Дальше живут драконы. Том 1-2 - Александр Афанасьев
Кашляющий звук моторов… неужели поршневых?
Это же такое старье?
— Вертолеты — негромко спросил Борька
— Нет. Драконы.
— Какие драконы?
— Скверная штука, идут к границе.
Воронцов впервые перекрестился
Сержант вернулся, как только смог. Они уже свернули временный лагерь и вновь встали на тропу
— Они говорили не с штабом
— Ты уверен?
— Так не докладывают.
— С кем же они тогда говорили?
— Господин майор, мне показалось, что так могут говорить только с плохими людьми. Очень плохими.
Якудза!
Гонконг. 03 июля 1978 года
В Гонконге падала биржа. Это бывало уже не раз и не два, но к каждому разу надо было быть готовым, да и такие обвалы просто так не происходят.
Сидевший в обтянутом кожей африканского черного буйвола кресле человек выключил телевизор. Телевизор у него был просто отличный — германский Телефункен с экраном в восемьдесят сантиметров и встроенным проигрывателем под новейший формат Видео2000[214]. Последних — в Гонконге было всего несколько штук.
Джек Трао отложил пульт дистанционного управления — еще одна новинка германских телевизоров, очень удобная — и глубоко задумался…
В то, что это произошло случайно — он не верил. Совершенно не верил. Одной из книг, которая произвела на него огромное впечатление — была книга «Крестный отец», которую он перечитывал не один раз. Там было сказано: с теми, кто воспринимает несчастный случай как личное оскорбление — несчастных случаев не происходит.
В Гонконге его считали мстительным и кровожадным — говорили, что его методы больше похожи на методы триад. Но он всего лишь воспроизводил методы итальянской мафии — те, которые были описаны в книге. Как и все китайцы — Джек Трао не был способен придумать ничего действительно нового — но гениально копировал то, что было придумано другими.
Мрачные размышления Джека Трао прервал звонок телефона. Этот номер — был известен очень немногим.
— Я слушаю…
— Это Сяогун … — в трубке раздался уверенный голос генерала Исии. Сяогун — это было его кодовое имя, так называли одно из китайских божеств, покровителя морей и подземного мира.
Его только не хватало.
— Я немного занят — бросил Трао, что никоим образом не отражало степень его раздражения
— Мне необходима небольшая помощь — безапелляционно заявил генерал — в известном нам лагере проблемы
— Это место содержали вы — заметил Трао
Генерал с трудом подавил раздражение
— Группа беглецов, довольно большая — идет до границы с Мандалаем. Мы попытаемся их остановить… сделаем что сможем. Но в Мандалае — нам нужна будет ваша помощь.
Джек Трао лихорадочно соображал.
— Это недешево обойдется.
— Вы получаете от нас товар. Вычтите стоимость ваших услуг из оплаты.
…
— Хорошо.
Щелчок — линия разъединилась
Трао раздумывал несколько секунд — а потом швырнул тяжелую книгу в дверь
— Машину!
Джек Трао, несмотря на мучавшую его неполноценность (как британца) обожал все британское. Его машиной был Даймлер-420, лимузин той марки, которым пользовалась Ее Величество, Королева. Цвет был тот же самый — бордовый с черным верхом.
Две полицейские машины — пристроились в сопровождение небольшого кортежа, как только они выехали из ворот виллы. Трао был необычным человеком — и его сопровождала как полиция, так и боевики триады.
Была гроза. Дорога, которая вела с холмов вниз, в деловой центр города, в его британскую часть — была узкой и извилистой. Освещаемый только вспышками молний — он не зажег свет в салоне — Джек Трао просчитал варианты и поднял телефонную трубку, искусно скрытую в отделанном деревом подлокотнике. Кое в чем он превзошел Ее Величество — он был уверен, что такого телефона в машине у не точно нет. Это был тоже Телефункен, он позволял подключаться к обычным телефонным сетям с использованием антенны. Аппаратура — занимала большую часть багажника Даймлера.
Он набрал номер. А потом — медленно положил трубку.
Нет…
Нет, нет и еще раз — нет…
У Джека Трао имелось несколько штаб-квартир и офисов в Гонконге, но сердце его империи — находилось в специально построенном для него пятидесятиэтажном небоскребе в округе Ваньчай. Этот небоскреб был открыт всего несколько месяцев назад и был самым высоким зданием в Азии — высотой двести двадцать метров и с шестьюдесятью пятью этажами. Он был построен на крутом склоне, насколько крутом, что имел два входа: причем один из них располагался на семнадцатом этаже здания. Это делало небоскреб и одним из самых необычных зданий мира. Джек Трао решил сделать такой вход после неофициального посещения Европы — его впечатлили роскошные подъезды к австро-венгерским замкам: автомобили, а раньше кареты могли подъезжать к уровню второго этажа, а первый этаж считался этажом для прислуги и не слишком важных гостей.
Внизу, Трао встречали несколько человек, главных среди них был Майкл Миллс. Проницательный управляющий, который в семидесятые был вынужден покинуть САСШ, спасаясь от разъяренной SEC[215]. Согласно запоздалому решению североамериканского суда, любая компания из числа тех, что котируются на биржах САСШ, что наймет Майкла Миллса на работу — вынуждена будет заплатить штраф в пятьдесят миллионов американских долларов. Соответственно, желающих нанять Миллса в легальном секторе экономики было немного — но Трао плевал на законы и решения судов. Зато он умел оценивать людей и решил, что если Майклу Миллсу в течение столь долгих лет удавалось водить за нос САСШ (он бы и дальше водил, если бы не развод и мстительная жена) — то и в Гонконге он будет весьма полезен. Он пригласил Миллса в Гонконг и предложил ему должность управляющего личными финансами с оплатой непосредственно из рук в руки. А так как Джек Трао не котировался ни на одной североамериканской биржевой площадке — то и взять с Джека Трао штраф в пределах САСШ было затруднительно. Тот же, кто попытался бы взять с Джека Трао штраф, приехав на территорию Гонконга — повершил бы очень большую ошибку. И вероятно, последнюю ошибку в своей жизни.
Кем сейчас был Миллс? Он был тайпаном. Тайпаны — крайне могущественные люди, главы торговых и банковских объединений. Тайпана нельзя сравнить с директором, его власть намного больше, он нанимается либо пожизненно, либо пока сам не захочет уйти. Именно тайпан, а не акционеры — называет своего преемника. Сейчас Тайпанов было всего восемь во всем мире — по числу так называемых «благородных домов». Благородные дома — это
