Радикальное Прощение. 25 практических применений. Новые способы решения проблем повседневной жизни - Колин К. Типпинг
Среди всех вопросов есть пара таких, которые гарантированно заставляют расплакаться многих участников. Один из них имеет прямое отношение к теме данной главы. Вот он: «Если вы когда-либо переживали потерю – человека или даже домашнего животного, – связанную с неожиданной, безвременной и трагичной смертью, включая самоубийство, войдите в круг». Неудивительно, что на данном вопросе так много участников входят в круг, ведь большинству людей в определенный момент жизни пришлось пережить боль от потери кого-то из близких.
Когда тот, кого мы любим, – пусть даже домашний питомец – умирает спокойной естественной смертью, прожив жизнь до конца, мы обычно готовы к этому и утрата не причиняет нам сильных страданий. Если же смерть преждевременна, трагична, случайна, неожиданна или наступила в результате самоубийства, скорбь может быть невыносимой. Люди, потерявшие родителей в раннем возрасте, зачастую несут боль утраты через всю жизнь.
Многие дети переживают утрату питомцев до того, как потеряют родителей, так что многие рано познают скорбь. Смерть присутствует в нашей жизни постоянно, и мало кому посчастливится избежать того, что поэт Стивен Левин назвал «ожогами скорби».
Хотя утрата любимого человека и является самым болезненным переживанием, сильные страдания бывают вызваны потерей чего угодно, что для нас важно. Сокрушительным ударом может стать потеря домашнего питомца, дома, работы, бизнеса. Чем большее значение мы придаем утраченному, рассматривая его как часть нашей идентичности или мерило нашей ценности, тем хуже мы себя чувствуем.
Мой дедушка родился в бедной семье в лондонском Ист-Энде, но сумел подняться по социальной лестнице и стать владельцем преуспевающего бизнеса. Он занимался производством заготовок для шляп, которые затем продавались в Италию. Но когда началась война с Германией и Италией, торговые связи оказались разорваны. Буквально за одну ночь дедушка разорился. Человек, выкарабкавшийся из нищеты, был низвергнут обратно в нищету, хотя в этом не было его вины. Он был сокрушен этим событием и так до конца и не оправился от удара. Умер он в начале 1960-х от сердечного приступа и до самой своей смерти испытывал горечь и скорбь.
В западном мире люди не умеют горевать. По сравнению с народами в других частях света у нас очень мало ритуалов и обычаев, помогающих нам в этом. Мы почти никогда не даем себе время в должной мере оплакать утрату, хотя страдания, вызванные смертью близкого, бывают очень сильными, а энергия не до конца прочувствованного и выраженного горя подчас становится весьма токсичной.
Горе – это процесс, и нужно дать себе определенное время, чтобы пройти его до конца. Солдату, потерявшему на войне руку или ногу, необходимо пережить скорбь об утрате и лишь после этого учиться жить без конечности. Человек, лишившийся работы, на которой он трудился многие годы и которой посвятил жизнь, также должен оплакать потерю. Без этого он не сможет привлечь в свою жизнь новую подходящую работу. Тот, у кого распались взаимоотношения, должен оплакать потерю взаимоотношений, и только тогда ему удастся успешно построить новые. В противном случае он перенесет энергию старых взаимоотношений в новые и потеряет и их тоже.
Когда мы приступили к работе над онлайновой программой «Радикальная Скорбь», перед нами встала дилемма. Обычно при разработке программ мы исходим из того, что у человека должно быть достаточно времени, чтобы раскрыть все эмоции, связанные с родителями, партнерами, братьями и сестрами и т. д., прежде чем перейти непосредственно к процессу прощения (поэтому большинство программ рассчитаны на 21 день). Но с горем дело обстоит иначе. Этот процесс невозможно пройти за промежуток времени более короткий, чем необходимо. Кому-то хватит нескольких дней, другим потребуются месяцы, если не годы. Поэтому создать обычную 21-дневную программу не получится.
Любая программа помощи в горе должна способствовать переживанию и выражению боли, связанной с утратой. Таков основополагающий принцип. «Радикальная Скорбь» направлена не на то, чтобы действовать в обход горя. Цель программы – трансформировать его, а это достигается путем уменьшения страданий. Позвольте объяснить как.
В одной из предыдущих глав я провел разграничение между болью и страданием. Боль – это сырая эмоция, и она переживается сердцем. Страдание накладывается на боль от потери и имеет форму мыслей, идей, убеждений, установок, предрассудков, желания найти виновных и т. п.
Как раз здесь в дело вступает Радикальное Прощение. Страдание можно уменьшить, если просто посмотреть на смерть с позиции данного учения. Большинство людей воспринимает ее как неудачное стечение обстоятельств, нечто несвоевременное, то, что можно было бы предотвратить, и т. п. Но боль становится легче, когда мы допускаем, что смерть всегда наступает тогда, когда нужно, и так, как нужно, и осознаём, что у нас нет права судить ее, ибо она – выбор нашей души, но не нас самих. Даже в случае убийства в смерти было бы «совершенство», так как нам пришлось бы признать, что наша душа пожелала пережить такой опыт.
Еще одно допущение, от которого нужно избавиться, состоит в том, что смерть реальна. Она не реальна. Человеческая душа бессмертна. Умирает только тело. Происходит всего лишь изменение частоты вибрации, в результате которой мы переходим из одного состояния в другое.
Когда мы перестанем рассматривать горе как сожаление из-за смерти как таковой, наши страдания значительно облегчатся. Суть горя исключительно в переживании невыносимой утраты, боли от осознания того, что в нашей жизни больше нет близкого человека или домашнего питомца. Да, потребуется определенное время, чтобы принять эту идею, но сделать это намного легче, если избавиться от всего прочего хлама.
Даже если эта идея не истинна на 100 %, в глубине души мы понимаем, что хотя бы доля правды в ней есть. Иначе зачем мы говорим «Бог дал, Бог и взял» и другие подобные вещи? Это равносильно утверждению, что то, как и когда мы умрем, во многом определяется судьбой.
У большинства из нас есть знакомые, которые уверяют, что в конкретных ситуациях от неминуемой смерти их словно спасала невидимая рука. Может быть, подобный опыт есть и у вас. Кроме того, тысячи людей, пережившие клиническую смерть, говорят примерно одно и то же: они ощущали присутствие некой любящей их сущности, и та сказала, что их время еще не пришло.
Попытки ученых доказать обратное до сих пор не увенчались успехом. Некоторые из выдвигаемых ими теорий возмутительно глупы и неправдоподобны в несоизмеримо большей степени, чем то, что они призваны опровергнуть. Это неудивительно, ведь наука по определению представляет собой изучение физической вселенной.
