Юлия Фирсанова - Убить демиурга!

Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 90

Ее прогоняют – уяснила Ника и осознала: цепляться за свое привычное место в мире больше не будет. Коль Террон так жаждет избавиться от нее, она уйдет.

«Еж птица гордая, пока не пнешь, не полетит, – всплыла в голове заезженная острота и горчащее на губах следствие из оной: – Что ж, меня пнули, лечу. Если выгнал Террон, как знать, может, и впрямь примет Альрахан, ну а если и нет, по крайней мере, мама и Вика будут в безопасности».

Ника решилась и достала мобильник. Набранный номер Марины Владимировны отозвался стандартно раздражающим сообщением: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Почему-то девушка совсем не удивилась, когда та же самая фраза послышалась при попытке дозвониться до матери.

Бесполезно.

«Это намек, я все ловлю на лету и понимаю, что ты имеешь в виду», – буркнула под нос Ника, почему-то сегодня думалось вперемешку с цитатами, и, вернувшись к альсорам, глухо констатировала:

– Меня действительно прогоняют. Я уйду.

– Я могу хотя бы собраться в дорогу? – оповестив троицу о принятом решении, печально спросила изгнанница.

– Вероятно, – первым отозвался Пепел.

– Не поняла? – Ника с ключами от квартиры в пальцах замерла в легкой оторопи от очередного ущемления своих прав. – Мы сильно торопимся?

– Мы попробуем провести тебя с Террона на Альрахан с вещами, но не знаем, получится ли, – немного смущаясь, признал Искра.

– Не переживай, – вставил Лед, – мы обеспечим тебя всем необходимым.

– И прокладки с крылышками купите? – процедила расстроенная, растерянная девушка. Было ужасно неуютно на душе. Там скреблась, наверное, целая стая кошек, дорвавшихся до вожделенной когтеточки. Хотелось забиться в кровать и порыдать или сказать какую-нибудь гадость. Низкое желание, и, поскольку с кроватью не получалось, почти против воли с языка и сорвались слова про интимные средства женской гигиены.

– Все, что пожелаешь, хотя я и не знаю, что такое прокладки с крылышками, – честно пообещал Глеану таким несчастным голосом, что девушке стало стыдно.

– Простите за вспышку, нервы. Я скоро буду готова, – повинилась Ника и стала собираться.

На двери в кладовку висела «командировочная» сумка. Очень вместительная, именно с ней Ника всегда ездила в отпуск и ее брала в свою единственную командировку, когда отправляли на повышение квалификации. Туда девушка кинула кое-что из косметики, белье, одежду. Что точно брать с собой, не знала, потому собиралась так же, как в настоящую командировку. Замерла на секунду перед рядком вешалок в шкафе-купе и спросила:

– На Альрахане какой сезон?

– Начало сеаля, – машинально отозвался Глеану.

– Угу, – кивнула Ника, прикусив щеку изнутри.

– По-вашему, переход от весны к лету, – поспешно объяснил Искра, решивший, что девушка обиделась и замкнулась в себе.

– Я знаю, сеаль, рошиан, меандел, каорха, рига, – рассеянно отозвалась девушка.

В ответ послышался стук. Инзор ткнул себя кулаком в лоб, ну как он сам-то не сообразил, если Ника написала про Альрахан несколько книг, то уж о климате его представление имеет. Впрочем, попытка членовредительства прошла мимо внимания хозяйки квартиры и братьев. Девушку беспокоил еще один важный вопрос:

– У вас с собой какой-нибудь переводчик для меня есть? Я же не знаю альраханского языка.

– Не стоит тревожиться, – возразил Искра. – Ты – Видящая и потому обладаешь изначальным знанием сути языка видений. Более того, ты принята в семью Владычицы Альрахана, и эти узы тоже связуют тебя с нашим миром, даруя понимание.

Ника лишь кивнула, показывая, что услышала и поняла слова альсора, и продолжила сборы. Запихнула в сумку одежду и кое-какие необходимые предметы, сунула в боковой кармашек бутылку с минералкой. Повернувшись на каблуках – домашние тапочки девушка так и не обула, не видя в этом смысла, – она взяла большой лист бумаги, ручку и стала писать записку матери.

«Мамочка, не смогла до тебя дозвониться. Подписала контракт, уезжаю в срочную творческую командировку за границу. Речь идет об экранизации «Альраханского цикла». Боюсь, это надолго, прости, что не предупредила заранее, продюсеры настаивали на соблюдении режима полной секретности. У меня все изумительно! Целую тебя и Вику, привет Сергею!»

– Глупое, конечно, вранье, но ничего умнее на ум не идет. Мама все равно волноваться будет, но меньше, чем если я исчезну бесследно, – пожала плечами Ника и вскинула сумку на плечо. Так ее тяжесть не оттягивала руки, а если перекинуть длинную лямку наискосок, так и вообще очень долго тащить можно.

Девушка потерянно огляделась: не забыла ли чего, а потом чертыхнулась, торопливо выпалила:

– Я сейчас! – после чего снова выбежала на лестничную площадку и позвонила в дверь соседней квартиры. Минуты через две в ответ на строгий вопрос в традиционном ключе: «Кто там?» ответила: – Это Ника, бабушка Зинаида.

Только тогда дверь раскрылась на длину цепочки, и сухонькая старушенция в круглых очках придирчиво оглядела юную соседку и осведомилась:

– Ника, деточка, случилось чего? На тебе лица нет.

– Все в порядке, Зинаида Васильевна, но меня срочно в командировку отправляют, а мама с Викушкой в больнице. Вы не могли бы цветочки ближе к выходным полить? Я ключики, как обычно, оставлю.

– А что у маленькой? – с ходу уточнила любопытная бабулька.

И Ника услышала, как кто-то особо нетерпеливый из альсоров за ее спиной заскрипел зубами. Но перебивать соседку или грубить было бы ошибочной политикой, гарантировавшей кровную обиду и неизбежное увядание домашних насаждений.

– Предположительно, грипп.

Дверь квартиры Зинаиды Васильевны резко захлопнулась. В крохотную щель между косяком послышалось торопливое:

– Ты, Никуся, ключики у меня под ковриком-то оставь, я потом заберу. Не волнуйся за цветы, езжай. А твоим дай бог здоровьица.

– И вам, бабушка Зинаида, спасибо!

Вероника спрятала запасные ключи под плетеным из разноцветных тряпочек ковриком соседки и вернулась к себе. Она была абсолютно уверена, Зинаида Васильевна не покажется на площадке еще с полчаса. Ибо принимает перед лицом близкой заразы экстренные профилактические меры: глотает иммуностимуляторы, капает в нос сок лука, надевает маску и вешает на грудь мешочек с толченым чесноком.

После тяжелейшего гриппа, перенесенного три года назад, когда беспечно решившую поболеть на ногах и нажившую себе осложнения бабушку едва вытащили с того света врачи, баба Зина страшно боялась заболеть вновь. В общем и целом забота старушки о здоровье была вполне адекватной, но при столкновении с прямой угрозой заражения вела она себя комично. Впрочем, сейчас подобный страх был на руку Нике. Объяснять что-либо насчет родных, врать в глаза насчет командировки у девушки уже не было ни сил, ни желания.

Вот теперь действительно было пора, и оттягивать неизбежное не имело смысла.

– Давай вещи, – приказал Пепел.

Невидимый альсор решительно потянул сумку с плеча. Ника заторможенно наблюдала, как ее вещи повисают в воздухе, а потом почувствовала, как ее руки решительно сжали. Правую горячая, словно у него была температура, ладонь Искры, левую прохладные, как вода, узкие пальцы Глеану, обе ладони Эльсора – не жаркие, не холодные, просто теплые, но почему-то очень тяжелые, опустились на плечи Вероники Соколовой.

Проникновенный голос шепнул на ушко:

– Пойдем!

Руки неумолимо потянули за собой и подтолкнули.

Отправляться в неизвестность было страшно. Ника невольно зажмурилась, шагнула и резко распахнула глаза, когда изменилось освещение. Вернее, темнота поселилась за веками. Неужели получилось?! Она действительно смогла уйти из своего мира! Сделать то, что никто, кроме фантазеров-писателей и многочисленной братии читателей, не считал осуществимым. Если бы еще ее не загоняли на эту дорогу, как дикую зверушку в клетку, а так… радоваться новому не очень получалось. Но Ника пообещала себе попробовать. В конце концов, жизнь не кончилась, просто начинается другой ее этап. А значит, не стоит встречать его с кислой миной.

В темноте не было видно ничего, но по-прежнему чувствовалось присутствие трех мужчин и странная, какая-то очень гладкая после ворса ковра поверхность под ногами. И еще присутствовало неприятное ощущение давящей массы над головой. «Может, давление поменялось?» – мелькнула мысль прежде, чем Ника спросила у почему-то до сих пор не произнесших ни слова спутников:

– Мы уже на Альрахане?

– Нет. – Голос Пепла донесся сзади, теплое дыхание щекотнуло шею, сухие губы ненароком (ведь ненароком же?) скользнули по коже. Ника вздрогнула. Нет, неприятным касание не было, только очень неожиданным.

Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 90