пыталась завершить перед смертью, озаглавленную просто и ясно – «Радиоактивность», – завершили Ирен с Фредериком и в 1935 году опубликовали в виде двухтомника. В том же году Ирен стала второй женщиной, удостоенной Нобелевской премии по химии.
Ирен помнила свой первый визит в Стокгольм, когда была подростком, призванным защищать свою одновременно и опозоренную, и почитаемую мать. На этот раз они с мужем вместе кланялись шведскому королю, принимая общую награду «за синтез новых радиоактивных элементов». На той же церемонии их бывший соперник Джеймс Чедвик получил премию по физике за открытие нейтрона.
Как супруги делили на двоих работу, которая привела к этому «звездному» признанию, так они разделили между собой и чтение Нобелевской лекции. Ирен выступила первой, объясняя физику того, что они сделали, после чего Фредерик рассказал о химической стороне процесса.
Вспоминая родителей и называя их имена, Ирен напомнила стокгольмской аудитории о «громадных последствиях для знаний о структуре материи», которые принесла радиоактивность. «Тем не менее – сказала она, – радиоактивность оставалась свойством, связанным только лишь с примерно тридцатью веществами, существующими в природной форме. Искусственное создание радиоэлементов открывает перед наукой о радиоактивности новое поле деятельности и таким образом обеспечивает развитие трудов Пьера и Марии Кюри».
Ирен Кюри и Фредерик Жолио
В настоящее время, указал Фредерик, «мы знаем, как синтезировать более пятидесяти новых радиоэлементов – это число уже больше числа природных радиоэлементов, найденных в земной коре. Было воистину великим источником удовлетворения для нашей покойной наставницы, Мари Кюри, стать свидетельницей этого разрастания списка радиоэлементов, прославленной зачинательницей которого она стала вместе с Пьером Кюри».
Ирен и Фредерик построили дом на участке в Со, в котором Мари мечтала прожить свою старость, занимаясь садоводством. Ирен спроектировала виллу с огромной открытой комнатой. Там их друзья, в основном коллеги-ученые, собирались по воскресеньям во второй половине дня, невольно подражая тем «салонам», которые устраивали у себя давным-давно родители Ирен.
В 1936 году она согласилась занять кабинетный пост заместителя министра по научным исследованиям. Она удостоилась редкой чести быть одной из всего трех женщин, избранных в только что образованное правительство Народного фронта – и это в те времена, когда у женщин во Франции еще не было избирательного права. Однако она согласилась пробыть на этом посту всего три летних месяца, поскольку полагала, что для того, чтобы «держать портфель», найдется немало других ученых, в то время как ее роль преподавателя и исследователя радиоактивности могли исполнить лишь очень немногие.
Пошатнувшееся здоровье вынудило Ирен провести первые месяцы Второй мировой войны в «Клэрвивре», туберкулезном санатории неподалеку от Периге. Вместе с ней поехал на ответственное хранение грамм радия, принадлежавший Мари. Элен и Пьер остались в Ларкуэсте на попечении их польской кузины Эльжбеты Шилер, в то время как Фредерик занимался опасной подпольной деятельностью в Сопротивлении, в том числе производством «коктейлей Молотова» и других самодельных взрывчатых боеприпасов в своей лаборатории в Коллеж де Франс. В 1944 году он сумел благополучно переправить семью в Швейцарию, а также помог освободить из-под домашнего ареста в Труа Поля Ланжевена. В конце войны Фредерик стал командором ордена Почетного легиона, был награжден Военным крестом и назначен директором Национального центра научных исследований. Выступая против применения ядерной энергии в войне, Ирен и Фредерик до конца жизни пропагандировали ее мирное использование.
В 1946 году Ирен стала директором лаборатории Кюри, когда Андре Дебьерн вышел на пенсию. Теперь уже ее стали называть la patronne, но она не стала ограничиваться территорией Института радия и выбрала Орсе в качестве места строительства крупного нового центра исследований в сфере ядерной физики.
В начале 1950-х годов, когда лаборатории в Орсе еще строились, Ирен неоднократно выставляла свою кандидатуру на выборы в Академию наук. Фредерик стал академиком в 1946 году, но, несмотря на достоинства Ирен как ученого и ее настойчивость, она так и не смогла побороть почти трехвековую косность этого учреждения с его традициями, препятствующими принятию женщин.
Строящийся новый Институт ядерной физики в Орсе, примерно в шестнадцати милях к юго-западу от Парижа, все еще напоминал неупорядоченную стройплощадку, когда в 1956 году Ирен умерла. Управление им, как и лабораторией Кюри, было привязано к посту профессора кафедры радиоактивности, который она занимала последние десять лет. Фредерик искал ей замену, но никого способного или готового на это не нашлось, за исключением самого Фредерика. Так же как скорбевшая мадам Кюри в 1906 году согласилась занять пост, освобожденный ее мужем, Фредерик стал преемником Ирен на ее должностях и в обязанностях. Он нашел в себе достаточно сил, чтобы завершить проект строительства перед смертью, настигшей его через два года.
* * *
Ева Кюри подошла к своему дочернему долгу – написанию биографии матери – с той же упорной, отчаянной решимостью, которая годами помогала ей терпеливо заниматься на фортепиано. Воспоминания о чтении «Сидо» Колетт вдохновили Еву создать такой портрет собственной матери, который растрогал бы людские сердца. «В жизни Марии Кюри, – этими словами начиналась ее книга, – так много прекрасных моментов, что есть соблазн рассказывать ее историю как легенду».
«Мадам Кюри», опубликованная в 1938 году на французском языке, а в 1939-м – на английском, создала Еве репутацию писательницы. Эта книга стала бестселлером, была удостоена Национальной книжной премии в Соединенных Штатах и легла в основу голливудского фильма, в котором в роли Мари снималась гламурная Грир Гарсон.
Ева, которая во время Первой мировой войны была слишком мала, чтобы последовать с матерью и сестрой на Западный фронт, покинула оккупированную нацистами Францию во время Второй мировой, чтобы вступить в Свободные французские силы в Англии под командованием генерала Шарля де Голля. Вишистское правительство лишило ее гражданства и конфисковало собственность, в том числе и летний дом Мари
