Деревня - Арно Штробель
Бастиан резко встал.
— Увели? Что значит — увели? Кто эти мужчины?
Его волнение, похоже, ничуть её не тронуло. Миа спокойно взяла свой бокал и сделала маленький глоток. У Бастиана на миг возникло почти нестерпимое желание схватить её за узкие плечи и встряхнуть.
Он провёл ладонью по волосам, потом с отчаянным жестом сложил руки.
— Да скажите же наконец. Неужели не видите, в каком я состоянии? Что здесь вообще происходит?
Миа подняла на него взгляд.
— Сядьте. Сейчас вы всё равно ничего не можете сделать. Поверьте.
— Почему я должен вам верить? Я вас не знаю. И всё, что со мной произошло в этом проклятом месте, говорит только об одном: здесь никому нельзя верить. Что значит — я ничего не могу сделать? Неужели в этой деревне ни у кого нет машины? Кто-нибудь мог бы отвезти меня во Фрундов. Или куда угодно, где есть связь. Я заплачу́.
Миа покачала головой; в её взгляде мелькнула жалость.
— Машины есть у немногих. Но никто из них никуда вас не повезёт.
Бастиан схватился за голову.
— Не может быть. Моего друга похитили. Это преступление. Кто-то же должен помочь мне связаться с полицией. О чём вы вообще говорите?
— Я пытаюсь вам помочь. Иначе вас бы здесь не было.
В нерешительности Бастиан снова опустился в кресло. Всё это уже выходило за пределы разумного. Ему хотелось верить этой женщине. Она была первым человеком в этом странном месте, кто производил хотя бы отдалённо нормальное впечатление.
И всё же не могло быть, чтобы во всей деревне никого не тревожило похищение человека.
Когда взгляд Бастиана упал на бокал, он вдруг почувствовал, как пересохло в горле. И только теперь осознал, до чего неприятен тяжёлый, насквозь промокший свитер, липнущий к телу.
Напиток напоминал портвейн. Он мягко, но ощутимо обжёг горло и разлил по телу тепло. Бастиан выпил его в несколько глотков и поставил бокал на стол.
— Вы не против, если я сниму свитер? Он совсем мокрый.
— Нет. Повесьте на спинку стула.
Пока он стягивал свитер, до него снова донеслось это неопределённое гудение.
— Вы тоже слышите? Этот звук — глухой, постоянный. Что это?
— Генератор. Вместе с телефоном пропало и электричество. Мы к такому привыкли. У большинства в подвале стоит запасной генератор. Иногда приходится жить на нём неделями.
Это Бастиана уже не удивило.
Сев обратно, он внимательно посмотрел на Мию.
— Мы приехали сюда, потому что мне позвонила моя бывшая девушка. Анна. Она была в смертельном ужасе. Сказала, что её здесь удерживают. И что, как ей кажется, собираются убить. Ей около двадцати пяти, у неё тёмные волосы, она очень красивая. Вы её нигде не видели? Она должна быть здесь. Я нашёл её сумочку в подвале одного дома неподалёку — рядом с кроватью, к которой были прикреплены наручники. А через полчаса мой друг исчез без следа. Если вы и правда хотите помочь, скажите наконец, что здесь происходит.
Миа сложила руки и опустила на них взгляд.
— Я не знаю всего.
И всё же Бастиан чувствовал: кое-что она знала.
— Я могу предложить вам только одно: остаться здесь на ночь. У меня есть гостевая комната. В ней кто-нибудь ночует раз в несколько лет. Если хотите, можете переночевать за двадцать евро. Если нет — уходите и сами решайте, где проведёте ночь.
Бастиану хотелось закричать. Что это за кошмар? Анна и Сафи исчезли, и почти наверняка их где-то рядом удерживали силой. А он сидел в тёплой комнате, с бокалом портвейна в руке, и не мог сделать ровным счётом ничего.
Но, как ни горько, Миа была права. На улице давно стояла кромешная тьма. Куда ему идти? Что делать сейчас? Разумнее было принять её предложение. Утром, при дневном свете, он отправится искать Анну и Сафи. А если ничего не выйдет, в крайнем случае доберётся пешком до Фрундова и вызовет полицию оттуда. Тогда уж в этой деревне ужасов наведут порядок.
— Хорошо, я останусь, — сказал он уже спокойнее. — Но тогда расскажите хотя бы то, что знаете. Вы сами сказали, что какие-то мужчины увели моего друга Сафи. Значит, вам что-то известно. Кто они?
— Это сказала Франциска. Всё, что я знаю: в последнее время здесь снова происходит что-то странное. Спустя столько лет… И ещё: местные не любят чужих.
— Что именно происходит? И почему — снова?
Миа опустила глаза и уставилась в одну точку на столешнице.
Бастиан подался вперёд. Теперь он говорил тише, сдержаннее:
— Миа, пожалуйста. Помогите мне. Речь о моей девушке и моём друге. Вы знаете хоть что-нибудь, что могло бы мне помочь?
— Они вернулись несколько недель назад, — произнесла она так тихо, что Бастиану пришлось напрячь слух.
Он не перебивал, боясь, что тогда она замолчит.
— Большинство из них когда-то жили здесь. Многие даже родились в этой деревне.
Она взяла бокал, отпила, поставила его обратно, глубоко вздохнула и снова устремила взгляд на стол.
— Лет двадцать пять назад в Киссахе начали твориться странные вещи. Молодые мужчины из деревни время от времени исчезали на несколько дней. А когда возвращались, почти всегда приводили с собой одного или двух чужаков — молодых мужчин или женщин.
— Эти люди никогда не выглядели счастливыми, если нам удавалось увидеть их хоть мельком. Они казались отрешёнными. Глаза у них были стеклянные, словно они были под наркотиками.
— Иногда по ночам они собирались в сарае. Там происходило что-то тайное. Что-то, о чём нам, остальным жителям деревни, знать не полагалось.
— Мой тогдашний парень однажды ночью подкрался туда, чтобы посмотреть, чем они занимаются. Увидел он немного: только то, что они стояли кругом и вели себя странно. Потом Штефан рассказывал, что все они что-то бормотали, но слов он не разобрал. И ему показалось, будто в центре, на столе, лежал обнажённый человек.
— Потом его заметили и избили едва не до смерти. А к груди кнопкой прикололи записку. В ней было сказано: тот, кто суётся не в своё дело, подвергает себя опасности. Через несколько дней Штефан бесследно исчез. Больше его никто не видел.
Она подняла голову и посмотрела на Бастиана.
— Мы всё поняли. Для вас это, наверное, звучит как трусость. Но после этого мы
