Зверь - Горская Ника

Мы с ним дурачимся на идеально подстриженном газоне.

Вокруг буйство красок, к которому в своё время приложил руку довольно именитый ландшафтный дизайнер.

Яркие клумбы с розами и пионами, стройные ряды молодых туй, уходящие вдаль к лесу, который окружает нашу территорию.

Складывается впечатление, будто мы находимся в собственном маленьком раю.

Матвей, довольный, прижимает мяч к груди и бежит ко мне, издавая радостные вопли. Подхватываю его на руки, целую в пухлые щеки. Он пахнет солнцем, травой и детством – самым прекрасным ароматом в мире.

Буквально через пару секунд он усиленно пытается вырваться из моих объятий, чтобы продолжить игру с мячом.

Отпускаю его, малыш тут же отбегает и растопырив руки с диким восторгом смотрит на меня.

Снова бросаю мяч, и он, счастливый, бежит за ним. Я наблюдаю за сыном и думаю о том, что когда-нибудь ему придется узнать правду. И от этой мысли сердце сжимается от боли и страха.

-- Теперь ты мне бросай. – предлагаю я сменить тактику игры.

Матвей, радостно догнав мяч, разворачивается и довольно шустро, для своего возраста, бросает его в мою сторону.

Налету словить не получается и мячик улетает дальше.

Судя по тому, как хохочет сын, он оценил по достоинству мою нерасторопность.

Улыбаясь, разворачиваюсь, намереваясь бежать за укатившимся мячом, но на мгновение теряюсь, заметив на крыльце террасы наблюдающего за нами Айдара.

Что он здесь делает?

Как правило в это время он пропадает в офисе, утопая в бумагах и телефонных звонках.

Сердце пропускает удар, а затем начинает бешено колотиться.

Пытаюсь совладать с взбесившимся нутром и выдавить из себя непринужденную улыбку.

Успокоить разбушевавшиеся нервы никак не получается.

-- Папа! – радостно кричит Матвей, тоже замечая Айдара.

Наблюдаю за тем, как малыш сломя голову несётся к отцу и задерживаю дыхание.

Шакуров в принципе скуп на проявление эмоций, но иногда мне кажется, что в отношении собственного сына он самый настоящий сухарь.

Мысленно выдыхаю, замечая, как он подхватывает на руки подлетевшего к нему ребёнка и несколько раз подбрасывает его вверх. Лёгкая улыбка трогает его губы, делая лицо чуть мягче, человечнее что ли.

Матвей визжит от удовольствия, а у меня душа радуется, глядя на них.

В этот момент мы похожи на настоящую семью. Но я ни на секунду не обманываюсь, слишком хорошо зная, что это не так.

Подхожу к ним, стараясь держаться непринужденно.

-- Ты дома. – говорю, прилагая усилия, чтобы голос звучал как можно ровнее. – Неожиданно.

Айдар, не отрывая взгляда от сына, сдержанно отвечает.

-- Передай ребёнка няне и зайди ко мне в кабинет.

Удивлённо вскидываю брови.

Звучит как приказ, от которого невозможно отказаться.

-- Зачем?

Муж переводит на меня взгляд.

Какое-то время прицельно смотрит в глаза, затем опускает его.

Ведёт ниже.

Шея, ключицы, грудь, живот, бёдра.

Его взгляд обжигает кожу, оставляет на ней невидимые следы.

-- Только переоденься. – выдаёт недовольно и возвращает взгляд на сына.

И, о боже, я только сейчас вспоминаю во что одета.

Чувствую, как краска заливает лицо.

Хочется прикрыться, спрятаться, исчезнуть.

Шакуров не привык видеть меня в подобной одежде. Точнее наверное и не видел ни разу. Обычно при нём я одеваюсь более сдержано, но я ведь не думала, что он явится домой в такое время.

Учитывая, что сейчас самый разгар лета, тонкая майка и короткие шорты идеально подходящая одежда для игры с сыном на лужайке у дома.

Но… под его взглядом я почувствовала себя не просто раздетой, а ещё и будто выставленной на всеобщее обозрение.

Никак не прокомментировав слова мужа, забираю из его рук сына.

Матвей, ничего не подозревая, радостно лепечет что-то о мячике и о том, как папа высоко его подбрасывал. Прижимаю его к себе крепче, словно ища защиты в маленьком тельце.

-- Пойдём, малыш, – говорю, пряча свои эмоции. – Няня уже, наверное, заждалась нас.

Иду в дом, чувствуя, как прожигающий взгляд Айдара сверлит мою спину.

Передав сына Антонине Николаевне, закрываюсь в своей комнате.

Отчего-то ужасно злюсь.

Никуда идти я не собираюсь.

Как и переодеваться по приказу Шакурова.

Но уже спустя пятнадцать минут мне на телефон приходит от него сообщение.

А.Ш. «Если ты сейчас же не явишься, я поднимусь за тобой сам.»

Неверяще пялюсь на экран смартфона.

Перечитываю странное послание несколько раз.

Что за настойчивость?

Чего ему от меня надо?

Глава 4

Лера

Сажусь на край кровати и задумчиво пялюсь в стену напротив.

Что это всё может значить?

Я тут живу два года и за это время была в его кабинете раза три. Ну или чуть больше.

И то, потому что по необходимости брала из сейфа документы.

Я туда стараюсь не ходить. Там целиком и полностью территория Шакурова.

И сейчас он сам меня туда зовёт…

Сердце срывается в бешеный пляс от одной мысли, которая настойчиво лезет мне в голову.

Да нет же…

Это не может быть правдой.

Но память воспроизводит недавнее воспоминание…

Как он смотрел на меня.

Дыхание рвётся, стремительно учащаясь.

В его взгляде был… мужской интерес?

Мне ведь не показалось?

Он поэтому просил переодеться?

Ему не нравится, когда что-то, пусть даже такая мелочь как мой внешний вид, сбивает его с толку.

Начинаю ходить туда-сюда по комнате не в силах совладать с взметнувшимся до небес волнением.

Боже-боже-боже…

А если это шанс? Тот самый. Единственный.

В спешке подхожу к зеркалу и смотрю на себя.

Машинально поправляют от природы кудрявые волосы, придавая им естественный объём.

Белые майка и такого же цвета шорты, выгодно подчёркивают фигуру, при этом придавая коже более загорелый оттенок.

Крашу ресницы тушью, на губы – блеск.

Отхожу немного назад и снова оцениваю образ целиком.

Довольно неплохо.

Делаю глубокий вдох, оттягивая вниз шорты. Они реально слишком короткие.

Хотя…

Неуверенность в себе сменяется лёгким возбуждением, и даже азартом.

Подмигиваю себе.

Пора. Сейчас или никогда.

И, приподняв подбородок, твёрдой походкой выхожу из комнаты.

Спускаюсь на первый этаж и свернув по коридору, иду в сторону кабинета.

Не замедляюсь ни на секунду, боясь передумать и развернуться обратно.

Пальцы сами тянутся к ручке, я даже не успеваю морально подготовиться, как распахиваю дверь и сразу вхожу внутрь.

-- Что такого сроч… ного…

Я будто в невидимую стену врезаюсь.

Замираю на пороге, словно парализованная. Внутри всё рушится, переворачивается, разбивается вдребезги.

Потому что…

Айдар не один.

В кабинете, кроме него, ещё мужчина довольно солидного возраста. Высокий, представительный, с сединой на висках. А рядом с ним… молодая девушка. Броский макияж, короткое платье выглядят слишком вызывающе.

Она смотрит на меня с презрением, оценивая с головы до ног.

Внутри всё обрывается.

Стыд, волнение, предвкушение, глупая надежда… всё это мгновенно сменяется ледяным ужасом.

Я чувствую, как кровь отливает от лица и начинают мелко подрагивать колени.

Шумно сглотнув, медленно поворачиваю голову и смотрю на Айдара.

В его глазах – ярость, бешенство, дикое, необузданное пламя, которое обещает сжечь меня дотла при первой же возможности.

Стыд обжигает кожу, заставляя меня внутренне сжаться.

Хочется провалиться сквозь землю, исчезнуть, будто этого момента никогда не было.

Кажется, воздух вокруг сгущается, становится вязким и тяжелым.

Каждый мой следующий вдох как преодоление невидимого препятствия.

-- Геннадий Александрович, - в голосе моего мужа ничего кроме учтивости, - позвольте представить вам мою супругу Валерию.