Темная ночь - Пейдж Шелтон
Люси сильно походила на Мил, пусть и была значительно моложе. Ей понадобится несколько лет, чтобы сгладить острые края и стать такой же несгибаемой.
Мать находилась в городе второй день. За это время она стерла пятно крови с ручки, запланировала уничтожить следы и попросила у Грила оружие. Похоже, мы двигались не в сторону раскрытия преступлений, а в сторону их совершения.
Но бьюсь об заклад, Люси поступила бы так же.
Мне было очень нужно знать, кто оставил следы на снегу, потому что если это была я, то амнезией мне уже не оправдаться. Почему я во сне вышла в зимний холод? И в какую из ночей появились следы?
Я присела на край кровати. Люси очень старалась не показывать раздражения. Мы ее спасли, позаботились о ней. Она не хотела с нами церемониться, но знала, что придется. Она была у нас в долгу, хотя ей явно не нравилось такое положение.
– Ну ты как? В порядке? – спросила я.
– Нет. Болит губа и голова, все тело ломит.
– Это все пройдет.
– Надеюсь.
– Насчет следов…
– Я же сказала, я туда не ходила. Даже в мыслях не было!
Я кивнула и сочувственно улыбнулась.
– Я тебя поняла. – Я посмотрела на дверь, а потом снова на нее, понизила голос и продолжила: – Я все понимаю. Виола и меня пугает до чертиков.
– Меня она не пугает. – Люси тоже быстро глянула на дверь.
Я кивнула.
– Кажется, все кое о чем забыли, Люси, но не я.
– Чего?
– Ты потеряла брата при трагических обстоятельствах. И я тебе соболезную.
– Вот именно. Похоже, все забыли, что я здесь вообще-то жертва. Нед, конечно, тоже, но переживать-то приходится мне. А меня запирают в комнате. Хочу две секунды подышать воздухом – и все уже думают, что я что-то замышляю. – По ее щеке скатилось несколько настоящих слез.
– Мне жаль.
Она шмыгнула носом и вытерла его рукавом.
– Думаешь, это Клаудия?
– Что – Клаудия? – спросила я, удивившись смене темы.
– Клаудия убила Неда?
– С Клаудией была Бенни. – Я знала, что Клаудия выходила покурить, но до сих пор никому не сказала. К тому же я никак не могла представить, что Клаудия смогла бы убить Неда, покурить и убрать все следы преступления. Да и время не сходилось.
– Знаю, но он точно с цепи сорвался.
– В тот день, когда его убили?
– Мне пришлось его оттаскивать. Она стопудово об этом никому не сказала. Я ее спасла.
– Не знаю, что она рассказала полиции, но в бар пришла сильно побитая. Думаешь, она что-то скрыла?
– Не знаю. Я вообще плохо ее знаю.
– А вы с Недом были близки? – спросила я.
Люси немного убавила гонор и откинулась на спинку кровати. Она взяла резинку для волос с тумбочки, на пол упал пучок невидимок. Я подняла их и положила обратно, пока Люси собирала волосы в хвост.
– Раньше были, – сказала она спустя некоторое время. – Мы не виделись пять лет. Родители умерли, когда мы были еще совсем мелкие: ему – шесть, мне – четыре. Сначала мы вместе жили в приемной семье, но через пару месяцев нас разделили. Он им нравился, а я – нет. И от меня отказались.
– Мне жаль. Наверняка, было тяжело.
– Было непросто. Какое-то время мы виделись, но потом это стало в тягость нам и нашим приемным семьям. Так бывает.
– Вы жили в Джуно?
Люси кивнула.
– Нед и Клаудия прожили здесь всего пару лет.
– Зачем ты приехала в Бенедикт? Я знаю, что ты скрывалась от полиции, но почему ты не сбежала куда-нибудь подальше? Если ты не против, что я спрашиваю.
– Я приехала сюда, потому что здесь жил Нед, он бы меня защитил. Больше у меня никого нет на всем белом свете.
– Значит, ты что-то украла в Джуно?
– Да.
– Что?
Ее недовольный взгляд подтвердил, что мой навык создания доверительных отношений не был выдающимся. Говорить я ее заставить не могла, но надеялась, что ей самой хочется выговориться.
– Украшения, – наконец сказала она.
– Из магазина? У человека?
– Господи, Бет, что происходит? Зачем тебе это знать?
– Интересно, вот и все. – Я пожала плечами и улыбнулась.
– Ну ничего интересного. Украшения, из магазина. У меня не было оружия, так что ограбление не вооруженное, но господин шеф полиции думает, что я вру. Не знаю почему, но переубедить его я не могу.
Я кивнула, вспомнив, как Грил говорил, что, по данным полиции Джуно, во время ограбления у Люси был пистолет, хотя она его не использовала.
– Это хорошо. Думаю, если ты вернешь украшения и во всем сознаешься, срок тебе дадут не такой уж большой.
– Ну украшений у меня нет, так что вернуть их я не могу.
– Куда ты их дела?
– Выбросила в мусорку.
Клаудия говорила, что часть была у Неда. Я поняла, что полной правды не узнаю никогда.
– Где?
Она пожала плечами.
– Не помню.
Разговор ни к чему ни привел.
– Слушай, мне очень жаль, что вас с Недом разлучили в детстве. Такого врагу не пожелаешь, – сказала я.
– Ага, – сказала Люси, обрадовавшись, что тема закрыта.
Я посмотрела на ноги.
– Ты оценила мои ботинки?
– Что? Ну да. Не знаю. Я просто взяла те, что на вид моего размера.
– Но в них тепло, да?
– Наверно. – Она снова выпрямилась. – Я недолго в них проходила. Я их надела, вышла и упала. Не заметила, теплые они или нет.
Я вспомнила, как ее ноги волочились по земле, когда мы ее несли. Ботинки были на шнурках, толстых, цеплявшихся за крючки. И шнурки тоже волочились. Люси их не завязала. Я вдруг поняла, что она может говорить правду о том, что не ходила далеко, потому что следы оставили зашнурованные ботинки. Иначе отпечатки были бы нечеткими.
Но также это значило, что если ходила я, то сама зашнуровала ботинки, не просыпаясь. И если я это сделала, я не помнила ни секунды.
– Бет? – позвала Люси.
Я вынырнула из мыслей. Я не извлекла из их ничего, кроме того, что ботинки были зашнурованы – крошечная бесполезная деталь.
Разговор по душам с Люси не оказался ни полезным, ни приятным. Я встала.
– Спасибо, что уделила мне время, Люси. Надеюсь, ты скоро поправишься.
Она не выглядела разочарованной, когда я ушла.
Глава двадцатая
Мил сидела на краю моей кровати и рассеянно ковыряла ноготь. Она расстроилась, потому что мне не удалось вытащить из Люси ничего важного.
– Она
