Безупречная репутация - Джо Джейкмен

День открытых дверей? Вы что, не слышали? Никто ничего не рассказал? Господи, да это же был полный провал. Ничего похожего и не припомню.

Глава 7

За неделю до крикетного матча

Кэти Лейн стояла у парадного входа школы «Аберфал». Подбородок приподнят, плечи расправлены. Территория выглядела великолепно, с погодой тоже полный порядок. День чудесный, все у нее внутри бурлило. В такие дни видишь школу глазами других людей. Как они поражены их театром, как изумлены их компьютерным классом, библиотекой и ценнейшей выставкой подписанных первых изданий. Школа «Аберфал» – лучшая из лучших, сегодняшний день это лишний раз подтвердит.

Сегодня здесь только самые способные ученики. Вежливые, красивые, такие без напоминаний знают, что их ботинки должны блестеть. Такие никогда не позволят себе грубить, хотя многие из них еще созревали и в присутствии родителей чувствовали себя неловко. Обрести уверенность в себе – в «Аберфале» на это требуется время.

Бенни Ярдли и Оливер Энтуистл, надев поверх школьных пиджаков яркие желтые куртки, распоряжались парковкой. Им явно было жарко, но они оставались одеты по форме. Было важно, чтобы люди, едва ступив на территорию школы, подпали под воздействие «Аберфала». Это был последний день открытых дверей перед летними каникулами. Последний шанс убедить родителей записать сюда своих детей на учебу с сентября. В школе был пятнадцатипроцентный недобор, и долго так продолжаться не могло. В этот день все могло измениться к лучшему – и все благодаря Кэти Лейн.

У парадной двери стояли лучшие представители «Аберфала», они встречали новые семьи – провести экскурсию по школе, которая поразит их воображение. Большинство гостей приедут из любопытства, но это не страшно, потому что внутри школы их есть чем удивить. Сами ученики – вот лучший продукт и лучшая реклама. Каждый из них был отобран индивидуально, это были аберфальцы до мозга костей. Кэти произносила эту фразу столько раз, что даже не задумывалась – а комплимент ли это?

Кэти хотела быть первой, кого увидят гости. Разумеется, Джерри Ньюхолл все еще директор, но сегодня все зависит от нее. Это ее шанс блеснуть и показать всем, что пост директора ей по плечу. При мысли о том, что она возглавит «Аберфал» и перекроит в нем все по своим лекалам, у Кэти потели ладони, а сердце билось быстрее. Нельзя сказать, что Джерри был плохим директором, нет, но он превращался в помеху. Вздорный. Слушает только себя. Забывчивый. Распутный.

Поначалу Кэти не стремилась возглавить мужскую школу, но потом ее назначили заместителем директора, и Джерри не стал скрывать, что в ее лице готовит себе замену. Иногда она представляла себе, как сидит за его громадным столом. Даже думала, как будет позировать для портрета. Но Джерри вдруг передумал и сказал, что она не та женщина, за которую он ее принимал. И все из-за глупой ошибки. Хотя технически можно ли назвать ошибкой то, что она была бы рада повторить?

Джерри не спешил объявлять о своем уходе – зачем привлекать акул на запах крови, пока школа ищет новых учеников? Наверное, считал, что его рука на штурвале – хорошая приманка. Кэти так не думала. Но это его решение ей на пользу – даже если Джерри не поддержит ее кандидатуру, других претендентов занять его место в такой короткий срок просто не найдется.

Для Джерри Ньюхолла школа «Аберфал» была своего рода клубом выпускников, и он старался стричь всех под одну гребенку. Травлю он считал важной частью учебы, опытом, необходимым для дальнейшей жизни. Он считал, что дисциплину дети могут взять в свои руки. «От этого еще никто не пострадал» и все такое прочее.

В последнее время он переступил черту, и она увидела в нем нечто, что не вписывалось в образ, который он преподносил окружающим. А тут еще эта проблема с таблетками. Он клялся, что этой проблемы у него нет, но они оба знали: он лжет. Вместе с Чарльзом Ярдли они прикрывали Джерри. А раз так, прикрывали учеников и школу. Но всему есть предел, и настало время подумать о своем будущем.

Кэти искренне пеклась о благе каждого из этих мальчиков и стремилась дать им лучшее образование и воспитание. Для некоторых из них школа была единственным надежным якорем, и, будь ее воля, она бы держала двери школы открытыми круглые сутки, чтобы обеспечить всем им надежную гавань.

Утро началось неспешно, но постепенно люди стали прибывать. Она наблюдала, как семья выходит из машины, и тут ее окликнул Хинч:

– Мисс Лейн!

Она приложила к губам палец – зачем так громко?

– Клянусь богом… – начал он.

– Мистер Хинчвуд, мы не на поле для регби. Пожалуйста, потише.

– Прошу вас, поговорите с мистером Ньюхоллом, а то, не ровен час, не сдержусь.

Кэти Лейн заставила себя улыбнуться и, стиснув зубы, спросила:

– Проблема?

– Он сказал Блейку, чтобы на нижнем поле никакого крикета – затопчем траву. Как он думает, что мы собираемся там делать? Ямы копать? Мы всегда показываем гостям наши спортивные достижения. Всегда. У меня двадцать ребят, готовых показать, чему они научились в «Аберфале», но при таком раскладе что увидят родители? Как вместо мяча я шлепну этого недоумка по голове?

Кэти Лейн кивнула, оценив тот факт, что Хинч употребил слово «недоумок», когда на языке вертелось нечто куда более сильное.

– Готовьтесь, мистер Хинчвуд, а я поговорю с мистером Ньюхоллом. Предоставьте его мне.

Натянув на лицо улыбку, она повернулась к гостям.

Хинч, тяжело вздохнув, тоже повернулся к ним.

Стиснув зубы, Кэти спросила Хинча:

– Чего вы ждете? Идите!

Он кивнул и зашагал прочь.

– Доброе утро, – обратилась Кэти к молодой паре, державшей руки на плечах круглолицего белокурого мальчика. – Добро пожаловать в школу для мальчиков «Аберфал». Я мисс Лейн. Так, кто у нас здесь?

Она наклонилась, чтобы получше рассмотреть ребенка.

– Это наш сын, Рувим.

Абсолютно херувимское имя для абсолютного херувимчика. Из опыта Кэти точно знала – от таких всегда жди беды.

– Приятно познакомиться, Рувим. Давай попросим кого-то из школьников показать тебе и твоим родителям, что у нас тут есть? Майлс наверняка знает, где шеф-повар хранит печенье.

Мальчик выглядел слишком юным, чтобы ступить под священные своды «Аберфала». Кэти предпочитала учеников, у которых просматривалась зрелость, естественное любопытство. Всякий раз, когда встречались юнцы возраста начальной школы, у нее возникал какой-то внутренний протест. Играть с детьми в бирюльки – это не по ней. И работать воспитательницей в детском саду она бы просто не смогла. Клеить блестки ей претило, для этого нужны особые качества, перед теми, у кого они есть, она готова снять шляпу. Учить маленьких детей? Упаси боже. При этой мысли рука Кэти