Пятикнижие чудес советских евреев - Анатолий Рохваргер

Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 145

А ещё семья Эренбурга удочерила чудом спасшуюся от немцев девочку Фаню (Фейгу Фишман), которая сейчас вместе со своими детьми и внуками живёт в Израиле.

Картина 5. Главный борец за мир

Илья Григорьевич сказал мне, что у него есть важная заслуга, за которую Сталин его уважал и в международных делах считался с его мнением больше, чем с мнением своих дипломатов. Это эпохальное изобретение борьбы за мир, как прикрытие российско-имперской агрессии и коммунистической идеологии всеобщей зависти и уравниловки. Между тем у евреев просьбы о мире входят в главные праздничные молитвы и каждодневные приветствия евреев друг другу (шалом). Известно, что из иудейской религии и Торы просьбы и пожелания мира перешли в христианскую Библию и мусульманский Коран. Эренбург внёс в лживую советскую пропаганду правильный и честный призыв к миру, которым пропитана идеология иудаизма.

Советская пропаганда в коварных традициях марксизма-ленинизма использовала этот призыв для идеологического разоружения иностранных противников советского милитаризма и советской экспансии. Однако неожиданно получилось, что все церкви и священники Советского Союза начали читать молитвы «за мир». А главный раввин Московской синагоги Левин выпустил «сидур», – важное религиозное послание верующим под названием «Шолом». Текст этого послания, возможно, висит до сих пор на стене московской синагоги на ул. Архипова. Следующие 40 лет все застолья в СССР включали тост за мир во всём мире или просто «за мирное небо». Это стало общенародным призывом только благодаря Эренбургу. Однако все чувствовали агрессивность и парадокс слов «борьба за мир», ассоци-ировавшихся с абсурдом «войны за мир».

Придумав «борьбу за мир», Эренбург создал безальтернативную идеологию и сделал её исключительной и главной собственностью советской пропаганды. Действительно, и движение коммунистического интернационала, и призывы к социалистическим революциям передового рабочего класса, на которых вначале строилась политика Советской России, к началу 50-х годов полностью потеряли свою привлекательность. Они стали нести только негативный посыл к противопоставлению и драке одной части общества со всеми другими, причём, как уже стало ясно, все коммунистические действия сопровождались жертвами и лишениями для всего населения.

А вот борьбе за мир никто из западного мира не мог ничего противопоставить. В то же время комитеты борьбы за мир легко финансировали советских шпионов, зарубежные компартии и сочувствующие СССР общества. Это был также дополнительный источник рабочих мест и средств для офицеров и сотрудников НКВД-КГБ. Очень многие ведущие деятели науки и культуры всего мира и СССР жертвовали на борьбу за мир свои средства. Проводились съезды, демонстрации, встречи, декларации и т. д. Исчерпавший себя коммунистический рабочий интернационал был заменён надклассовыми комитетами борьбы за мир. И во главе всего этого просоветского движения был беспартийный советский еврей Эренбург.

Сталин легко мог убрать и совершенно не уважал министра иностранных дел Вышинского или сменившего его зятя, Громыко, а также любого деятеля из своего окружения, включая, например, Молотова или Ворошилова. Только Эренбург, стоящий во главе движения за мир, был тогда для Сталина реально нужным и незаменимым. Поэтому к 1953 году Эренбург имел особый статус. Кроме того, как теперь сказали бы, слово «Эренбург» было международным брендом.

Картина 6. Конфуз злопыхателей

В 1957 году, т. е. уже после ХХ съезда, я как-то заметил, что роман «Буря», за который Эренбург получил в своё время Сталинскую премию, довольно схематичен. В отличие от ранних рассказов и повестей Эренбурга, которые мне понравились, я не смог одолеть более 50 страниц из этого 600-страничного романа. На что тётя Лида с присущей ей невозмутимостью заметила: «Эренбург сказал своей жене Любе, что этот роман был написан специально для одного читателя, Сталина, и именно так, как он представлял себе окружающий мир и художественную литературу социалистического реализма: роль рабочего класса, сомнения интеллигенции, борьба с фашистами, природа и погода Франции, и любовь между мужчинами и женщинами. Всё это было вместе и в правильной, с точки зрения Сталина, пропорции и интерпретации. Эренбург действительно был прекрасный журналист и профессиональный писатель, и он справился с задачей, которую сам же перед собой и поставил – получил Сталинскую премию.

Вообще же в то время композиторы, художники, писатели, архитекторы и поэты почти каждое своё творение посвящали Сталину и готовили для представления на Сталинскую премию. Некоторые получали её с первой подачи, другие с шестой. Эренбург со своей «Бурей» попал в самое яблочко. Проще говоря, роман «Буря» был удачным бизнесом, и Эренбург отдавал себе полный отчёт в своих действиях. В отношениях с советским царём и его большевистским режимом это было не цинизмом, а деловым расчётом.

В те годы почти все произведения секретарей и членов Президиума Союза Советских Писателей были не только средством их заработков, но и инструментом для воздействия на сознания и чувства советских читателей таким образом, чтобы они соответствовали античеловеческим шаблонам сталинизма. Как и требовал от них Царь, они были инженерами, калечившими души советских людей.

Своей журналистикой и «борьбой за мир» Эренбург завоевал расположение царя Сталина. Однако самостоятельность и авторитет Эренбурга вызывали зависть и злобу у его коллег-писателей. Поэтому они в духе и стиле своего времени собрались все вместе во главе с членами Правления и самыми на то время громко о себе заявившими придворными писателями с целью уничтожить Эренбурга.

Намечалось исключить Эренбурга из Союза Писателей за космополитизм. Тогда как раз шла борьба с «безродными космополитами». Все знали, что исключение из Союза Писателей будет иметь результатом либо голодную смерть, которая ранее чуть не состоялась у замечательного писателя-сатирика Зощенко, либо арест и лагерь вместе с уголовниками, как для нескольких тысяч советских писателей и поэтов или тех, кто только собирались стать таковыми.

История и русская литература уже счастливо позабыли фамилии нескольких выступивших на собрании советских писателей, а также выступление матёрого антисемита Шолохова, состоявших в руководстве этого, так называемого, творческого союза. Зал был набит писателями и поэтами, многие из которых тихо злорадствовали по поводу Эренбурга. При этом все громко аплодировали выступавшим товарищам. Через два часа после сурового осуждения «ответчика», слово «для оправдания и покаяния» было предоставлено Эренбургу.

Как рассказывала тётя Лида со слов жены Эренбурга, Эренбург вначале зачитал несколько писем читателей с положительными отзывами на его недавно опубликованный роман «Буря». В это время уже уставшие участники судилища переговаривались друг с другом и не обращали на него внимания, демонстрируя ему своё пренебрежение и осуждение. Однако потом Эренбург зачитал, как он им сказал, самый дорогой для него положительный отзыв – это была личная записка тов. Сталина, прочитавшего его последний роман «Буря». В зале

Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 145