Королевы детектива - Мари Бенедикт
«Ага, отлично. – Мысленно ставлю против этого пункта галочку. – Есть!»
Окидываю взглядом зал, в котором располагается камера хранения. С одной стороны – стойка, где путешественники сдают чемоданы и большие коробки, получая затем от служащего квитанцию с номером. Подобная форма обслуживания традиционна для железнодорожных станций в Англии. Благодаря ей туристы могут осматривать достопримечательности или перекусывать перед посадкой на поезд, не занимая себя хлопотами о личных вещах.
Но в этой камере хранения имеются также еще и ряды узких деревянных шкафчиков. По-видимому, в них без всяких сложностей и за меньшую плату можно оставить на хранение небольшие предметы. Как я вижу, каждая ячейка оснащена собственным металлическим замком. Но как оформить на себя такой шкафчик и, самое главное, получить от него ключ?
Я внимательно разглядываю ряды шкафчиков и замечаю, что из нескольких ячеек чуть подальше торчат ключи. Устремляюсь к ним, и способ, каким осуществляется аренда, немедленно становится мне очевиден. Нужно всего лишь положить вещи в отделение, бросить в щель монету и повернуть ключ. На цепочке к нему крепится серебристого цвета бирка, на которой, как я обнаруживаю, выгравирован номер ячейки.
«Есть!»
Меня так и подмывает помчаться обратно к Найо, Марджери и Агате, однако необходимо придерживаться изначального темпа, и потому уборной я достигаю через те же сорок восемь секунд. Женщины по-прежнему ждут меня, так же как и полгода назад Селия дожидалась здесь свою подружку Мэй. Итак, прогулка и возвращение (каковое, по моей догадке, Мэй все-таки планировала) из места, куда она наведывалась – а вот в этом я уже нисколько не сомневаюсь, – укладываются в отведенное время.
«Есть!»
Три женщины немедленно окружают меня.
– И что, черт возьми, все это значит? – К моему удивлению, изводящий их всех вопрос озвучивает Агата.
– Я все объясню, только давайте вернемся к Эмме, чтобы потом не пришлось пересказывать ей заново.
На этот раз наше шествие возглавляет Кристи. Едва лишь мы достигаем скамейки, баронесса вскакивает:
– Что случилось? Почему у вас всех такой серьезный вид?
Найо и Марджери начинают наперебой что-то говорить, однако Агата осаживает их:
– Думаю, нам нужно выслушать Дороти.
– Ускользнув из-под носа Селии, Мэй намеревалась так же незаметно проникнуть обратно в уборную – после выполнения некой определенной задачи. В этом я убеждена. Избавившись в кабинке от маскировки, она бы затем как ни в чем не бывало вновь предстала перед подругой. Только что я повторила маршрут, которому девушка следовала для осуществления своего намерения и последующего возвращения в уборную. Судя по затраченному времени, фокус Мэй не вызвал бы у Селии подозрений – если бы на обратном пути ее кое-кто не перехватил. И говорю я об убийце.
Эмма вскидывает руку:
– Что значит «перехватил»?
– Дороти, прежде чем вы перейдете к этому, может, все-таки раскроете нам, какую задачу выполняла Мэй? – вмешивается Агата.
– Думаю, она кое-что спрятала в шкафчике камеры хранения.
Женщины чуть ли не в унисон ахают – не будь ситуация столь серьезной, их реакцию даже можно было бы назвать комичной. Наблюдать за лицами подруг, когда фрагмент головоломки встает на место и придает смысл бессмысленному, – одно удовольствие.
– Мэй опасалась, что это «кое-что» могут обнаружить. И ей не хотелось, чтобы Селия увидела, как она это прячет, – скорее размышляет вслух, нежели спрашивает Кристи. И мне становится ясно, что теперь ее видение общей картины совпадает с моим собственным. Однако остальным Королевам придется разъяснять все по порядку. – Полагаю, Мэй хотела защитить свою подругу. И себя.
– И что же она пыталась спрятать? – хмурится Марджери.
– Скоро мы это узнаем.
Глава 41
14 апреля 1931 года
Булонь-сюр-Мер, Франция
Мы штурмуем холм Старого города. И несмотря на то, что шаг наш в буквальном смысле полегчал – поскольку багаж оставлен в камере хранения, – мы все уже измученно пыхтим, когда нашим взорам наконец-то открывается рю де Лилль. Крутой подъем и неровное булыжное покрытие берут свою мзду. Эмме явно не помешало бы немного отдохнуть, но баронессе не повезло: для следующей стадии нашего расследования мне необходима именно ее помощь.
По достижении перекрестка пути наши разделяются. Агата, Найо и Марджери поворачивают направо к кафе, мы же с Эммой направляемся на площадь Готфрида Бульонского, где располагаются два здания городских властей: hôtel de ville (ратуша) – увенчанное старинной колокольней строение восемнадцатого века из красного кирпича, и palais de justice (дворец правосудия) – изящное белокаменное сооружение девятнадцатого века. Наша цель размещается как раз между ними – это le poste de police, отделение полиции.
В отличие от района рю де Лилль, туристов здесь нет. В эти правительственные здания целеустремленно входят и выходят из них лишь хмурого вида мужчины в федорах и котелках, а если попадаются дамы, то таковые равным образом серьезны и одеты одинаково строго: в костюмы с зауженной талией и весьма немногочисленными женственными деталями.
Мы тоже облачены сообразно обстоятельствам. Я надвинула клош на лоб, а волосы убрала под шляпку. На плечи поверх пальто накинула узорчатую шаль, завязав ее спереди узлом. А на носу у меня очки для чтения – те, что я редко надеваю перед посторонними. Эмма временно заменила свои легко запоминающиеся меха и жемчуг на бесформенное серое шерстяное пальто Агаты и старомодную черную мантилью, приобретенную в местном магазинчике. Найо, в Новой Зеландии много работавшая в театре, нанесла нам на щеки и глаза самую малость макияжа, а вместо обычной красной губной помады использовала коричневато-серую – по ее заверению, все это слегка изменило нашу внешность. Впрочем, никому из нас не нужно напоминать, что женщина средних лет и среднего достатка – самый неприметный человек на свете, так что мы полагаемся и на это обстоятельство тоже.
И хотя никому из Королев не верится, что кто-нибудь вспомнит меня или Эмму после нашего предыдущего визита в Булонь, однако тогда нас все-таки угораздило ввязаться в краткую перепалку с полицейским на Морском вокзале, так что меры предосторожности лишними не будут. Потому что сейчас мне предстоит выдавать себя за сестру Мэй, миссис Ллойд, а Эмме – изображать ее тетушку. Ну а потом нас должны забыть.
Баронесса берет меня под руку, вживаясь в роль тетки миссис Ллойд. Мы толкаем входную дверь полицейского участка и направляемся к стойке дежурного. И с облегчением переглядываемся: сидящий за ней молодой жандарм в характерной сизой форме с начищенными серебряными пуговицами прежде ни разу нам не встречался. Оторвавшись от груды бумаг перед собой, он осведомляется:
– Puis-je vous aider, mesdames? Чем могу помочь, дамы?
Теперь я ясно
