Татьяна Устинова - Кредит доверчивости

Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 73

Когда Натку вызвали как потерпевшую, она поняла: единственное спасение — представить, что ты смотришь кино…

И паника отступила, колени перестали дрожать, судья показался милым и доброжелательным.

— Вы не преувеличиваете, утверждая, что Тишко хотел вас убить? Может быть, это был «любовный порыв»? — уточнил адвокат Влада.

— Он стрелял, — коротко ответила Натка. — Пули были настоящие, пистолет тоже. Если бы он попал в меня или в Сеньку…

— Ваша честь, протестую! Вопрос некорректный, — сказала Кириллова.

— Протест принят, вопрос снимается. Хотя вы уже ответили, ответ не будет занесен в протокол судебного заседания, — кивнул судья.

— Вы меня простите, но лучше мой ответ занесите… В протокол, — неожиданно уперлась Натка.

Лена даже тихо присвистнула. Вот так сестрица! Молодец!

— Ну, если вас это не смущает, — пожал плечами судья. — Секретарь, занесите ответ в протокол, — произнес Таранов.

— Вы замечали признаки психического расстройства у Владислава Тишко? — спросила прокурор.

Натка на минуту задумалась — сейчас, по прошествии времени, она понимала — Тишко, конечно, эгоист, но не сумасшедший.

— Нет, — твердо сказала она. — Тишко… Владик всегда хорошо контролировал ситуацию, он точно знал, когда можно покричать на меня, надавить, а когда нужно быть ласковым и покладистым.

Краем глаза она видела, как Лена в знак одобрения показала ей большой палец.

— Вы знали, что у него есть оружие? — спросил судья.

— В первый раз… ну, тогда, в своей квартире, он угрожал пистолетом!

— Почему вы не заявили об этом в полицию?

— Я собиралась… — Натка смутилась и почувствовала, что краснеет. Так не хотелось повторять уже надоевшее клише «я любила его!». — Но он позвонил и сказал, что это игрушка, которую он Сеньке купил! — поспешно сказала она. — Я поверила.

— Это правда? — уточнил судья у Тишко.

— Но я действительно купил Семену игрушку, — услышала Ната голос Влада. — Тогда, в первый раз, это она и была!

— То есть у вас два пистолета, — усмехнулась Кириллова.

— Ваша честь! Защита возражает! — выкрикнул адвокат.

— Протест принят. — Судья едва сумел скрыть улыбку, оценив шутку обвинения.

— Послушайте, — вкрадчиво спросил адвокат у Натки и проникновенно заглянул ей в глаза, — но ведь вы же сами в погоне за своим женским счастьем наделали глупостей. Скажите, вы всегда так быстро вступаете в связь с малознакомыми мужчинами?

Натка ждала спасительного «Протестую! Возражаю!» от прокурора, но Кириллова промолчала. Видимо, для обвинения моральный облик Наты тоже имел значение.

— Нет… То есть… — Она оттянула душивший ее воротничок кофточки и посмотрела на Лену. Сестра еле заметно кивнула, но что это означает, Ната не поняла. — Я влюбилась в него с первого взгляда! — выпалила она. — Если вы спросите, часто ли я это делаю, то… первый раз!!!

Если это и ложь, то никто здесь не сможет этого доказать!

Даже сестра.

Лена улыбнулась, давая понять, что Натка все делает правильно.

А Таганцев с неприкрытой ненавистью посмотрел на Тишко.

— У обвинения есть вопросы? — спросил Таранов. — У защиты?

Ната отвечала еще на вопросы, но больше ни разу не сорвалась на крик, потому что снова наблюдала за собой как будто из зрительного зала в кинотеатре.

Мужская часть потерпевших оказалась немногословной — очевидно, многочисленные камеры и диктофоны сильно поумерили их возмущение и красноречие.

— Да сам дурак, — все, как один, повторяли мужчины. — А на Ольгу даже не думал, когда позвонили из банка. Мало ли, какой козел паспорт мой украл и на мое имя кредит взял…

— Она же не могла по мужскому паспорту получить деньги, поэтому я ни в чем ее не подозревал…

После того как выступили все потерпевшие, включая невыразительных представителей банков, судья долго и нудно перечислял страницы трехтомного уголовного дела и называл какие-то экспертизы, заключения, протоколы. Натка не понимала и десятой доли того, что он оглашал. Наконец судья объявил перерыв.

После перерыва Таранов дал слово адвокату подсудимых, который хотел сделать какие-то пояснения и даже заявить ходатайство.

Григорий Тихонович Андреев, адвокат, — высоченный, с седой шевелюрой — вышел в центр зала, снисходительно оглядел всех присутствующих и, выдержав паузу, спросил с трагическим пафосом:

— Не понимаю, почему здесь до сих пор не прозвучало самое главное?!

— Что вы имеете в виду? — поинтересовалась прокурор Кириллова.

— Мой подзащитный болен! Он страдает маниакально-депрессивным психозом, в деле есть справка об этом, ваша честь! — обратился к судье с укором Андреев.

Судья пролистал дело и нашел справку.

Прокурор улыбнулась.

— Этот диагноз не является оправданием. Тишко вменяем, в деле также есть заключение психиатрической экспертизы, — невозмутимо сказала она.

— А у меня есть заключение независимых экспертов, что это заболевание может давать совершенно неожиданные последствия и осложнения. Оно постепенно разъедает личность, делая больного в периоды обострения агрессивным, неуправляемым и не отдающим себе отчета в своих поступках и их последствиях! Вы только представьте, ваша честь, разве мог человек в здравом рассудке угрожать убийством молодой даме, — адвокат посмотрел на Натку, но тут же перевел взгляд на потолок и улыбнулся, словно потешаясь над ситуацией. — Угрожать убийством молодой даме средь бела дня, зная, что его могут увидеть соседи, и понимая, что потерпевшая успеет вызвать полицию и его схватят с поличным?! Разве это поступок разумного человека?!

Андреев пригладил ладонью седую шевелюру, сделал глоток воды из стакана и продолжил:

— Ко всему прочему он действительно любил! Любил каждую из вас. — Он обвел широким жестом притихших потерпевших, которые все, кроме Аси, вытаращив глаза, завороженно смотрели на этого седовласого кудесника. Выдержав эффектную паузу, Григорий Тихонович сделал решающий выпад: — О каком мошенничестве вообще может идти речь? Обратите внимание на то, как вел себя мой подзащитный и как реагировали на это окружающие. К нему не было претензий у этих прекрасных дам, пока они считали себя единственными избранными. Но нашлась одна… — Андреев многозначительно кивнул в сторону Аси, — которая из зависти или по каким-то еще соображениям решила столкнуть всех лбами. Милочка, не ваше дело лезть в чужие отношения! Нужно было смириться. Ведь никто из вас, попроси мой подзащитный взаймы или просто пожертвовать денег, ему бы не отказал! Не правда ли, девушки?

Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 73