Изнанка реальности - Павел Ковезин
– Спасибо вам…
– Константин Петрович, – добавила за него Маша.
– Да не за что, ребята. И вы оставайтесь. Выспитесь, а завтра с утра спокойно доберётесь до деревни.
– Нам идти надо, – сказал я, надеясь, что Филин с дочерью меня в этой идее поддержат.
Но поддержал меня только Филин. Маша бросила в мою сторону такой взгляд, словно я здесь был лишним и не имел права голоса.
– Да… – начал было Филин, но старик его перебил.
– Куда идти-то, хлопцы? Темень кругом. Нарвётесь ещё на волков… или кого похуже, – после этих слов Константин Петрович рассмеялся каким-то нездоровым смехом.
– Кого похуже?
– Даром, что ли, в этих лесах люди пропадают. Не верю я ни в маньяков, ни в трагические смерти. Нечисть их забирает.
Старик сел за стол напротив Маши и закурил. Было ощущение, что сейчас он уйдёт в себя и начнёт рассказывать детские страшилки про Бабу-Ягу, Кощея Бессмертного и русалок, утаскивающих добрых молодцев на дно. Но он замолчал и уставился в одну точку, то и дело затягиваясь сигаретой.
– Уж с кем с кем, а с нечистью мы справимся, – из уст Филина вырвался истеричный смешок. – Да, Илюх?
– Да ладно тебе, пап, – сказала Маша, – давай останемся. Невежливо это как-то.
Выбора нам, похоже, не оставили.
На следующее утро мы покинули жилище старика. На рассвете лес был солнечным и тёплым, пробуждающим приятные воспоминания о беззаботном детстве, а совсем не тем страшным и жутким местом, каким он казался ночью. Константин Петрович не оказался ни психопатом, ни реинкарнацией Дракулы, и я выдохнул, что эта история заканчивается счастливо.
Я довёз Филина с Машей до города и забыл про это маленькое и нелепое приключение. Может, мир и полон нечисти, но гораздо больше в нём добрых и приятных людей, которые не хотят тебя сожрать или принести в жертву.
Этой же ночью я напился в баре, посмеиваясь про себя оттого, что наша паранойя зашла так далеко, что мы теперь в каждом встречном видим существо, а в каждом происшествии – мистический подтекст. Хватит в моей жизни мистики, хватит в ней зла.
Так я думал ровно до того момента, пока не раздался звонок от Филина. В трубке был странный шорох и отдалённый голос, а через несколько секунд Сергей шёпотом сказал фразу, которая вернула меня в ту, плохую сторону реальности, где нет места ничему доброму и светлому.
– Илюх… срочно приезжай. То, что мы встретили в лесу – не моя дочь.
Филин вёл себя с дочерью так, словно пригласил домой девушку после первого свидания – вёл себя неуверенно, стеснялся и был вовсе не хозяином положения. Он осознавал свою вину и понимал, что, если об этой маленькой пропаже узнает мать – ему конец.
Маша сидела за кухонным столом, отец дрожащими руками пытался приготовить чай.
– Мне жаль, что так вышло, – сказал он.
– Да ладно тебе, – пожав плечами, ответила Маша, – ничего же страшного не случилось.
– Не случилось, – повторил про себя Сергей.
Он поставил на стол две кружки, слегка расплескав чай. Маша заметила его волнение, но не подала виду.
– Зачем ты пошла в лес одна?
Снова этот равнодушный взгляд и быстрое пожатие плечами. Сергей понимал, что теряет дочь. Не знает, чем она живёт, не знает, куда собирается поступать после школы. Отец был для неё лишь бесплатным развлечением на выходные.
– А что мне ещё делать? – спросила Маша, отхлебнув из кружки. – Торчать в этой дыре?
– Надо было хотя бы предупредить.
– Я хотела побыть одна, – девушка опустила взгляд.
– Что-то случилось?
Повисла недолгая пауза, после которой Маша набрала в грудь воздуха и выдала на одном дыхании.
– Что случилось?! А ты как думаешь – что случилось? Может, мама бросила тебя из-за того, что ты оставил меня тогда одну? Потом вы развелись, я стала жить на два дома, а теперь узнала, что мой папочка – психопат, придумавший себе монстра ради красивой статьи! А я вынуждена ездить к нему каждые выходные!
Филин знал, что защитной реакцией Маши всегда было нападение и обвинение всех вокруг. Но никак не готов был сейчас услышать это от дочери. И всё, что он смог ответить:
– Он не придуман, Маш.
Но в ответ получил лишь усмешку.
– Конечно не придуман. «Амдерма – закрытый посёлок ужаса, построенный на спине чудовищного змея», – процитировала она статью. – Может, ещё и вампиры существуют?
– Боже… ты не понимаешь, о чём говоришь…
После этих слов Маша резко дёрнулась, чуть не опрокинув кружку. Она зажмурилась и тяжело вздохнула.
– Что с тобой? Тебе плохо?!
– Спасибо за заботу, – успокоившись, ответила она, – вот только проявлять её надо было раньше.
Девушка встала и вышла на крыльцо, захлопнув дверь. Филин остался на кухне, размышляя, стоит ли идти за ней, или лучше подождать, пока она успокоится. Он посмотрел на неё сквозь окно и отчётливо увидел то, чего не должно было там быть – у его дочери торчал чёрный хвост с кисточкой на конце.
Сорвавшись с места, Сергей открыл дверь и уставился на дочь. Никакого хвоста. Он зажмурился и протёр глаза. Показалось. Чёртова паранойя. Чёртовы существа. Он прочитал слишком много книг об этом. Пора было завязывать.
Но то, что Филин заметил в руке дочери потом – его тоже не обрадовало. Маша стояла, облокотившись о перила, и пальцем стряхивала пепел с сигареты.
– Что… ты куришь?!
– Угу, – ответила она, затягиваясь сигаретой, – но ты же не расскажешь маме, правда? А то я ей тоже много чего расскажу.
Сергею не оставили выбора. Прошло то время, когда он мог диктовать правила в семье. Теперь осталось только принимать всё как должное. Он встал рядом и тоже закурил.
Перед ними – тёмный и жуткий лес, из которого раздавался тихий шелест. Где-то вдалеке было слышно, как проезжает поезд. И Маша, и её отец не проронили больше ни слова. Молча смотрели вглубь леса и докуривали сигареты. Свидетелем этой сцены была лишь яркая луна.
Филин первым выбросил бычок и пошёл в дом. Уже закрывая дверь, он услышал, как Маша еле слышно сказала:
– Если тот монстр не придуман… лучше бы он тебя сожрал.
Сергей бросил взгляд на дочь – та даже не обернулась. Её освещал тусклый свет ламп. Как десять лет назад он потерял жену, так же понял, что его отношениям с дочерью пришёл конец. Развернуться и пойти спать ему мешало только чувство, что тут что-то не так. Так же он ощущал себя, когда они с Ильёй поняли, что в шахтах живёт монстр, то же самое увидел в Ане при первой встрече. Но что было не так сейчас перед его глазами – понять не мог.
– Спокойной ночи, – только и сказал он. – Надеюсь, больше в лес не убежишь.
***
Тогда, десять лет назад, Филин превратился в худшую версию себя. Скандалы с женой, раздел имущества, таскание по судам изматывали его и только напоминали, какой он плохой отец. Выход нашёлся в алкоголе, который заглушал душевную боль. Сергей пил, менял работу, пытался построить новые отношения, но ничего не приносило радости. А по выходным, когда к нему приезжала Маша, он перебарывал похмелье, прятал бутылки в шкаф и делал вид, что всё нормально. Убеждал дочь, что их разрыв с мамой – это ненадолго и скоро всё будет хорошо. Но с каждой встречей Маша всё меньше верила отцу, огонёк в её глазах потух, и она приняла эти встречи как данность, а не как счастливые выходные.
***
Вот и теперь в том самом шкафчике стояла ещё не начатая бутылка водки. Когда Маша ушла спать, Филин остался на кухне, и смотрел на алкоголь, как на старого друга, с которым ему наконец выпал шанс встретиться.
Он сдался. Выпил две рюмки прежде, чем сделал то, что пообещал себе больше не делать – взял в руки книгу со славянскими мифами.
Читая про
