В объятиях вендиго - Эдди Паттон

– Я не хочу знать о твоих разборках, – сказала я, качая головой, – это просто бред, я…

– Кэра, – Лестер вдруг посмотрел на меня с невыносимой печалью, – вы не сможете от этого спрятаться, а другие вендиго не сбегут из города, только если ты этого захочешь. Они привязаны к этому месту, это их родная земля, их дом. Чужаки здесь вы.

– И какого черта ты здесь делаешь? Тебя тут никогда не было.

– Лучше расскажи, зачем ты спрашивала у Риверс о проверке. Если ты меня подставишь, то я не смогу обещать, что тебя не найдут точно так же, как девчонку из команды, – вдруг сказал мужчина ровно, но с долей раздражения, – я устрою тебе веселую жизнь, если ты попробуешь поднять шум. Я понятно выразился?

– Ты мне угрожаешь? – шепнула я, пребывая в шоке от услышанного. – Я натравлю на тебя все отделение чертовой полиции!

– Что? Ты себя слышишь, девочка?

Мы уже заворачивали на мою улицу, когда Лестер остановил машину посреди дороги и повернулся ко мне всем телом. Я толкнулась плечом в дверь и выжидающе посмотрела на него.

– Я уже сказала, что не доверяю тебе.

– Я сверну шею тебе и твоим друзьям, если хоть один человек в городе узнает, что происходит на самом деле, – холодный голос произносил слова четко и с расстановкой, наполняя салон автомобиля напряжением, – и потом в ход пойдут Олбрайт и его собачки…

– Лестер, – я хотела, чтобы это прозвучало грозно, но у меня вышло только пискнуть, – ты зря это делаешь…

– Ты. Это ты зря пытаешься меня запугать. – Мужчина нахмурился и опустил взгляд, следом нажимая на кнопку под рукой.

Раздался тихий щелчок – разблокировались двери, но я все еще сидела, прижавшись к стеклу, как потерянный щенок. Норт молчал, но я видела, что он на взводе. Я вывела его из себя.

– Я все сказал, Кэра, – бросил он, когда я все-таки открыла дверь, – и я до последнего хотел по-хорошему. Подумай над этим.

Выпрыгнув из салона, я со всех ног помчалась домой, забыв про ноющую кисть и холодок, бегущий по спине.

Боже, если все это происходит на самом деле…

То что мы вообще можем сделать?

Глава 20. Помутнение

song: nickelback – just to get high

От прикосновения вендиго невозможно пошевелиться: не работают руки и ноги, едва сохраняется рассудок, а дыхание замедляется так, словно забываешь, как дышать. Можно лишь беспомощно переводить взгляд. Мозг не посылает команды, поэтому это больше похоже на сонный паралич – ты в сознании, но пошевелиться не можешь.

Это я ощутила на себе, когда Лестер Норт решил раскрыть себя и показать, во что может превратиться. Если я правильно понимала, то его сущность сдерживает серебро – только сняв эту его блестящую цепочку, он смог трансформировать человеческую руку в лапу вендиго, которая держала меня так отвратительно крепко.

Мысль о серебре пришла в голову не просто так: я нашла какой-то доисторический сайт о местном фольклоре, правда, информации там было не так много.

Серебро может убить вендиго, если вонзить его сердце, но та вещь, что висела на шее у Норта, вероятно, просто подавляла вендиго в нем.

Я размышляла так смело и открыто, потому что одно дело – верить в чужие байки, и совсем другое – лично увидеть, как обледенел салон автомобиля, а чужая рука, которую ты только что видела совершенно обычной, начала мутировать во что-то звериное.

В комнате было тихо и спокойно. Я закрыла окно, выключила ноутбук и ждала, пока мама принесет мне очередной бинт. Почему-то рана все не переставала донимать меня даже после полного обеззараживания.

Мама пришла быстро, но времени ее отсутствия мне хватило, чтобы снова загнаться и начать размышлять в пессимистичном ключе.

– Ну ладно тебе, – вздохнула она, садясь на кровать, – подумаешь, о забор поранилась…

– Я просто задумалась. – Я откинула голову к стене и смотрела, как мама бережно снимает с меня старый бинт. – Столько всего произошло за последние пару недель…

– Да, год начался сумбурно, – согласилась мама и начала, промыв рану, завязывать новый бинт, – но ничего, переживем.

Стоило ей сказать последнюю фразу, как я подавила легкую улыбку. Почему-то теперь я перестала паниковать, с удивлением обнаружив, что меня настигло спокойствие. Я знаю, кого бояться, но тот ли это человек?

– Да, куда деваться… – ответила я, – но мне все еще плохо, не пойду завтра на пары.

– Да, останься дома, – махнула рукой мама, – побудешь одна, мальчишек отвезу в школу, а сама по делам в город.

– Что-то случилось?

– Документы забрать, пройтись с Синтией по магазинам… Как всегда, в общем.

Я медленно кивнула, радуясь, что завтра смогу побыть наедине с собой: это удавалось так редко, что было сродни чуду. Дождавшись, пока мама завяжет бинт, я подтянула к себе колени и посмотрела на нее.

– Ты вся размазанная… – вздохнув, женщина мягко провела большим пальцем под моим глазом, собирая ссыпавшуюся тушь, – не плакала?

– Нет, – я отрицательно качнула головой, – ветер.

– Надеюсь, если что-то случится, то ты расскажешь мне первой…

Она поднялась с места, пройдясь до двери, и на секунду остановилась.

– Пойду уложу мальчишек, выключишь ночник, если будешь сидеть допоздна?

– Да, обязательно.

Когда мама ушла, я опустилась на кровать и достала мобильный. Мне писала Лин, рассказывая о первой репетиции: к ним присоединилась еще одна группа ребят из нового потока, о которых Брук забыл упомянуть, – они будут играть массовку.

Было приятно, что подруга снова чем-то увлечена, что ее голова не так забита тревогами о происходящем, как моя. Теперь я и вовсе погрязла в мыслях о Лестере и о том, что мне делать дальше.

Он опасен – это даже не обсуждалось, и страх встречи с ним, новой встречи, растекался по жилам с невиданной скоростью. Внутри все клокотало, когда я думала о том, что он сказал: если я проговорюсь, мне крышка. А может, и моим друзьям.

Если вендиго было несколько, то я хотела бы узнать: кто… остальные? Или все-таки он один, но блефует, чтобы таким образом себя защитить?

Я смотрела на куртку с логотипом волейбольной команды, висящую на спинке моего стула, и думала о Шелли. О том, как бесчестно и жестоко с ней обошелся монстр: сначала прокусил шею, вырвав кусок плоти и оставив умирать, а когда выяснилось, что она выжила, – ее добили.

Может, она видела своего убийцу? Запомнила лицо или фигуру? Что, если Шелли действительно успела заметить что-то, что помогло бы раскрыть преступника?

Но Лестер…

Доверие к нему будет моей ошибкой, нежелание смотреть в его сторону – доказательством того, что я испугалась.

На самом деле я не собиралась поднимать шум из-за этой истории, не хотела говорить никому о Лестере и его секрете, пусть из-за многих совпадений на него и так обрушилась лавина подозрений.

Он сам подставил себя, когда решил завести разговор о вендиго в тот раз,