опознать только по тапке, обнаруженной под ним. Зельду похоронили рядом с мужем в день св. Патрика.
Но история на этом не заканчивается. В 1975 году католическая архиепархия Вашингтона отменила ранее принятое решение, и останки Фицджеральдов были перенесены на кладбище церкви св. Марии. Надпись на их надгробном камне включает заключительные слова из «Великого Гэтсби»:
«И мы плывем, выгребая против течения, но нас безостановочно сносит в прошлое».
Те, кто сегодня приходит на могилу Фицджеральдов, возможно, вспомнят сказанное самими Скоттом и Зельдой о месте своего последнего упокоения, в те времена, когда любая мысль о смерти была лишь воображаемым представлением о будущем. В 1919 году девятнадцатилетняя Зельда, преисполненная любви к жизни и Скотту, пишет ему восторженное письмо:
«Почему могилы должны заставлять людей ощущать мирскую тщету? Я так много об этом слышала… но сама почему-то не могу отыскать ничего безнадежного в доказательстве того, что ты жил. Все эти сломанные колонны и сомкнутые длани, и голуби, и ангелы так романтичны – и, думаю, мне бы понравилось, если через сто лет молодые люди будут гадать, какими были мои глаза: карими или голубыми… Надеюсь, моя могила сохранит атмосферу того, что было много-много лет назад, и разве не забавно, что в ряду надгробий солдат-конфедератов лишь два или три навевают мысли о мертвых любовниках и мертвой любви…»
Скотту так понравилось это описание, что он почти дословно использовал его в своем первом романе «По эту сторону рая». Но позже он создал собственный нежный образ своей могилы и могилы Зельды. Посетив Зельду в конце сентября 1935 года в балтиморской больнице, Скотт пишет своему другу: «Было прекрасно часами сидеть, положив ее голову себе на плечо и даже сейчас чувствовать себя, как всегда, ближе к ней, чем к любому другому человеческому существу… И я был бы совсем не против, если бы через
несколько лет мы с Зельдой смогли бы прижаться друг к другу на старом здешнем кладбище. Это и вправду счастливая мысль и вовсе не меланхоличная».
Жизни Фицджеральдов оказались неоправданно коротки и трагичны, но трагичны в лучшем смысле этого слова – в том смысле, что человеческое сердце полно надежд, мечтаний, чаяний и нескончаемых устремлений, которые никогда не будут осуществлены, но среди нас встречаются выдающиеся души, продолжающие желать, стремиться и работать для достижения этих целей, несмотря на все препятствия и неудачи. А потому их трагедии хоть и вызывают сочувствие и ужас, также вселяют восхищение и мужество. Трагический взгляд на бытие в конечном счете становится жизнеутверждающим, побуждая нас любить жизнь и жаждать ее как вследствие, так и вопреки постоянным потерям.
Своей взаимной любовью, перенесенными ими страданиями, своей преданностью друг другу, своей дочерью и своими талантами, а также множеством романов, рассказов, эссе, картин и писем, созданных ими за короткую жизнь, Фрэнсис Скотт и Зельда Фицджеральды завещали нам и последующим поколениям богатейший кладезь премудрости, юмора, верности, мужества и милосердия.
Фрэнсис Скотт Фицджеральд
Могила Фицджеральдов, кладбище Святой Марии, Роквилл, Мэриленд
