Три бабушки спасли меня от смерти - Сыльги Ким
Харлей катился по живописной приморской деревне, в которой наступило позднее лето. Прохладный ветер заскользил по щекам, а в нос ударил резкий запах сушеной рыбы и водорослей. Цвет моря менялся вместе с сезоном: с приходом осени вода становилась чуть темнее и будто бы спокойнее.
– Хаго, ты куда?
На подъезде к Нынмансану меня остановила Ёнчхун.
– За посылкой, ко входу в туннель.
– Отлично. Я тут недавно заказала мастерок и корм для собаки Окпун. Их уже должны были доставить. Забери и завези ей, ладно? Поезжай вдоль берега и в самом конце деревни увидишь ее дом.
Чтобы лучше изучить Кучжольчхори, вместо привычного маршрута я поехала по объездной дороге, которая, как мне показалось, быстрее выведет меня к туннелю. Сделав пару поворотов, я уже почти уверилась, что скоро окажусь на нужном месте, но пейзаж постепенно становился незнакомым. Ни души вокруг, и необычные деревья у обочины. Вдруг обзор мне перекрыл огромный дорожный знак.
«WELCOME. Gujulcho-ri Autobahn».
– Добро пожаловать. Автобан Кучжольчхори… Разве автобан – это не то же самое, что скоростная магистраль?
Я подошла ближе и нашла год завершения строительства автобана Кучжольчхори. Более 20 лет назад. Но дорога выглядела настолько ровной и гладкой, словно ее заасфальтировали вчера, словно это непротоптанная заснеженная тропа.
Я решила ехать по шоссе от участка с надписью «Финиш». Казалось, что отсюда до въезда в туннель рукой подать. Я прибавила газ.
– И это все?
Через несколько минут, а может, даже секунд, вдали уже показался конец дороги. Мотоцикл не успел толком разогнаться. На асфальте большими буквами было написано «Старт», а по сторонам развевались яркие флажки, будто на гоночной трассе. Сбоку, на земле, сдутые воздушные шары в форме кубков.
Я сбросила скорость и остановилась на линии старта рядом с заведенным оранжевым спортивным автомобилем.
Ванг-Ванг.
Казалось, машина вот-вот сорвется с места, но слышен был только разрезающий воздух рев мотора. Ярко-оранжевый вычищенный до блеска кузов отбрасывал блики под палящим солнцем. Окно опустилось. Седые, заплетенные в косы волосы, солнцезащитные очки… Вончжу высунула лицо наружу.
– Что вы здесь делаете?
– Это я у тебя хотела спросить.
– Ехала к туннелю, но свернула не туда… А что это за место?
– Разве не видишь? Гоночная трасса.
– Гонка уже закончилась?
– С чего бы! Даже не начиналась.
– И когда начнется?
Вончжу держала обе руки на руле, но теперь одну убрала и стянула очки вниз по переносице. Крошечными иголочками в меня впился ее острый взгляд. Понятно: она хочет, чтобы я немедленно отсюда убралась.
Я коротко кивнула, поправила шлем и пересекла линию старта, направляясь к туннелю. Позади раздался короткий, резкий рев двигателя роскошного спортивного автомобиля, в котором почему-то слышалась печаль скованного цепями зверя.
Туннель был узким, длинным и темным. Его ширины едва хватало для проезда одной машины. Минут пять я ехала лишь в свете фар, пока вдалеке не появилась крошечная точка – въезд. Постепенно очертания мира впереди становились яснее.
Я обернулась. Возникло странное ощущение, будто путь назад исчез. Туннель под крутым каменистым склоном походил не на дорогу, а пещеру, где должны спать звери, впавшие в зимнюю спячку. Пещеру, в глубине которой может таиться что-то неизвестное.
Я открыла карту на телефоне. Экран заполнился сложным переплетением дорог, и я на мгновение задумалась. Если поехать дальше, то я доберусь до места, где меня никто не знает. Может, там получится оборвать свою утомительную жизнь…
Нет, сегодня у меня много дел. Надо найти посылки, аккуратно погрузить их на мотоцикл, довезти до деревни, проверить содержимое, отнести Окпун вещи, которые заказала ей Ёнчхун, придумать новые напитки на основе безымянного чая и зайти в ресторан Кильчжа поесть слезовыжимательное мульхве. Да, дел было слишком много.
– Ох! Что это такое?
У въезда в туннель стоял небольшой дом, явно заброшенный, и перед ним громоздилась гора посылок. Сложенные рядами коробки походили на гигантскую королевскую гробницу в Кёнчжу или даже египетскую пирамиду. Найти среди них нужные мне посылки уже само по себе было непростой задачей, на выполнение которой уйдет целый день. Или даже несколько. Я устало подошла поближе и тут же с облегчением выдохнула.
– Ну, конечно, все это для Вончжу. Пирамида ее неуемных желаний. Она же не распакует их никогда.
Посылки были отсортированы: для Вончжу и всех остальных. Огромная пирамида состояла исключительно из ее заказов, а рядом скромно лежали десять коробок, предназначенных для остальных жителей деревни.
Загружая посылки в багажник мотоцикла, я краем глаза читала наклейки на коробках Вончжу.
– Антикварный золотой стол из-за границы. А это что? Ковер из тигровой шкуры в размере «суперкинг». Неужели настоящий? И куча электроники. Премиальный массажер для шеи, который показывали в рекламе. Еще банные полотенца Hermes. У нее даже полотенца брендовые.
Посылку для Окпун тоже успели доставить. Заполнив боковые и задние кофры мотоцикла, я завела мотор.
Дзынь-цок.
Коробки бились друг о друга, словно живые. И хотя в туннеле было темно, незавершенные дела тянули меня вперед.
* * *
Прежде чем отправиться развозить посылки, я взяла миску, доверху наполненную кормом, и начала искать Дукхона. Первый и второй этажи, двор – везде пусто. Даже его любимое место для сна пустовало. Кажется, пес вел более насыщенную жизнь, чем даже старейшина деревни Ёнчхун.
Целый день он где-то пропадал, а ближе к вечеру возвращался, съедал гору собачьего корма и проваливался в глубокий сон, словно страдал от хронического недосыпа. Я поставила миску у входной двери и крикнула в пустоту:
– Дукхон, пора есть!
Собаки славятся своим острым слухом, поэтому я решила, что, где бы он ни был, наверняка услышит. Загрузила в кофры мотоцикла большой мешок собачьего корма и мастерок – то, что Ёнчхун просила меня доставила Окпун.
Деревня была с трех сторон окружена высокими горами, и если ехать вдоль побережья, то в конце концов окажешься в месте, где горы встречаются с морем. И там, в самой отдаленной части Кучжольчхори, жила Окпун.
Дорога, ведущая в горы, была грунтовой и узкой настолько, что по ней едва могла проехать одна машина. С выбоинами, на которых проскальзывали колеса моего мотоцикла, и тянущимися по обеим сторонам, словно забор, низкорослыми деревьями, которые из-за ветра выросли кривыми. А между ними виднелся ужасно крутой утес с головокружительным видом.
После долгого подъема я выехала на ровный участок, но ничего, похожего на дом, не увидела, поэтому уже
