Сергей Соболев - Танцы с волками

Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 65

На входной двери дачи висел амбарный замок. Странно... Куда подевалась девушка Грета? Он ведь перед уходом попросил ее, чтобы она дождалась его возвращения...

К счастью, у него при себе был запасной ключ. Он открыл замок, затем, миновав веранду и кухню, прошел в комнату. Везде чисто, прибрано, и никаких следов пребывания девушки. Хотя нет... Под столом обнаружилась сумка с ее вещами, а это говорило о том, что она должна сюда вернуться.

А может, и не вернуться, если иметь в виду, что на днях Грета пыталась покончить с собой.

В этот момент со стороны веранды послышались какие-то странные звуки. Так-так... Кажется, к нему пожаловали гости... И что самое подозрительное, они пожаловали не через калитку, в противном случае он услышал бы, как она хлопнула, а проникли на дачный участок тем же путем, что и он сам, — задами, через огород.

Дорохов приткнулся плечом к дверному косяку. Приподняв нижний край кожанки, заученным до автоматизма движением расстегнул закрепленную на ремне кобуру. Нащупал рифленую прохладную рукоятку «ПМ», потянул ее на себя, снял пистолет с предохранителя и поставил на боевой взвод...

На переговоры с киднеперами он свой ствол не брал, поскольку в той ситуации воспользоваться оружием все равно бы не смог. Но это не означало, что он решил «разоружиться» и что последние события заставили его отступиться от своих планов — как и прежде, в деле освобождения сестры он мог надеяться только на себя.

Грета, войдя в комнату, увидела уставившийся ей в переносицу черный зрачок пистолета. Пакеты с провизией вывалились у нее из рук, а сама она испуганно замерла на пороге комнаты.

— У-ф-ф... Саша... Как же вы меня напугали!

Дорохов, чертыхаясь про себя, убрал пистолет в кобуру. События последних дней выбили его из колеи и лишили привычного хладнокровия.

— Простите меня, ради бога, — сказал он, поднимая выроненные пакеты с пола. — Сам не понимаю, что мне в голову взбрело.

Он водрузил пакеты с провизией на стол, затем повернулся к девушке, которая, сделав два-три шажка навстречу, неожиданно для Дорохова приникла к его груди.

— Как вы меня напугали, Саша! — Всхлипнув, она отстранилась, посмотрела ему в лицо, затем ткнула кулачком в его широкую твердую грудь. — Если бы вы только знали...

— Померещилось мне... Вот я и... — принялся он неловко оправдываться. — Извините, Грета... Ну-ну, не надо плакать, это уже лишнее.

— Да нет же, нет... Вы меня не так поняли! — справившись с эмоциями, сказала девушка. — Пистолет? Что я, оружия не видела? При чем тут это?..

— Что же тогда вас так напугало?

— Ну как же?! Разве не понятно?! Вас не было больше суток!

— Грета, я просто не мог приехать раньше. У меня были дела. Очень важные... неотложные дела.

— Да? А я уж было решила, Саша, что вы вернетесь нескоро, если вообще вернетесь... Я ждала, ждала... А у меня нет ни адреса вашего, ни телефона вашего домашнего!

— Да нет, никуда я не пропал... Говорю же: дела!

Он помог девушке снять верхнюю одежду, сам тоже разоблачился, предварительно достав из кармана куртки сигареты и зажигалку.

— А я вот решила, пока не стемнело, сходить в магазин, — сказала Грета, усаживаясь на пододвинутый ей Александром стул. — Взяла деньги, которые вы оставили на столе... Когда возвращалась обратно, увидела вас издалека, но вы так быстро шагаете, что я не смогла за вами угнаться...

Замолкнув, Грета пристально посмотрела на него. В облике ее нового знакомого за последние сутки произошла разительная перемена. Этот большой, крепкий, такой надежный с виду человек теперь был чем-то подавлен. Он был мрачен, как глухая декабрьская ночь. И еще... Если человек имеет при себе оружие, нервно реагирует на любой подозрительный шорох, это уже о многом говорит...

— Что случилось, Александр? У вас какие-то неприятности?

— Да, Грета, у меня неприятности. Но вы здесь абсолютно ни при чем.

— Помнится, вы сказали мне, что разыскиваете одну девушку... Если не секрет, кто она вам?

— Младшая сестра, — после паузы ответил Дорохов. — Ей двадцать лет, она студентка второго курса Бауманского училища. Лена пропала без вести две недели тому назад...

Дорохов полез в задний карман брюк за портмоне. Но не для того, чтобы показать Грете фото своей сестры, — он его уже показывал. В кожаном «лопатнике» у него хранилось восемьсот долларов и около двух тысяч рублями. Он разделил деньги на две равные части. Ополовиненную наличность убрал обратно в портмоне, остальные же купюры выложил на стол перед девушкой.

— Вы меня прогоняете, Александр? — бесцветным голосом произнесла Грета. — Хотите, чтобы я ушла прямо сейчас?

Дорохов выковырял из пачки сигарету. Когда он прикуривал от зажигалки, было заметно, как дрожат его пальцы, что свидетельствовало о большом внутреннем напряжении.

— Собирайся, Грета, — сказал Дорохов, по-прежнему глядя в сторону, в синеющие за оконной рамой сумерки. — Я провожу тебя до станции и посажу на электричку до Москвы.

Грета посмотрела на деньги, но брать их не стала, вместо этого положила ладошку на его руку, и теперь она еще сильнее ощутила бившую его изнутри нервную дрожь.

— Ты хочешь выдворить меня отсюда, потому что боишься еще и за меня, да?

— Я не шучу, Грета!

— Это единственная причина? Может, есть еще что-то, о чем ты не хочешь мне говорить? Может быть, у тебя есть жена? Или любимая девушка? Ты привез меня сюда, испытывая мимолетный душевный порыв, а теперь не знаешь, под каким предлогом от меня избавиться?

— Не говори глупостей, Грета! — почти сердито произнес Дорохов. — Нет у меня жены, не обзавелся еще! Повезло дураку, что не женился! Да и кому я на фиг такой нужен?! Ну что, давай будем собираться...

— Так ты, Саша, за меня боишься? — со странной интонацией в голосе спросила Грета. — И именно поэтому хочешь, чтобы я ушла?

— А я тебе о чем толкую?

— Расслабься, Саша... Я никуда не поеду. Поэтому убери деньги, а я, если ты не возражаешь, займусь приготовлением ужина.

Она встала и, прежде чем он успел что-то сказать, легонько провела ладонью по его волосам.

— Глупенький... Сам ведь недавно говорил, что мы можем помочь друг дружке! Ты мне уже помог, хотя совершенно не знаешь меня... А теперь, может, и я на что-нибудь сгожусь!

— У меня все готово! Мой руки, Саша, и за стол!

Пока Дорохов плескался под умывальником, девушка держала перед ним чистое полотенце. Он вытер пышущее жаром лицо, после чего вернулся в комнату, отстегнул ремень с кобурой и сунул все это хозяйство в верхний ящик комода. По правде говоря, «гостей» он здесь, на даче, не ждал. Поскольку лишь несколько часов тому назад он общался с киднеперами, то никаких акций раньше завтрашнего вечера, несмотря даже на дефицит времени, Дорохов не планировал, дабы не усугубить свое и без того хреновое положение.

Грета выставила на стол большое блюдо с вырезкой, запеченной в перечном соусе, с корочкой золотисто-коричневого цвета. Нарезала мясо порционными кусками, полила сверху соусом, добавила овощей, затем передала тарелку Александру. Пока она накладывала себе, Дорохов откупорил бутылку «Каберне-Совиньон», разлил вино по фужерам, потом поднял свой бокал:

— А ты, Грета, оказывается, прекрасно готовишь... Ну что ж, предлагаю выпить за знакомство!

— Так ты же еще ничего не попробовал! Гм... Да, давай выпьем! Ангел ты мой... хранитель.

Спустя некоторое время Грета, приглядевшись, заметила, что на лице у Александра выступил нездоровый румянец. Промокнув губы салфеткой, она встала, подошла к Дорохову и положила ему на лоб холодную ладошку.

— Э-э, миленький, да ты горишь весь! Что же ты молчал, Саша?! У тебя ведь жар!

— Пустяки! — недовольно сказал Дорохов. — Не стоит обращать внимание.

— Есть какие-нибудь лекарства в доме? — Увидев, что Дорохов отрицательно покачал головой, она сокрушенно вздохнула. — А из крепкого спиртного что-нибудь на даче есть?

— Настойка в шкафу... Да, там, в литровой бутылке.

Она достала из шкафчика бутыль, на две трети заполненную какой-то темно-коричневой жидкостью.

— Крепкая? Сколько градусов?

— Пятьдесят точно будет. Отец сам делает настойку на травах... Так что все без обмана.

— Вот и хорошо. — Грета удовлетворенно покивала головой. — Это даже лучше, чем какие-нибудь пилюли.

— Что ты собираешься делать, Грета? — облизнув пересохшие от жара губы, спросил Дорохов. — Хорошо же сидим...

— Лечить тебя буду! И лечить просто и сердито, испытанными народными средствами... Сейчас я уберу со стола, а потом займусь тобой.

Пока Грета хлопотала по хозяйству, Александр отправился в душ, благо отрегулированная отцом газовая колонка даже зимой работала безотказно. Но когда он выбрался из душевой, завернутый в махровую простыню, то получил от Греты по полной программе.

— Я вижу, за тобой нужно присматривать, как за малым ребенком, — ругалась девушка, передавая ему стакан с настойкой. — Что это еще за «водные процедуры»?! Посмотри в зеркало, у тебя все лицо горит! И куда это ты в таком наряде собрался?

Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 65