Возмездие Байкала - Чингиз Акифович Абдуллаев

смертельный удар. И она его не вынесла. Мусагитов сорвался и ударил своего руководителя. В результате его разжаловали и выгнали из органов. Он так и не женился. За все эти годы. И сейчас он при смерти. Думаю, что ни вы, ни Ашфорд не можете до конца понять степень их семейной трагедии.

Она покачала головой:

— Вы полагаете, что я настолько бесчувственная?

— Это разные моральные установки. Простите, Джоан, вам сложно это понять и принять.

— Очевидно, вы правы, — кивнула она.

— Не обижайтесь, Джоан, просто поймите ситуацию. Я был счастлив с вами познакомиться. Все эти дни я только наслаждался общением с такой умной и красивой женщиной, как вы.

— До свидания. — Она поднялась, надевая свое пальто. — Мне тоже было интересно с вами общаться. Вы очень своеобразный человек.

— Как и вы, — кивнул он на прощание, поднимаясь следом за ней, — я был рад с вами познакомиться. Жаль, что наши встречи не переросли в нечто большое. Позвольте выразить вам еще раз свое восхищение.

Она остановилась, взглянула на него:

— Чем вы отличаетесь от Ашфорда? Такой же неугомонный сердцеед? «Ходок» — как говорят русские?

— Я никогда в жизни не позволял себе обманывать женщин таким образом, — возразил Дронго. — Скажу больше. В этом мире нет ни одной женщины, которая была бы обижена на меня. За всю свою жизнь я не обидел никого. Ни одной женщины. И я этим горжусь.

Джоан взглянула на него. Усмехнулась.

— Наше расследование, очевидно, закончено, — сказала она. — Кстати, я уточнила про Лилю Брик. Она действительно была поразительной женщиной. И сестрой Эльза Триоле.

— Да, — кивнул он.

Неожиданно Джоан сбросила пальто прямо на пол.

— В конце концов вы меня убедили. Может, и она была права. Вы действительно полагаете, что у нас такие разные моральные установки? Придется задержаться еще на полчаса, — она подошла к нему, — потом нас начнут искать.

— Это очень мало, — пробормотал он, глядя ей в глаза.

— Не увлекайтесь, — весело произнесла она. — Вы слишком самоуверены, господин эксперт.

— Да, — кивнул он, — это мой самый большой недостаток.

Поцелуй был долгим.