Двойной террор - Ник Картер

Тут его ждал сюрприз. — Вы американец? — спросил дородный бармен. — Да. — Картер? — Он самый.

Здоровяк протянул ему грязный конверт. Внутри была машинописная записка. Ник прочитал её, уже подходя к выходу:

«Мой дорогой Николай! Ты сошел с ума или просто наивен? Эта Мохнер — нимфоманка и романтичная идиотка. Любой её отчет бесполезен. Считай это предупреждение: не путайся у меня под ногами. Что сделано, то сделано. С уважением, В.»

Картер усмехнулся и сунул записку в карман. На улице он бросил сигарету и раздавил её левой пяткой. Это был сигнал людям Хейнса: «За мной следят. Отмена операции, расходимся».

Он завел двигатель, доехал до тупика и развернулся. Когда до цели оставалось футов пятьдесят, из переулка наперерез выскочил старый грузовик. Удар пришелся в правое переднее крыло «Опеля». Машину подбросило на два колеса, Картер едва удержал её. Он проклял свою беспечность — записка усыпила его бдительность, заставив поверить, что Вандростов не принял вызов.

Киллмастер выскочил из машины. На него шли трое. Времени на «Вильгельмину» или стилет не было. Первый удар коленом в бок сбил Ника с ног, сапог в бедро заставил правую ногу онеметь. Картер перекатился, подсекая нападавшего, и мощным ударом ладони в нос заставил того взвыть от боли.

Второй противник замахнулся обрезком трубы. Ник нырнул под удар, перехватил предплечье и вырвал трубу. Резкий взмах — и сталь врезалась в лицо нападавшего, дробя зубы. Третий, тяжеловес, ударил Картера в живот. Ник, задыхаясь, ткнул пальцами в горло гиганта. Глаза того закатились, но тяжелая рука всё же опустилась на шею Картера. Мир поплыл.

Огромные ладони начали сжимать горло Ника. Картер собрал последние силы и нанес короткий удар кулаком в челюсть. Хватка ослабла. В этот момент двое первых оклемались, и один из них выхватил длинный нож.

«Довольно», — подумал Картер. Он выхватил «Вильгельмину» и выстрелил первому в лоб. Когда второй с ножом прыгнул на него, стрелять не пришлось. Из тени, как атакующая змея, вылетел Роб Хейнс. Одним молниеносным движением он обезоружил нападавшего, сломал ему ключицу и выбил плечо. Тот рухнул, вопя от агонии.

Хейнс повернулся к Картеру, всё еще сжимая окурок сигариллы в зубах. — Живой? — Буду жить, — Ник протянул ему записку Вандростова. Хейнс быстро прочитал её. — Значит, старый лис не купился. А что с этим беспорядком? — Это местные, — сплюнул Картер, поправляя одежду. — Наняты на вечер. Ничего не скажут. Но кто-то же должен был их нанять. Выясни кто. — А ты? — У меня встреча в двенадцать.

Хейнс оглядел пустынную улицу. — Наверняка где-то здесь сидит наблюдатель и ждет результата. Если ты выжил, они пойдут за тобой. — Скорее всего. Дай ключи от своей тачки. Хейнс бросил ему связку. — Уверен, что эскорт не нужен? Но Картер уже бежал к машине, заметно прихрамывая.

«Всё равно его получишь, упрямый ублюдок», — подумал Хейнс, давая знак своим людям следовать за Ником.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Киллмастер потратил всё время до полуночи на то, чтобы сбросить любой возможный «хвост» после драки. Он выехал из Лиссабона в сторону Синтры, описал широкую дугу, бросил машину и сменил четыре такси. Затем пересел на ночные автобусы и, наконец, вышел на окраине Алфамы. Теперь он был уверен: за ним никто не следит. Даже если бы слежка была, три человека не смогли бы удержаться за ним в лабиринте узких, едва освещенных и извилистых улочек древнего Лиссабона.

Ровно в полночь он вошел в полумрак «Ла-Пандейро». Это заведение было на порядок выше и дороже отеля «Пингвин». Женщины здесь были одеты приличнее и брали втрое больше, а клиентами были студенты или клерки, ищущие приключений на свою скромную зарплату.

Картер протиснулся к стойке и заказал пиво. Марии Кетис не было, а на часах было уже пять минут первого.

— Здравствуйте. Угостите даму выпивкой?

Она была высокой блондинкой и явно нервничала. Её дымчатые глаза под густо накрашенными ресницами избегали его взгляда, постоянно метаясь по сторонам.

— Извините, я не ищу компанию. Она подошла ближе: — Пожалуйста, купи мне выпить… Ник.

Картер сохранил бесстрастное лицо. — Кто ты? — Возьми выпивку и сядь за тот угловой столик… и улыбайся.

Она заказала коктейль, взяла бокал и пошла вперед. Картер последовал за ней, выдавив подобие улыбки. За столом она занервничала еще сильнее, постоянно оглядываясь через плечо Ника.

— Хорошо, выпивка у тебя есть. Ты — Картер. — Да. А ты кто? — Мое имя не важно. Я подруга Марии. — Какой Марии? — Кетис. Она напугана. Она попросила меня…

Картер перегнулся через стол и сжал её запястье мертвой хваткой. — Слушай, у меня и так сегодня был тяжелый вечер. Не зли меня.

Блондинка сдвинула сумочку, под которой лежал паспорт. — Ты делаешь мне больно. Я только выполняю просьбу Марии. Она побоялась идти на встречу сама.

Свободной рукой Картер открыл паспорт. Он уже видел его в досье — это был паспорт Марии Кетис.

— Ладно, допустим. Где она? — Недалеко, всего в паре кварталов. Она просила проводить тебя. Я не знаю, в чем там дело, но Мария сказала, что ты дашь мне денег. — Сколько? Она улыбнулась профессиональной улыбкой: — Сказала, что ты будешь щедр. — Хорошо, идем. Но предупреждаю: если это ловушка, у тебя будут проблемы.

Он намеренно отодвинул полу пиджака, давая ей разглядеть рукоять «Вильгельмины». Блондинка побледнела, но не вышла из роли. — Я тоже не хочу проблем. Просто помогаю подруге. — Тогда пошли. — Сначала деньги.

Картер вытащил пачку банкнот и отсчитал несколько купюр. — Достаточно? — Сеньор, денег никогда не бывает достаточно.

Он удвоил сумму, и деньги исчезли за корсажем её блузки. — Обними меня, когда будем выходить. Мы должны выглядеть как парочка, ищущая уединения. Мария предупреждала, что за тобой могут следить плохие люди.

На улице они продолжили игру. Женщина знала извилистые улочки Алфамы как свои пять пальцев. Они петляли, то ускоряясь, то замирая, чтобы прислушаться.

— Этот дом, вон там, — шепнула она, увлекая его в переулок. — Нет, сюда, через черный ход. Так велела Мария.

Они нырнули под жестяной навес. — Там горит свет. Заходи. Когда они убедятся, что хвоста нет, они спустятся. — Они? Картер уже достал «Вильгельмину» и навинчивал глушитель на ствол. — Мария и её человек.

С этими словами она исчезла в темноте. Картер подождал, пока стихнет стук её каблуков, и подошел к двери. Она была не заперта. Внутри, в конце длинного коридора, горела тусклая лампа. Из глубины дома доносилось тихое радио.

Ник осторожно вошел. В нос ударил странный запах, похожий на